ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Пальцы-когти и чешуйчатые пальцы подхватили его за крюк на плече и за пояс, подняли на узкую вершину. Покачнувшись от жары на горячем камне, Картр закрыл глаза руками.

Легко было увидеть то, что обнаружил Филх. И Картр почувствовал возбуждение. Лента растительности была зеленой. Но какая зелень! Ни желтого оттенка, ни голубоватого, каким отличалась растительность его родной планеты. Она уходила вдаль узкой лентой, как будто следовала за водой. Такой яркой зелени он никогда раньше не видел. Картр достал бинокль. Трудно было настраивать его одной рукой, но наконец Картру удалось сфокусировать его на отдаленной зелени ленты.

Деревья и кусты возникли за опаленной скалой. Казалось, можно коснуться листьев, трепетавших на слабом ветерке. И за листвой Картр уловил серебряный блеск. Он был прав: это проточная вода!

Он медленно поворачивался с биноклем у глаз, следя за лентой растительности, а Зинга держал его за ноги. Через несколько миль лента расширялась. Должно быть, они находились на самом краю пустыни. И река может привести их на север, к жизни. Рядом шевельнулся Филх, и Картр, уловив его мысль, направил линзы в небо. Мелькнули широкие крылья. Картр увидел мощный клюв охотника и сильные когти, когда могучая птица гордо проплывала над ними.

– Мне нравится этот мир, – свистящая речь Зинги нарушила молчание. – Я думаю, нам здесь будет хорошо. Здесь есть мои родичи, хотя и отдаленные, а в небе твои близкие, Филх. Ты не жалеешь иногда, что твои предки потеряли крылья на пороге мудрости?

Филх пожал плечами.

– А как насчет хвоста и когтей, оставленных твоим народом, Зинга? А раса Картра ходила в шерсти а может, и с хвостом тоже. Нельзя иметь все сразу…

Но он продолжал следить за птицей, пока она не скрылась из виду.

– Попробуем вывести один из вездеходов. Горючего должно хватить до самой ленты растительности на севере. Там, где трава, должна быть и пища…

Картр услышал негромкое фырканье Зинги.

– Неужели человек, любящий бемми-животных, превратится в охотника?

Может ли он убить, убить для еды? Но в корабле почти нет припасов. Рано или поздно придется жить плодами планеты. А мясо.., мясо необходимо для жизни. Сержант заставлял думать об этом, как о решенном. И все же он не был уверен, что сумеет поднять бластер и выстрелить для того, чтобы иметь мясо!

Незачем думать об этом раньше времени. Картр убрал бинокль.

– Назад с докладом? – Филх уже начал спускаться с вершины скалы.

– Назад с докладом, – согласился Картр.

Зеленые холмы

– … ручей с растительностью, признаки более плодородной местности к северу. Прошу разрешения вывести вездеход и произвести в этом направлении разведку.

Было трудно обращаться к сплошной пелене бинтов. Картр, вытянувшись, ожидал ответа командора.

– А корабль?

Если бы этикет позволял, сержант Картр пожал бы плечами. Вместо этого он быстро и осторожно ответил :

– Я не техник, сэр. Похоже, корабль полностью выведен из строя.

Вот и сказано достаточно прямо. Снова Картр пожалел, что не видит лица под слоями пласто-кожи. Тишина в кают-компании нарушалась только свистящим тяжелым дыханием Мириона. Пилот все еще не приходил в сознание. Рука Картра нестерпимо болела, и после чистого воздуха снаружи корабельный казался невыносимым.

– Разрешаю. Возвращение в течение десяти часов…

Ответ звучал механически, как будто Вибор был говорящей машиной, воспроизводящей давно записанные звуки. Таков был обычный приказ, который следовало дать при посадке на планету, и он отдал его, как уже делал это бесчисленное множество раз.

Картр отсалютовал и, огибая Мириона, направился к выходу. Он надеялся, что вездеход уже готов к полету. Если же он вышел из строя, придется идти пешком.

Снаружи ждал Зинга с рюкзаком за плечами. В руках он держал мешок Картра.

