ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава 21

Когда мимо дверей библиотеки проплыла Триана, Шана уткнулась носом в книгу и снова ощутила прилив гнева. Девушке пришлось сделать над собой значительное усилие, чтобы взять себя в руки, и от этого усилия все слова на странице на мгновение превратились в размытые пятна. Этим утром Триана снова выставила ее на всеобщее посмешище, а ей не оставалось ничего другого, кроме как сделать вид, что это такая шутка, и тоже посмеяться. Утонченная снисходительность эльфийских дев не распространялась на специально намеченные цели, и Шану уже тошнило от всего этого. И общее скверное состояние, вызванное затянувшейся простудой, не улучшало дела. Когда Шана пожаловалась на поведение Трианы, Валин заявил, что она чересчур обидчива. Тогда Шана решила по мере возможностей избегать Трианы, — а в доме такого размера это было не слишком трудно сделать.

Наилучшим укрытием оказалась библиотека, и Шана благословила предусмотрительность своей приемной матери, обучившей ее не только говорить, но и читать по-эльфийски. Предки Трианы собрали целую коллекцию разнообразных учебников — в том числе и по магии. И Шана как раз нашла в одном из них ответы на некоторые свои вопросы.

Почему эльфийские лорды уничтожали волшебников по одному, а не всех вместе? И где они брали силу, чтобы совершать некоторые деяния, описанные в старинных хрониках, — например, построить поместье за ночь?

Шана устроилась поудобнее в чрезмерно мягком кресле, обитом бархатом, и еще раз перечитала последний параграф главы. Да, вот оно. Ответ оказался до ужаса простым. Если маг допускал оплошность и недостаточно следил за защитой, его силу можно было украсть. Она потом возвращалась — обычно через день, — но на это время маг оставался целиком и полностью беззащитен. Хитрость заключалась в том, что при этом следовало находиться на определенном расстоянии от жертвы — обычно в пределах видимости. Если нападающий знал жертву в лицо, ему необязательно было действительно видеть мага, но он все равно должен был достаточно близко подойти к нему. И вот теперь Шана впервые увидела это заклинание записанным, вместе с формулой исполнения и предполагаемыми результатами.

Вот почему они убивали волшебников поодиночке — потому что при этом они могли еще и красть их силу.

Несомненно, все эльфийские лорды по-прежнему принимали меры предосторожности против подобных нападений, хотя их магия и имела несколько иную природу. Данное конкретное заклинание было чрезвычайно демократичным — при его помощи слабый маг вполне мог обокрасть более сильного противника. Нужно было только знать этот фокус.

Теперь Шана понимала, как волшебники и эльфийские лорды давних времен приводили в действие мощнейшие заклинания, требовавшие такой силы, которой просто не мог иметь один маг, — например, переносили нескольких человек на значительные расстояния (это было усложненной версией заклинания, при помощи которого волшебники теперь таскали у эльфов разнообразное имущество). Они просто крали эту силу. А волшебники брали ее взаймы. Возможно, в прошлом эльфийские лорды тоже сотрудничали и совмещали подобным образом свои силы, но теперь они явно этого не делали.

Этим заклинанием так долго не пользовались, что всякие упоминания о нем исчезли из книг. И на самом деле, в этом не было ничего удивительного. Подобное заклинание было сродни «тайному» фехтовальному приему, который становится бесполезным после того, как его хоть раз пустили в ход, — потому, что теперь все знают о нем и остерегаются его. Так и похищение магической силы перестало быть эффективным приемом, поскольку теперь любой эльфийский лорд, находясь в обществе других лордов, своих потенциальных противников, учитывал возможность подобного нападения. Но это еще не означало, что они держали защиту сутки напролет…

Никто не может круглосуточно быть настороже. Особенно если тебе грозит нечто такое, с чем ты прежде никогда не сталкивался.

И это, конечно, не значит, что Тень, Валин или даже Триана остерегаются подобной уловки.

Шана закрыла книгу и принялась обдумывать сложившуюся ситуацию.

