ЛитМир - Электронная Библиотека

Теперь в голосе его не слышалось веселья. Рука Персис инстинктивно коснулась кинжала. Голос Ральфа Гриллона оставался лёгким, но что-то в нём усилило внутренний холод, который грыз Персис с самого пробуждения в казавшемся покинутом доме.

— Ну хорошо, девочка, мы отправляемся. Отдыхай спокойно, друг…

Послышался плеск, и Лидия вскрикнула:

— Не нужно, Ральф, вы едва не перевернули каноэ. Перестаньте!

— А вы никогда не думали, Лидия, что произойдёт, если ваш брат умрёт? Вы станете очень богатой наследницей. Что вы делаете, маленькая дурочка?

— Не надо хватать меня, Ральф. Я знаю, вы только шутите. Но вы оставляете Крю одного. Мы получили то, что нам нужно. Прекратите свои игры. Мне они не нравятся!

Ральф Гриллон рассмеялся.

— Ну хорошо, любимая, как хотите. Я не жаден, во всяком случае, не очень жаден. Для одной ночи мы добились немалого. Забирайтесь во вторую долблёнку и ложитесь. Я выведу её. На мне подходящие шляпа и тряпки. Все примут меня за краснокожую колдунью, домашнее животное Крю. Мы сможем пробраться на юг острова и пустим ракету.

— А если её заметят, Ральф?

— Не заметят. Я нашёл место между скалами, где огонь можно увидеть только с моря. А теперь — поехали!

— А что, если Крю найдут до прихода вашего корабля?

— Никакой вероятности. Я всё спланировал хорошо, моя дорогая, очень хорошо. Это мой лучший шанс. Ваш тоже, конечно. Думайте о Париже, Лидия, и лежите спокойно. Всё будет, как я обещал.

Персис услышала плеск, с какими весло опускается в воду. Свет потускнел и совсем исчез. Она крепко зажала рукой рот. Здесь карниз кончался, дальше шёл только узкий выступ, которого она в темноте не видела. Она не может идти по такому скользкому и узкому пути. Но придётся!

В конце концов она начала продвигаться дюйм за дюймом, скорчившись по-лягушачьи, опустив одну руку в воду, чтобы не потерять устойчивости. Из слов Ральфа она поняла, что Крю, беспомощного, оставили в лодке. Но привязана ли лодка или уже уплывает от неё?

И тут она ударилась рукой о дерево так сильно, что едва не закричала. Ощупала то, к чему прикоснулась: край каноэ, совсем рядом с узким выступом, на котором она стоит. Но… в каноэ вода!

Ужаснувшаяся Персис опустила дрожащую руку глубже, нащупала мокрую ткань, тело под ней. Ральф… Ральф должен был знать, что в каноэ вода… он хотел, чтобы жертва утонула!

Левой рукой девушка высвободила лезвие кинжала из ножен веера, правой ощупывая тело. Наконец её пальцы наткнулись на верёвку. Не зная, сколько у неё времени осталось, она принялась пилить кинжалом. Голова Крю лежала в воде. Может, он уже утонул?

Тело было неподвижное и холодное. Неожиданно оно шевельнулось, поднялась рука, едва не сбросив её с узкого насеста.

Она обрела дар речи, увидев этот признак жизни.

— Лежите спокойно, чтобы я смогла вас освободить.

Но рука отодвинулась от неё, и послышался хриплый шёпот, словно из горла, которым не часто пользовались для речи:

— Лодка через минуту затонет. Поддержите меня…

Персис поискала в темноте, нашла мускулистое предплечье и ухватилась за него.

— Этот выступ… он очень узкий, — предупредила она.

— Знаю. Просто поддерживайте меня. Мне кажется, я сумею сам сбросить верёвку.

Плеск засвидетельствовал, что он это делает. Потом девушка услышала облегчённый вздох.

— Сделано. Но не думаю, чтобы я смог к вам подтянуться. Придётся уходить через канал.

— Я могу вернуться… позвать на помощь… — Персис спрятала кинжал в ножны и встала.

— Боюсь, я так долго не продержусь, — в голосе капитана, однако, не было слышно страха. — Если сумеем перевернуть каноэ, оно будет держаться на воде, а я смогу держаться за него. Но Гриллон, конечно, вернётся, чтобы убедиться, что я мёртв.

— Лидия не позволила бы ему… — начала возражать Персис.

Ей ответил из темноты смех, в котором не было ничего весёлого.