– Мы вывели вездеход. Заправили горючим из корабельных запасов…

Вообще-то они не имели права так поступать. Но теперь было бы глупо не воспользоваться запасами: все равно «Звездное пламя» больше никогда не взлетит. Картр выбрался из люка и направился к месту стоянки вездехода. Филх уже сидел за управлением, неторопливо проверяя приборы .

– Он полетит?

Голова Филха с прижатым хохолком, похожим на странную гриву, повернулась, и его большие красноватые глаза встретились с глазами сержанта. В его ответе ясно звучала циничная насмешливость, с которой тристиане относятся к жизни.

– Надеюсь. Конечно, есть какая-то вероятность, что через несколько секунд после взлета мы превратимся в облачко пыли. Пристегнитесь, дорогие друзья, пристегнитесь!

Картр сел рядом с Зингой, поджав длинные ноги, и закатанин закрепил ремни. Когти Филха коснулись кнопок. Медленно и осторожно вездеход начал отходить от «Звездного пламени». Когда они достаточно удалились от корабля, Филх рывком поднял вездеход со своим обычным пренебрежением к необходимости приспосабливаться к изменению скорости. Картр с трудом глотнул.

– К реке и вдоль нее на высоте в двадцать футов.

Филх не нуждался в таком приказе. Подобные операции они не раз проводили и ранее. Картр сдвинулся на один-два дюйма вправо к иллюминатору. Зинга сделал то же самое – в противоположную сторону.

Прошло несколько секунд, и они, уже оказавшись над водой, всматривались в опутанную массу яркой зелени на берегах. Картр автоматически классифицировал и инвентаризовал. На этот раз не было необходимости делать подробные записи. Филх включил сканер, так что позже можно будет рассмотреть снимки. Движение вездехода вызывало ветер, который охлаждал их разгоряченные тела. Ноздри Картра улавливали запахи старые и новые. Жизнь внизу не достигла разума: рептилии, птицы, насекомые. Не очень много. Но все же удача дважды сопутствовала им: во-первых, они приземлились близко от края пустыни, во-вторых, планета оказалась типа Арт.

Зинга задумчиво почесал чешуйчатую щеку. Он любил жару, и его жабо растянулось максимально. Картр знал, что закатанин предпочел бы пересечь раскаленный песок пешком. Зинга излучал веселую заинтересованность. Он напоминал Картру офицера из Контроля на тщательно организованной и совершенно безопасной экскурсии. Но Зинга всегда наслаждался жизнью – его долгоживущая раса имеет для этого достаточно времени.

Вездеход летел плавно, негромко жужжа. Не зря был проведен последний профилактический ремонт. Правда, его делали без запасных частей, надеясь на информационные ленты десятилетней давности. Поставили последние имеющиеся конденсаторы. Теперь запчастей практически не осталось.

– Зинга, – неожиданно обратился Картр к товарищу, – ты когда-нибудь бывал в настоящем ремонтно-восстановительном порту Контроля?

– Нет, – жизнерадостно ответил Зинга. – Иногда мне кажется, что это лишь выдумка, сказка для развлечения новобранцев. С тех пор, как я поступил на службу, мы всегда сами делали ремонт, пользуясь тем, что сами ухитрялись раздобыть или украсть. Однажды был настоящий капитальный ремонт, он занял целых три месяца. Нам повезло: мы нашли два разбитых корабля и разобрали их на запчасти. Какое было богатство! Это было на Карбоне четыре…, нет, пять космических лет назад. Тогда в экипаже еще был главный инженер, и он руководил работами. Эй, Филх, как его звали?

– Ратан. Робот с Денеба-II. Мы потеряли его на следующий год в кислотном озере мира Голубой звезды. Прекрасно знал машины. Он ведь и сам был машиной.

– Что случилось с Центральным Контролем и с нами? – медленно спросил Картр. Почему у нас нет должного оборудования, припасов, новых людей?

– Крушение, – резко ответил Филх. – Может быть, Центральный Контроль слишком велик, контролирует слишком много миров, власть его простирается слишком далеко. Или, может быть, он просто состарился. Вспомните секторные

войны, борьбу за власть между вождями секторов. Разве Центральный Контроль не положил бы этому конец, если бы мог?

– Но патруль…

Филх рассмеялся.

3
{"b":"20897","o":1}