ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Этот план был настолько невероятным, что мог прийти в голову только действительно отчаявшемуся человеку. Но мое поражение и необходимость утвердиться в своей независимости от Иита заставили меня решиться на него. Допив кофе, я пошел к компьютеру в штурманской рубке и запросил код Сорориса, загадав: если ответа не будет, я восприму это как указание свыше о том, что в этом риске нет никакого шанса на удачу.

Рызк внимательно наблюдал за мной пока я дожидался ответа компьютера. И когда, несмотря на мои сомнения, на небольшом экране появились ряды цифр, он громко прочитал:

— Сектор 5, VI, Бездорожье-11. Во имя Асты-Ивисты, где это находится? И что это?

Теперь я решился.

— Это место, куда мы теперь направляемся. Если бы он знал о нем, я бы еще сомневался. — Сорорис.

6

— Где твои боевые лазеры и защитные экраны?

Рызк обратился ко мне таким тоном, каким, по моему, разговаривают с заведомо слабоумными людьми. Он даже окинул взглядом приборную панель как бы разыскивая там управление вооружением. Он вел себя так уверенно, что я невольно посмотрел туда вслед за ним — что, конечно, имело бы смысл, если бы с корабля не было снято все то, о чем рассказывали многочисленные рубцы на корпусе.

— Ну, а если ты безоружен, — возмущенно продолжал он, — то не переводи энергию на то, чтобы добраться до Сорориса, а лучше взорви двигатели и покончи с нами здесь — если не понимаешь, что будет с тем безумцем, который рискнет туда сунуться. Это тюрьма, а не планета, и те, кто угодил на нее, чтобы выбраться оттуда, возьмут приступом любой корабль. Как только мы сядем в их порту, судно сразу же будет полным-полно пассажиров.

— Мы не будем туда опускаться — то есть, корабль не опустится.

Я продумал все далеко вперед, придерживаясь весьма подробного рассказа отца о том как его «друг» однажды побывал на планете.

— У нас есть спасательная шлюпка. Если оборудовать ее устройством для возвращения, то один человек вполне может опуститься на ней.

Рызк посмотрел на меня. Он молчал довольно долго и его ответ прозвучал уклончиво.

— Там опасно задерживаться даже на орбите. У них может оказаться перестроенный катер для нападения на корабли. И потом — кто спустится и зачем?

— Я спущусь… в Сорнуф.

Как можно старательнее я произнес название этого города, хотя, конечно, правильно проговорить это сочетание гласных и согласных звуков было выше возможностей органов речи человека. Коренные жители Сорориса были гуманоидами, но они произошли не от терранских колонистов и даже не от мутировавшей терранской колонии.

— Храмовые сокровища!

Быстрота, с которой он разгадал мои планы, лишний раз напомнило мне, что вольные торговцы знают свое дело и знакомы с жизнью народов самых разных планет.

— Это уже делали, — сказал я, хотя и отдавал себе отчет в том, что, возможно, слишком полагаюсь на рассказ отца.

— Для того, чтобы попасть в Сорнуф, — будто размышляя вслух, продолжал Рызк, — нужно выйти на полярную орбиту, значит мы останемся в стороне от путей, ведущих в действующий порт. Что касается спасательной шлюпки — да, ее можно переделать так, чтобы она возвратилась на судно. Вот только, — он повел плечами, — в космосе не часто занимаются подобными делами.

— Ты сможешь это сделать? — настаивал я.

Честно говоря, я не технарь и моих познаний явно недостаточно для такой работы. Но если бы Рызк не знал, как это сделать, я бы все равно рискнул и попытался бы добраться до Сорнуфа даже более опасным способом.

— Попробую, — неохотно проворчал он.

Большего мне и не нужно было. Сама жизнь заставляла вольных торговцев знать и уметь гораздо больше обыкновенных пилотов. На флоте обязанности членов экипажа строго распределены, в то время как на судах, работающих вне линий, при необходимости каждому приходится выполнять самые разные работы.

Спасательная шлюпка строилась для этого корабля, и она могла взять на борт до пяти пассажиров. Поэтому она была такой просторной. Уверенно, с видом человека, которому привычна такая работа, Рызк снял приборную панель и пробормотал, что переделать ее будет проще, чем он предполагал.

