ЛитМир - Электронная Библиотека

Та кивнула.

– Мне о вас рассказывали, – бесцеремонно продолжала девица. Говорила она с легким акцентом, похожим на прибалтийский. – Рассказывали, что вы решили попробовать «кислотку». Позвольте узнать, ради кайфа или с какими другими целями?

– Я не совсем понимаю… – Глафира покраснела, словно ее уличили в чем-то непристойном.

– Да вы не бойтесь, – по-своему поняла ее реакцию длинноволосая. – Я не стукачка. Просто меня заинтересовала ваша личность. Говорят, вы очень серьезная, правильная, нигде не тусуетесь, а тут вдруг наркотики.

– Да вам-то, собственно, какое дело? – перебила ее Глафира. – В общем-то никакого, – состроила гримаску девица, – просто хочу вас предостеречь. ЛСД – опасная штука, и недешевая. Попадете в капкан к этому Омару… Мало ли что может случиться, – многозначительно добавила она. – Но есть препараты, практически ничего не стоящие и дающие очень интересный эффект да вдобавок совершенно безвредные. Вы читали Кастанеду?

Глафира отрицательно покачала головой.

– Как, вы незнакомы с учением Дона Хуана?! – изумилась девица. – Хорошо. У меня к вам есть предложение. У нас тут существует нечто вроде кружка. Несколько человек… В основном с химического, но есть и два биолога. Интересуемся оккультизмом, магией, трансцендентальными психотропами… Словом, пытаемся познать сущность бытия через психоделическое восприятие. Если вам интересно, приходите.

Компания, куда попала Глафира, была чем-то средним между коммуной хиппи и оккультной сектой. Сначала общество лохматых парней и нечесаных девиц, увешанных побрякушками, не понравилось аккуратистке Кавалеровой. Кроме всего прочего, здесь, видимо, господствовали свободные нравы. Парни и девушки непрерывно целовались друг с другом. Впрочем, исключались всякая грубость и хамство. Второй отличительной чертой компании были наркотики. (Девицу звали Кристиной, и она была чем-то вроде лидера группировки.) Здесь увлекались галлюциногенами. И, как поняла Глафира, изготавливали их в основном самостоятельно, поскольку большинство членов кружка составляли студенты биологического и химического факультетов. Кристина заканчивала химфак, а высокий черноволосый парень Яша, который был на два курса старше Глафиры, подрабатывал в Ботаническом саду. Вот оттуда-то и поступали в кружок основные компоненты. Сырьем для изготовления той дряни, которая пользовалась популярностью в кружке, служил тропический гриб, содержащий сильный галлюциноген. Попробовала гриб и Глафира. Потом еще и еще. Видения оказались увлекательными, невероятно красочными, а главное, ей представлялось, что вот-вот она сможет поставить точку в своих исканиях.

Очень скоро Глафира поняла, что в кружке никто ничего не изучал. Разговоры о самосовершенствовании, познании внутренних скрытых возможностей оказались обычной болтовней, видимо выдуманной для самоуспокоения. Даже поцелуйчики, которые вначале насторожили ее, оказались всего лишь частью некой игры. Однако какой? Безвредной, как утверждала Кристина? На самом деле гриб расщеплял психику, уводил от реального мира. Потребителю его становилась безразличной обыденная жизнь. Выпьешь настой, проглотишь несколько граммов порошка – и улетаешь в видениях далеко-далеко.

Беспризорная ребятня нюхает клей, «смотрит мультики», а эти «интеллектуалы» рассуждают о слиянии с Космосом, о Шамбале, о Великом Деянии… А суть одна и та же. Через полгода с Глафирой случился нервный кризис. Поиски абсолюта дали результат довольно неожиданный, и в первую очередь для родителей Глафиры. Их умненькая дочка зашла в своих исканиях куда-то не туда. Правда, они не подозревали об экспериментах с волшебным грибом и решили, что их чадо, как говорится, «заучилось».

Последовало пребывание в специальной клинике. Далее академический отпуск, возвращение в Тихореченск…

Принимать галлюциногены Глафира не прекратила. Втайне от родителей она изредка ездила в Москву, разживалась волшебным грибом и продолжала свои эксперименты. Теперь ей втемяшилось с помощью гриба установить связь с мертвыми. С этой целью она и явилась в тихореченский морг и провела там ночь. Дальнейшее читатель знает.

