ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Кетан огляделся в поисках нового противника. Но вокруг открывался лишь печальный вид, который всегда принимает поле боя после законченной битвы. Рыцари и их безобразные кони лежали убитыми. Но рядом с ними остались и раненые кони кайогов; один из коневодов, прихрамывая, ходил между ними, приканчивая бьющихся и кричащих от боли лошадей.

Гвардия Джакаты потерпела поражение, но Кетан подумал, что Чёрный маг, наверное, уже и не вспоминает о брошенных на произвол судьбы слугах — он думает только о том, как бы поскорее добраться туда, куда стремился.

Оборотень перевёл взгляд на холм впереди и увидел на его склоне всадников, удалявшихся со всей поспешностью, какую позволяла неудобная песчаная почва. Он понял, что Ивик, Элайша и Фирдун успели прорваться сквозь заслон.

Однако об отдыхе ещё рано было думать. К Кетану подъехала на Морне Эйлин. В руке у неё вместо лука снова был жезл с лунным цветком. Он заглянул в её расширенные зрачки и услышал то, что мысленно сказал себе сам:

— Ждать некогда! Нужно скакать вперёд!

В битве погиб Обред. И Гьюрет, качаясь в седле, запел Песнь во славу павшего с честью воина. Путников не оставляла тревога, они чувствовали, как над ними сгущается невидимая туча, и знали, что она последует за ними, куда бы они не направились.

Это означало пробуждение грозной силы. Успеют ли они вовремя остановить Джакату, прежде чем тот произнесёт роковые заклинания? Кони плелись, и ничто не могло заставить их перейти на рысь. Ускакавшие вперёд всадники постепенно уменьшались в глазах, временами почти скрываясь в тучах пыли, вздымавшейся из-под копыт и окутывавшей верховых тёмным плащом.

Джакату и его спутников Кетан не мог уже разглядеть, но надеялся, что трое друзей впереди преследуют их достаточно близко, чтобы предотвратить любую попытку злого колдовства.

Для того, чтобы вызвать и заставить служить себе Великие Силы, нужны были сложные приготовления, для которых Джакате потребуется много времени.

Рядом с Труссантом бежала рысцой какая-то маленькая тень. Юта! Кетан позвал её, но она и ухом не повела, а продолжала бежать рядом, словно у неё были свои дела, от которых она не желала отвлекаться.

Она даже обогнала Труссанта и, как ни торопил Кетан своего коня, кошка не давала себя догнать и всё время держалась немного впереди, сохраняя дистанцию. Она не переходила на бег, но, казалось, что сыпучий песок нисколько не мешал ей передвигаться быстрее, чем кони.

Между тем ощущение сгущающейся Силы становилось всё отчётливее, пока не сделалось гнетущим; путники с трудом перебарывали себя, продолжая движение. Эйлин подозвала Хардина, Гьюрета и Лиро и к каждому по очереди прикоснулась лунным цветком, последним она дотронулась до Кетана.

Тяжесть, давившая на плечи, немного ослабла. Но вокруг чувствовалось ещё какое-то тайное брожение. Сначала Кетан подумал, что это могли быть демоны, которые, поднявшись из чёрных песков, часто преследуют забредших в пустыню путников.

Однако, очертания возникших перед глазами дымчатых видений были не чёрными, а скорее рыжевато-коричневыми, и они не крутились вихрем, а стояли в воздухе неподвижно. Он зажмурился и снова открыл глаза. А когда посмотрел, то увидел, что Юта уже бредёт не по чёрному песку, а по ровной дороге, вымощенной такими гладкими плитами, каких Не встретишь ни в одном портовом городе в Долинах. По обе стороны мостовой вставали, вырастая точно из-под земли, каменные стены, дома, башни — всевозможные здания. Кетану доводилось видеть марево, поэтому он понимал, что значит это явление, но здесь оно было таким плотным, что взгляд не проникал сквозь толщу призрачных стен.

Ему показалось даже, будто иногда перед глазами мелькают призрачные тени людей, в комнатах и на улицах. В то же время маячивший впереди холм, к которому они направлялись, стал быстро меняться у него на глазах: вместо сплошного чёрного утёса перед ним высилась широкая арка с резными колоннами по бокам.

Однако в мелькающих призраках таилась какая-то угроза. Кетан и остальные пришельцы не были здесь желанными гостями, поэтому оборотень стал насторожённо приглядываться к каждой подворотне и переулку, мимо которых они проезжали.