Неожиданно я осознал, что, как и на Лоргале, Иит ничего не советовал и не комментировал. И это немного обеспокоило меня и показалось дурным предзнаменованием. Неужели Иит обнаружил в моем сознании стремление к самостоятельности? Если так, то знал ли он, к чему это могло привести? До сих пор я не видел границ возможностей его телепатического таланта. Всякий раз, когда я начинал думать, что уже все о нем знаю, он, как это было на Тебе, демонстрировал что-нибудь новенькое. А что если, обладая даром прорицания, он позволял мне зайти так далеко, откуда выручить сможет только он, чтобы таким образом, раз и навсегда доказать, что мы не равноправные партнеры, что хозяин он, а я лишь его слуга? Он без объяснений закрыл свое сознание. Кроме того, он не приходил в шлюз, где мы с Рызком — я неуклюже пытался ему помочь — готовили шлюпку к посещению враждебного мира в котором у меня был слабый шанс на удачную сделку. Я начал подумывать и о том, что, возможно, Иит вовлек меня в изощренную игру, целью которой было сделать меня более упорным, чтобы я смог доказать, что мне по плечу самостоятельно, без его помощи, продумать и осуществить выигрышный ход.

Правда, я понимал, что многому научился именно у Иита, и теперь это тоже раздражало меня. Мне очень понравилось использовать для маскировки гипномаску, и я упорно практиковался в изменении своей внешности. После регулярных тренировок воли и сознания я обнаружил, что могу легко создавать и сколько угодно долго удерживать небольшие, подобные шраму, иллюзии. Но более глубокие изменения, например, создание нового лица, получались не так просто. И мне приходилось тяжело работать для того, чтобы хотя бы на некоторое время создать неприметное в уличной толпе лицо с размытыми, неясными чертами. Раньше мне помогал Иит, и я почти не верил, что когда-нибудь смогу выполнить такую работу самостоятельно.

По словам Иита, в основе всех доступных мне достижений лежали тренировки, а времени для тренировок у меня было вполне достаточно, и установленное на полке в каюте зеркало служило мне поводырем в успехах и неудачах.

У меня теплилась надежда, что, замаскировавшись таким способом, я в любом порту смогу улизнуть от постовых Гильдии. Едва ли на Сорорисе были их люди, но в случае удачи, если я добуду что-нибудь ценное, чтобы продать свои трофеи, мне придется появиться на какой-нибудь внутренней планете. Новые неоцененные камни продавались только на аукционах для ведущих торговцев. Проданные с рук, такие камни считались подозрительными, и по доносу их могли конфисковать (при этом доносчик получал проценты от конечной продажной цены). Даже если они были честно добыты на какой-нибудь неизвестной планете это не имело значения — контрабандой их делало то, что за них не был заплачен налог с аукционной продажи.

Так что во время полета я или неумело помогал Рызку, или, уставившись в зеркало, пытался увидеть в нем незнакомое лицо.

Точность нашего выхода из гиперпространства в систему Сорориса вновь продемонстрировала мастерство Рызка, и я в который раз задумался о том, что же привело его в трущобы Окрестностей. Здесь было три планеты, две из них были мертвые — растрескавшиеся каменные шары без атмосферы, расположенные так близко к солнцу, что экипаж любого опустившегося туда корабля изжарился бы как на сковородке.

В противоположность им, Сорорис был планетой морозов и только экваториальная область соответствовала здесь стандартам моего вида и подходила для жизни. К северу и югу от этой полосы планета была покрыта ледниками, и лишь в немногих местах в этот ледяной покров вторгалась открытая земля. В одной из таких прогалин, довольно далеко от разбросанных вокруг космодрома поселений и должен был находиться Сорнуф.

Пока я упаковывал все, что могло понадобиться для посещения затерявшегося во льдах города, Рызк вывел корабль на полярную орбиту Сорориса. Ввести необходимые координаты в автопилот шлюпки тоже было заботой Рызка. От автоматики будет зависеть мое благополучное приземление неподалеку от Сорнуфа и возможность возвращения на корабль, причем последнее было менее вероятно.

15
{"b":"20877","o":1}