ЛитМир - Электронная Библиотека

— Я так и думал, — заверил его Киртиан. Количество «покойников» все увеличивалось, и они, отойдя с поля боя, подбадривали сражающихся криками или осыпали их шуточками. — По крайней мере, до тех пор, пока все не попрактикуются. Я совсем не хочу, чтобы люди ломали себе ноги на склонах или влетали с разгона в заросли и надевались на какой-нибудь сук, как на вертел. Мы же явились сюда сражаться, а не получать травмы.

Он ослабил бармицу, защищавшую горло, и сдернул ее.

Джель расхохотался, заслышав эти слова, и Киртиан улыбнулся в ответ.

— Да уж, звучит это как полная чушь, — хмыкнул Джель. — Но и то правда: если парни начнут возвращаться обратно с переломами, а то и с чем похуже, нам трудновато будет найти добровольцев для участия в следующей драке.

Он заткнул большие пальцы рук за пояс и со вполне простительной гордостью воззрился на сражающихся.

— Хотя я тебе вот что скажу: если дело дойдет до настоящего боя, а не до гладиаторских игр, я поставлю на наших ребят против любых профессиональных бойцов. Они победят.

— Совершенно с тобой согласен. Но я надеюсь, что до этого дело не дойдет. Но все-таки, если они выйдут против новобранцев, крови прольется куда меньше, — сказал Киртиан, наблюдая, как его уцелевшие бойцы окружили последних бойцов Джеля и потребовали, чтобы те сдавались. — Эльфийские лорды могут заставить людей драться, но они не могут заставить их драться хорошо. Кстати, о добровольцах: крестьяне хотят в ближайшем будущем устроить еще один праздник.

— Тогда нам лучше подумать, как организовать общую схватку, — вздохнул Джель. Он терпеть не мог устраивать подобных мероприятий, поскольку хлопот с ними было великое множество, и в них, как и в настоящих сражениях, большая часть участников на самом деле толком и не умела сражаться. Добрая половина тут же начинала путать все на свете и делать вовсе не то, что им приказывали. Мало того, что они сами запутывались, — они еще и сбивали с толку всех, кто пытался нормально выполнять приказы. Но, однако, все обитатели поместья обожали учебные сражения и с радостью участвовали в них: когда ты знаешь, что тебя точно не убьют и почти наверняка ничего тебе не повредят, бой оказывается чрезвычайно увлекательной штукой. Военный день превращался во всеобщий праздник, сопровождаемый пиром, музыкой и танцами — для тех, кто не успел вымотаться до «смерти».

Впрочем, никто не спешил «умереть» побыстрее и отправиться танцевать, ибо с теми, кто протянул дольше всех, носились как с героями — вне зависимости от того, кто из противников одерживал победу.

С тех самых пор, как Киртиан и его верный сержант впервые вовлекли жителей поместья в свои военные игры, учения сделались настолько популярными, что и люди, и эльфы начинали возмущаться, если военный день устраивался реже чем раз в два-три месяца. Киртиан просто не мог их разочаровывать. Однажды он попробовал было устроить праздник без войны, но все так возмутились, что Киртиан зарекся повторять подобные попытки.

— Надеюсь, это не будет бой в лесу? — тоскливо поинтересовался он. — А может.., почему бы нам не устроить осаду?

— А что будем осаждать — центральную усадьбу? Нет, лучше Вдовий дом. Все равно там уже несколько десятилетий никто не живет. Я уж даже не упомню, когда там убирали и проветривали. И, кстати, у леди-матери появится повод привести его в порядок — мало ли, вдруг он нам еще зачем-нибудь понадобится. Предки знают зачем — но вдруг да пригодится, — задумчиво произнес Джель. Его люди отказались сдаться и предпочли биться до последнего. — Это вполне можно устроить, если вы придумаете игровые стрелы и игровые камни. А может, еще и игровое кипящее масло.

Киртиан в ужасе уставился на Джеля, содрогнувшись от возникшей в его воображении картины.

— Предки! Ну ты и кровожадный тип!

— Ну, нет, при осаде без этого никак не обойтись, — заспорил Джель. — Осаждающие должны пользоваться луками, а защитники должны кидаться со стен всем, чем только можно. Ну так как, можешь ты это обеспечить или нет?