Глафира не считала себя наркоманкой, полагая, что в любой момент может прекратить прием снадобья.

После посещения морга ей стало казаться, что она вот-вот достигнет желанного мига и обретет наконец то, о чем столь долго мечтала: главное откровение, определяющее общий порядок мироздания. Но эксперимент нужно обязательно продолжить. Первый опыт она сочла удачным. Ведь удалось установить связь с мертвой девушкой! Требовалось подтверждение. И Глафира начала искать дальнейшие возможности с помощью волшебного гриба общаться с мертвыми.

«НАДЕЮСЬ, ВЫ СРАБОТАЕТЕСЬ…»

– Валеев, – высокий блондин лет двадцати пяти протянул Жене руку, – можно просто Альберт. Майор говорил о вас. – Он окинул Женю оценивающим взглядом, чуть задержался на мини. – А вас зовут Евгения Яковлевна?

– Женя. Если вас – Альберт, то меня – Женя.

– Не возражаю. Майор просил ввести вас в курс дела. Вам… – Он запнулся.

– Можно на «ты».

– Ладно. Так проще… Знаешь, я… – Он засмеялся, чуть покраснел. – Я, честно говоря, надеялся сам работать над этим делом. А тут ты…

– Но я не хотела перебегать тебе дорожку.

– Глупости. Немножко неправильно выразился. Понимаешь, я занимаюсь так называемыми «ночными бабочками», проще говоря, проститутками. Вот где они у меня. – Он провел ребром ладони по горлу. – Бессмысленное занятие. Статьи на них нету. Однако публика еще та! Тут тебе и наркотики, и вымогательство, и связи с организованной преступностью. Да и сами они часто становятся жертвами криминала.

– Все это я знаю, – холодно сказала Женя. – Вы… ты, пожалуйста, по делу.

– Так вот. У панельных тоже своя градация имеется. Вокзальные… плечевые. Слышала о таких?

Женя кивнула. Этот Альберт, видно, ее за дурочку принимает.

– Есть еще несколько категорий, – продолжал Альберт, – массажистки, динамистки… Это которые клиентов кидают. Синявки, мушки… Вержбицкая принадлежала, видимо, к самой крутой категории…

– Видимо?

– Ну да. Точной информации на ее счет у нас нет. Только отрывочные данные и предположения. Видишь ли, эта группа, к которой принадлежала убитая, практически никаких хлопот не доставляет. Клиентура у них солидная, шума не любит. Поэтому знаем мы о них не так уж много. Известно только, что есть в городе несколько подобных дам. У нас не Москва, не Питер. Но последнее время иностранцы – обычное явление, да и свои денежные мешки появились. Такие, кто любит культурное обхождение: поговорить о литературе, о живописи, пофилософствовать. Отвести, так сказать, душу с интеллигентной дамой. За утехи – одна плата, за культуру – дополнительная и довольно высокая. Случается, нанимают фирмы для важного клиента или для какого-нибудь официального приема. Большинство этих дам владеют иностранными языками, практически все с высшим образованием.

– А Вержбицкая?

– Про нее вообще данных ноль. Только слухи. Про Вержбицкую я узнал случайно. С полгода назад в Тихореченск приезжала делегация из Венесуэлы. Дельцы какие-то. Налаживают торговое партнерство – так теперь говорят. Так вот. Одного из этих венесуэльцев обокрали. Доллары сперли, часы золотые. Он в ванной прохлаждался, а номер был не заперт. Стали копать. Ну и всплыла эта Света. Она при делегации гидом-переводчиком состояла. К краже, естественно, никакого отношения не имела. Воришку мы поймали почти сразу, он часы в скупку поволок… Но гиды представляют то или иное экскурсбюро. И переводчики тоже, а Вержбицкая нигде не числилась. Даже странно. Кроме нее, делегацию сопровождали еще четыре дамы. Две из них относились к той же сомнительной категории.

– Я сегодня как раз побывала у нее дома, – сообщила Женя.

– У кого? – не понял Альберт.

– У Вержбицкой.

– Так ведь квартира опечатана?

– Ну… понимаешь… хотела как лучше…

– Даешь! А майор знает?

– Он меня там и накрыл. Соседка сообщила.

7
{"b":"2096","o":1}