Прозрачные призраки постепенно уплотнялись и проступали все отчётливее. Путники теснее сомкнули ряды. Здесь они были одни, крылатые люди не захотели их сопровождать, и Кетан вдруг почувствовал себя очень одиноким и беззащитным.

Больше всего ему хотелось обратиться в парда, но это было невозможно, так как он знал, что несмотря на старания Эйлин, раны ещё не зажили, и он не сможет передвигаться на четырёх лапах.

— Марево! — произнёс он вслух, словно успокаивая себя этим словом.

— Ты прав, — откликнулась приёмная сестра. — Видение из прошлой жизни. Мы видим сейчас то, что происходило в далёком прошлом. Это место притягивает к себе время, которое остановилось и не может течь дальше.

Кетан слыхал о том, что у Великих Древних были такие города и крепости, каких уже не знали их потомки. Вероятно, сейчас им встретился один из таких городов. Пространство под аркой стало совсем прозрачным, в то время как обрамляющие колонны сделались заметно плотнее, словно вобрали в себя материальность. Марево умеет вызывать Элайша. Может быть, это она вызвала к жизни давно исчезнувший город?

В воздухе ещё сильнее чувствовалось дыхание моря. Как видно, этот город сиял некогда, как жемчужина, среди других городов древнего мира, пока извращённая Сила не стёрла его с лица земли.

Чем ближе они подъезжали к вратам, тем шире становилась дорога, и наконец они очутились на просторной площади, на которой их уже поджидали все, кого они разыскивали — и друзья, и враги.

Глава 30

Пустыня, Конец и начало

Одного взгляда на кроваво-красную мантию оказалось достаточно, чтобы понять — человек, оказавшийся в проёме врат, не кто иной, как Джаката. Он стоял во весь рост, а двое волхвов, сопровождавших колдуна в пути, неподвижно лежали у его ног. У Кетана мелькнула догадка, что он видит бездыханные тела несчастных, использованные их повелителем для жертвоприношения.

Кетану пришлось напрячь все силы, чтобы выдержать невыносимый гнёт сгустившейся над землёй Силы. Кое-как он сполз с седла и коснулся ногами земли. Почувствовав рядом движение, он взглянул направо — это была Эйлин, она подошла к нему, держа прямо перед собой лунный жезл. Цветок на навершии вяло опустил лепестки, словно из него высосали все живительные соки. Слева держался Хардин, а позади — Гьюрет и Лиро. Затем оборотень почувствовал, что действительно стоит на каменной мостовой, и убедился, что колонны сделаны из настоящего камня.

Сюда же потянулись туманные призраки, смутно походившие на живых. Однако лиц нельзя было разглядеть, и ни один не приблизился настолько, чтобы до него можно было дотронуться рукой.

Все трое, прискакавшие раньше остальных, стояли так же твёрдо, как Джаката. В середине — Ивик, обеими руками державший посох. Он возвышался над всеми, словно стал выше ростом; то, что воодушевляло его, не вмещалось в тесные границы человеческого существа. По левую руку от него стояла Элайша, её браслеты пламенели сверкающими огнями. Лицо волшебницы дышало таким спокойствием, которое достигается, когда человек соберёт воедино все силы своей души и знает, что готов встретить любые испытания.

Меч и шлем Фирдуна лежали на земле у него за спиной, как будто он отбросил человеческое оружие и доспехи, осознав их бесполезность в предстоящей схватке. В нём ничего не осталось от юноши, только-только покинувшего Гнездо Щеки осунулись, лицо посуровело, словно он собрал все силы для решающего поединка.

Тут вперёд вышла ещё одна участница, очень заметная благодаря своей чёрной шкурке. Она подошла с деловитым видом, точно её сюда позвали и она явилась на зов. Юта приблизилась к Элайше и замерла возле неё, как статуя.

Кетан шагнул вперёд, чтобы присоединиться к своим товарищам, вместе с ним это сделала Эйлин, она не отставала от него ни на шаг. Возможно, это окажется не их битва. Он чувствовал, как в его душе пробуждается пард, требуя выйти на волю, приняв зримый облик; хлынувшие на него волны энергии придали сил зверю, но Кетан удерживал его в подчинении, сохраняя человеческое обличье. Что-то подсказывало ему, если он сейчас уступит и выпустит на волю второе «я», то навеки утратит способность быть человеком.

93
{"b":"20914","o":1}