ЛитМир - Электронная Библиотека

Андрэ Нортон

Эльфийский лорд

Пролог

В'кель Лайон лорд Киндрет поднялся со своего места и мрачно оглядел всех восседающих за столом членов Совета. Большинство лордов предпочли не встречаться с ним взглядом; те же, кто не отвел глаз, казались столь же довольными, как и сам лорд Киндрет, и явно готовы были поздравить его. Сегодня зал Совета нельзя было назвать уютным, и Киндрет, отдав рабам соответствующие распоряжения, позаботился, чтобы помещение именно таковым и осталось. Холодно. Темно. Подушки на стульях тонкие и плоские. И даже угощение неважное — все блюда и напитки были одинаковой температуры. Более всего к ним подходило слово «тепловатые». В общем, все рассчитано на то, чтобы каждый тихо мечтал очутиться где-нибудь в другом месте и злился на того, кто номинально отвечал за подготовку заседания, — естественно, это был не лорд Киндрет.

Звезда лорда Киндрета снова всходила в зенит, и на этот раз Киндрет готов был пойти на все, чтобы не дать ей закатиться.

— Как такое может быть, — вопросил он, ни к кому конкретно не обращаясь, — чтобы банда взбунтовавшихся юнцов и беглых рабов успешно противостояла армии, якобы обладающей хорошей выучкой, хорошим снабжением и хорошим командованием? Как им удается держаться так долго, что эту дурацкую выходку начали называть Мятежом Молодых лордов?

— Лорд Киндрет, — подал голос В'кель Энстер лорд Рехан. Он упорно сражался за первенство и только что утратил его, но, возможно, еще не осознал этого, — все это, как вы совершенно верно выразились, не более чем дурацкая выходка. Ничего серьезного не произошло. Мы потеряли всего лишь несколько поместий. Поставки продовольствия продолжаются без помех, не считая редких задержек. Рабы бегут, но малым числом. Это капли в море.

А наша жизнь течет так же, как всегда. И кроме того, эта угроза…

— Капли там, крохи тут, наша так называемая непобедимая армия не в состоянии призвать к порядку наших же собственных отпрысков, а вы говорите — «ничего серьезного»?! — взревел лорд Киндрет и с удовлетворением отметил, как вздрогнул его оппонент. — Клянусь Предками!

Идиот! Вы что, не понимаете, что из-за этих, как вы выражаетесь, «капель» мы скоро можем истечь кровью?

Прочие члены Совета беспокойно заерзали, к вящему удовольствию Киндрета. Он почувствовал, что влияние неуклонно перетекает к нему и его сторонникам.

— И как же вы, позвольте полюбопытствовать, предлагаете поступить, если эти наши заблудшие детки решат заключить союз с Проклятием Эльфов вместе с ее волшебниками и драконами?

Готово! Наконец-то эта мысль, которую никто не смел высказать, прозвучала во всеуслышание. Присутствующих пробрал озноб — Киндрет это видел. Всех, даже лорда Рехана.

— Они этого не сделают… — прошептал кто-то из членов Совета.

— Вы уверены? — поинтересовался один из сторонников Киндрета. Киндрет подумал, что нужно будет как-нибудь при случае оказать ему услугу. — И почему же они этого не сделают?

— Да потому.., потому.., потому, что они — эльфийские лорды! — бессвязно выпалил лорд, заговоривший первым. Он так перепугался, словно его самого обвинили в том, что он произвел на свет полукровку.

— А если вдруг они обретут какую-нибудь магию, которая помешает нашей магии добраться до них и покарать их? — поинтересовался лорд Киндрет. — Что тогда? Да они в тот же миг переметнутся к полукровкам! Или вы в этом сомневаетесь?

Воцарилась тишина.

— А теперь, — нарушил тишину лорд Киндрет, сменив вызывающий тон на спокойный и деловой, — у меня есть несколько предложений. Думаю, первое из них ни у кого не встретит возражений. Я предлагаю позволить нашим лояльным отпрыскам по-прежнему вести привычный для них образ жизни. Давайте не будем мешать им развлекаться. На самом деле, я бы даже предложил слегка приотпустить поводок. Возможно, вы захотите спросить: а чем это вызвано?..

— Ну, вообще-то да! — отозвался лорд Рехан. Вид у него был озадаченный — просто любо-дорого посмотреть. — Если, как вы утверждаете, набеги обескровливают нас и представляют собою смертельную угрозу…

— Во-первых, нам совсем не нужно, чтобы эти отродья узнали, что это представляет для нас смертельную угрозу.