— Ну, может, и могу, — признался Киртиан. — Но ты понимаешь, во что это все превратится?

— В массовые потери с самого начала. А значит, битва надолго не затянется — и мы сможем побыстрее перейти к пиру, — ухмыльнулся Джель. — То есть мне будет меньше работы, а твоей любезной леди-матери — больше.

— А кроме того, девять месяцев спустя население здорово вырастет, если только я не добавлю ко всей праздничной еде противозачаточные средства, — вздохнул Киртиан. — А это значит, что хлопот добавится и у меня: придется и возиться с новым магическим оружием, и следить, чтобы на нас не обрушился вал новорожденных. Ты же сам знаешь, что бывает, когда женщинам разрешают участвовать в сражении! И почему только эти учебные сражения действуют настолько возбуждающе?.. — Киртиан покачал головой. — Иногда мне кажется, будто вы, люди, настолько от нас отличаетесь, что я никогда вас не пойму. И все-таки…

— Из этого штурма может получиться занятная штука, — убедительно произнес Джель. Тем временем его люди падали один за другим под мечами бойцов Киртиана. — Мы никогда еще не играли в штурм с живыми участниками. Штуки, которые проходят на карте и макетах, не всегда срабатывают с живыми людьми.

Искушение было слишком велико, и Киртиан не устоял.

— Ну, так и быть, — согласился он. — Начнем подготовку. Я разберусь с необходимой магией. Если увидим, что в месячный срок мы не укладываемся, придется пока ограничиться обычной общей дракой в поле.

— Договорились! — ухмыльнулся Джель и хлопнул Киртиана по плечу. Как раз в этот момент свалился последний из его людей. Уцелевшие бойцы Киртиана разразились радостными воплями. Все, теперь, пока они не напразднуются, о деле не поговоришь.

Глава 3

Как это всегда и бывало, на обратном пути «вражеские» отряды смешались в единую компанию и ломанулись через лес, позабыв о каком бы то ни было боевом порядке. Лес мгновенно затих, словно вымер: разговоры и смех так перепугали зверей и птиц, что те забились в норы или разлетелись. Во всяком случае, Киртиан не заметил ни птахи, ни кролика, пока они пробирались среди деревьев по старой, почти заросшей дороге. Солнце клонилось к закату, и золотистый свет лился сквозь ветви, просвечивая сквозь листву и окрашивая кайму облаков. Уставшие, но веселые бойцы поздравляли друг дружку, хвастались своими успехами и рассказывали, как Киртиана и Джеля прикончили ударами в спину — причем врали безбожно. Киртиан никогда не позволял никому нести свой доспех; он, как и все остальные, нес его сам — по крайней мере, до дороги. У опушки их поджидали повозки и экипаж — а то пешком отсюда до усадьбы было несколько часов ходу.

Киртиан с радостью сунул шлем вознице и позволил слуге снять с него доспех, прежде чем забраться в удобный экипаж и растянуться на подушках. Джелю, как лицу привилегированному, тоже причиталась и помощь слуг, и место в экипаже. Прочие бойцы помогли друг другу избавиться от доспехов и завалились на повозки поверх мягкого сена.

— Вот они, преимущества высокого ранга, — вздохнул Джель, откинувшись на спинку мягкого сиденья. Киртиан усмехнулся.

Как только Джель уселся, возница развернул коней, и экипаж покатил вперед. Бойцы тем временем еще продолжали загружать доспехи в повозки и усаживаться сами.

— Предки! — вырвалось у Киртиана, когда слуга подал ему флягу с прохладной, вкусной водой. — Я мечтал об этом чуть ли не весь день! — Он жадно глотнул из фляги, приноравливаясь к покачиванию экипажа, чтобы не выбить себе зуб об горлышко, и передал флягу Джелю.

— А ты чего думал, мы просто так устаем? — поинтересовался Джель, закрыл флягу, вернул ее Линдеру, молодому слуге Киртиана, и развалился на мягких подушках, обтянутых темно-коричневым бархатом. — Твоя уважаемая матушка постоянно твердит, что мы уже слишком стары для игры в войну, и иногда мне начинает казаться, что она права — по крайней мере, насчет меня. Всякий раз, как мы возвращаемся с игры, я думаю — а не пора ли мне остановиться?

7
{"b":"20928","o":1}