— Лидия скоро поймёт, что теперь, когда она уже послужила Ральфу Гриллону, она для него больше ничего не значит. Он придумает правдоподобную историю, чтобы успокоить её. Скажет, что в каноэ была течь, которой он не заметил. Но он жаждет моей смерти, и это так же верно, как если бы он целился в меня из пистолета.

Персис с растущей уверенностью и страхом поняла, что не может помочь Крю выбраться из воды. У неё просто не хватит для этого сил. Направив пальцы его здоровой руки к краю выступа, она почувствовала, как он вцепился в мокрый камень.

— Теперь попробуйте перевернуть лодку, — приказал он. Тон капитана был такой, словно он просит её отдёрнуть занавес или зажечь свечу. Персис наклонилась, провела руками вдоль края туземной лодки. Та едва выступала из воды. Девушка послушно потянула, прикладывая все силы, какие могла собрать в такой позе. Дерево, за которое она держалась, было скользкое, такое трудно удержать, но девушка дёргала изо всех сил.

Ей самой плеск казался очень громким. Она только надеялась, что Ральф уплыл далеко и не услышит.

— Он не доверится только этой небольшой хитрости, — Крю говорил в темноте задумчиво, как зритель, а не как жертва предумышленного убийства. — Он не успокоится, пока собственными глазами не убедится, что я мёртв.

Персис всё больше сердилась — не на Ральфа Гриллона и не на Крю, а на неуклюжую лодку, которая упрямо сопротивлялась её усилиям. Она сильно дёрнула, больше не обращая внимания на своё неустойчивое положение, и каким-то чудом край лодки наконец-то покачнулся. Послышался громкий всплеск. Ценой двух сорванных ногтей и царапины на руке она перевернула каноэ вверх дном. Пальцы её нащупали две дыры в днище.

— Готово, — прошептала она, переводя дыхание. — Но разве она вскоре не затонет? Тут две дыры. Дно пробито.

— Может быть, — Крю Леверетт не казался встревоженным. — Но я думаю, что до черепашьего садка она меня продержит. Он окружён столбами ограды, и я смогу просунуть меж них голову. Так легче будет держаться. Конечно, если бы не прилив…

Персис прижала исцарапанную руку к груди.

— Прилив! — об этом она не подумала. А одно только упоминание о черепашьем садке заставило девушку вздрогнуть.

— А что, если вы схватитесь за каноэ, а я подтащу его к домашнему бассейну? Тогда я смогла бы позвать людей…

Крю снова рассмеялся. Смеялся он долго, так что ей смех уже казался ненавистным.

— Не нужно недооценивать Ральфа, — сказал он наконец. — Он наверняка оставил наблюдателей за домом. Неужели вы думаете, что вам позволят добраться до вашей комнаты?

— Там Аскра, на кухне. Это она сказала мне, что они увели вас сюда…

— Аскра пальцем не шевельнёт, чтобы помочь. Зачем это ей? Для неё наш народ — захватчики и убийцы. Она живёт в прошлом, которое принадлежит только ей, и её оттуда не извлечь. К тому же я не смогу подняться по лестнице с одной рукой.

— А как вы спустились? — Персис не хотелось сдаваться. Ей казалось, что она нашла самый безопасный выход.

— Я думаю, меня спустили на верёвках. Я не очень хорошо это помню. Кажется, Лидия была занята весь день. Готовила напиток, чтобы можно было со всеми легко справиться. Маленькая дура! Надо бы позволить ей уйти. Так она скорее бы поняла, что Гриллон вовсе не герой, о котором она мечтает. Он сообщил ей свою версию происходящего и пообещал луну и все звёзды впридачу. А она достаточно слабоумна, чтобы поверить ему! — это прозвучало очень горько.

— Она не позволила ему причинить вам вред, — возразила Персис. — Я слышала…

— Лёгкие остатки порядочности, когда уже ничего нельзя изменить, — ответил Крю. — А теперь… можете пододвинуть каноэ поближе?

— Оно скользкое, вы не удержитесь! Подождите…

И прежде чем страх остановил её, девушка опустилась с карниза, держась левой рукой за перевёрнутое каноэ. Лодка опустилась глубже, плеснув ей водой в лицо. Но не утонула, и Персис обнаружила, что может держаться за неё, так что голова и плечи оставались над водой.

— Что вы делаете? — хрипло спросил Крю Леверетт.

— Держитесь.

34
{"b":"20921","o":1}