А как показывает практика, у них есть среди нас свои глаза и уши. И не исключено, что роль этих глаз и ушей исполняют некоторые из наших якобы верных детей. Во-вторых, мы хотим напомнить нашим якобы верным детям, как приятна бывает жизнь, когда твой повелитель тобою доволен. — По губам Киндрета скользнула легкая усмешка. — Мух легче приманить на сласти, чем на уксус. А тем временем, — глаза Киндрета опасно сузились, — я поищу более даровитого командующего.

Ни единого возражения не последовало — к совершеннейшему удовольствию лорда Киндрета.

Глава 1

В'кель Аэлмаркин эр-лорд Торнал улыбнулся рабыне, примостившей белокурую головку ему на колено. Это была его нынешняя фаворитка. Нежная, хрупкая юная женщина доверчиво прильнула к его ноге. Безукоризненной лепки лицо радовало лорда тонкостью черт, безупречной правильностью и белизной кожи. Рабыня робко улыбнулась в ответ, но в улыбке все же проскользнуло легкое кокетство; в больших голубых глазах отражалась сама душа девушки, наивная, бесхитростная и безыскусная. В этой очаровательной головке никаких мятежных мыслей не таилось — на самом деле, Аэлмаркин здорово бы удивился, если бы девица высказала за день хотя бы пару мыслей, все равно каких. У девушки была безупречная родословная; она происходила из племенной линии рабов, в которой отбор велся по признаку красоты и изящества. Чисто декоративная порода.

Аэлмаркин довольно вздохнул и погладил бледно-золотые шелковистые волосы. Первоклассный экземпляр: очаровательная, жадная к удовольствиям, уступчивая, изящная, невинная и невероятно послушная. Именно такой тип рабынь всегда ему нравился. Аэлмаркин тщательно культивировал невинность подобного рода, и прочие его рабы, страшась навлечь на себя хозяйский гнев, никогда бы не посмели разрушить иллюзию. Никаких рассказов о порках или еще более суровых наказаниях, никаких слухов о гаремных историях и судьбе прочих фавориток — ни единого намека на неведомые ей стороны жизни. Для нее Аэлмаркин всегда был тем добрым, любящим и снисходительным хозяином, каким она его считала.

Аэлмаркин вновь переключил внимание на самого важного из своих гостей.

— Ну как? — поинтересовался Аэлмаркин, обводя широким жестом зал и всех, кто в нем находился. — Я же вам обещал, что тут будет куда интереснее, чем сидеть на празднествах у вашего отца и танцевать со всеми этими скучными многообещающими девицами из хороших семей.

Лорд Аэлмаркин был не настолько сильным магом, чтобы украшать свой зал для приемов при помощи иллюзий, и потому вся окружающая роскошь была совершенно настоящей. Гостей, собирающихся на его вечеринки, всегда ожидала одна и та же роскошная обстановка; Аэлмаркин не мог позволить себе каждый раз устраивать что-нибудь новенькое, небывалое. Но Аэлмаркин искупал неизменность обстановки щедростью и пышностью приемов и мало-помалу сделал на этом имя.

Взять, к примеру, хоть этот зал: к счастью, он изначально был хорошо построен, и когда перешел во владение Аэлмаркина, тому оставалось лишь украсить его. Северная и южная стены были стеклянными: с севера располагалось озеро с искусно украшенными берегами, а с юга — изумительно ухоженные сады. Восточная и западная стены были обшиты посеребренным деревом, а двери с серебряными косяками связывали зал с другими помещениями дома.

С потолочных посеребренных балок свисали причудливые серебряные светильники, кристаллы, крохотные стеклянные скульптуры и серебряное кружево, а все пространство между балками было застеклено. Сейчас отражение множества огней надежно скрывало внешний мир, но позднее, когда свет угаснет, на пирующих с высоты будут взирать бесстрастные звезды. Для ковров Аэлмаркин выбрал черный цвет в основном потому, что так их было легче отчищать после вечеринок, а подвыпившим кутилам было куда приятнее падать на ковер, чем на мрамор или паркет. Западная и восточная стены были занавешены серебристыми Драпировками, а серебряные пиршественные ложа были обтянуты черной тканью в цвет коврам. У каждого ложа стоял серебряный столик. Единственными яркими пятнами в зале были наряды гостей. На каждом ложе располагалось двое: гость и его (или ее) спутник. Некоторые привели компанию с собой, иные же предпочли выбрать кого-нибудь из гаремных рабынь Аэлмаркина, обряженных в платья из прозрачной серебристой ткани и серебряные ошейники.

1
{"b":"20928","o":1}