В настоящий момент похоже было, что великие планы Валина о помощи людям и полукровкам плавно сходят на нет. Значит, Шане придется действовать самостоятельно. Шана мрачно кивнула, отвечая на собственные мысли. «Мне следовало хорошенько подумать, прежде чем связываться с этой парочкой. Ладно, сделанного не воротишь. Теперь нужно как-то это расхлебывать». Может быть, если она сумеет свести это «дело» воедино, то хоть это привлечет внимание Валина?

Девушка снова открыла книгу и старательно изучила текст. Потом она решила, что стоит произвести несколько экспериментов — посмотреть, сможет ли она оттягивать чужую силу понемногу, так, чтобы ее не засекли. В конце концов, они достаточно ею попользовались, так пусть теперь сами принесут какую-нибудь пользу, — злорадно подумала Шана.

Тот же Тень вполне сгодится. А запасным вариантом будет Триана.

С того самого момента, как беглецы перешагнули порог этого дома, Триана хлопотала над Меро, почти не обращая внимания на остальных. Она даже лечила Тень — попросту не замечая Шану, которая чувствовала себя ничуть не лучше Меро. Складывалось впечатление, что в присутствии этой красивой эльфийки Тень просто переставал нормально думать. Впрочем, это можно было предсказать заранее.

Шана презрительно поджала губы. «Мужчины. Никакой с них пользы!»

Валин убедил Меро заключить помолвку с Шаной — он сам и провел простенькую церемонию, — но если он надеялся, что Шана и Тень мгновенно влюбятся друг в друга, то тут он жестоко просчитался. Шана не имела ни малейшего намерения содействовать исполнению этой части его плана.

Хотя надо отметить, что Тень повел себя не совсем так, как предполагала Шана. После церемонии она подошла к Меро, намереваясь откровенно сказать ему, что она ни капельки не интересуется лично им, и нарвалась на такое же признание с его стороны.

Шана снова вскипела от обиды и расстройства и заерзала в кресле. Если ты собираешься дать кому-то от ворот поворот — это одно, но когда оказывается, что у этого человека на уме то же самое, это не очень-то приятно для твоей гордости… Шана все равно произнесла свою заготовленную речь — просто чтобы сохранить хорошую мину при плохой игре, — но та явно не произвела ожидаемого впечатления. Насколько могла понять Шана, Тень вообще никак на нее не отреагировал.

Ну и пусть остается со своей Трианой. А она выбирает силу. Пускай Тень тратит время впустую, разыгрывая дурачка перед женщиной, которая вышвырнет его прочь, едва он ей наскучит. А Шана тем временем совершит великие дела.

И первая ее задача — вылечить эту злосчастную простуду.

* * *

Летний ветер растрепал волосы Валина. Юноша послал коня — чистокровку, взятого с конюшен Трианы, — в галоп, пытаясь ускакать от собственного беспокойства и разочарования. Все шло не так, как он рассчитывал или надеялся. Как только они добрались до этого безопасного убежища, все члены их маленькой группы, вместо того чтобы собраться вместе и обдумать, как лучше воздействовать на эльфийских лордов и волшебников, разбежались по разным углам и занялись своими делами. А главные задачи были забыты.

Конь несся через луг, поросший душистыми дикими цветами. Валин искусно управлял им, пользуясь лишь поводьями, и думал, что же пошло не так.

Он применил чары против Шаны и Меро, чтобы убедить их обручиться, но это не сработало. Во всяком случае, это заставило их дать друг другу клятву, но не более того. Когда церемония была завершена, Шана и Тень ушли рука об руку. Естественно, Валин подумал, что его чары подействовали и что это начало их новых взаимоотношений.

Но прошло совсем немного времени, и что же он видит? Шана сидит одна в библиотеке, а Меро не отходит от Трианы. С таким же успехом они могли и не заключать никакой помолвки.

Валин послал коня на заросшую тропу, где препятствия возникали неожиданно. Конь выкладывался, стараясь взять самые высокие из них, и нуждался в поддержке всадника. Валин умело направлял своего скакуна, и конь слушался каждого его движения — но ни скорость, ни возбуждение, вызванное удачными прыжками, не могли уничтожить неприятного ощущения. Юноше все казалось, что он допустил какую-то ошибку и теперь расхлебывает ее последствия. Лошадь брала препятствие за препятствием, а Валин никак не мог избавиться от беспокойства.

108
{"b":"20903","o":1}