ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Все поспешно спрятались в палатки.

Словно десять тысяч барабанщиков замолотили палочками по брезенту, это долетели первые капли, потом палатки поглотил сокрушительный горный ливень. В стремительную музыку летящей воды ворвались резкие щелчки, и спустя минуту шум стал другим, посыпал мелкий густой град. Скоро зелёный луг стал белым. И всё оборвалось.

Через каких-нибудь полчаса снова светило солнце. Под его лучами быстро исчезали крупинки града. Виталька и Эллочка носились по лугу босиком и визжали от восторга. Всё вокруг засияло неповторимым первозданным блеском. Леня нырнул в палатку и оттуда повёл объективом узкоплёночной кинокамеры за Эллочкой и Виталькой. Они бегали до тех пор, пока не упали в изнеможении на мокрую траву.

11

Утром встали с восходом солнца. Виталька приготовил завтрак и начал собираться в дорогу. Ему предстояло вместе с Лёней обойти вокруг озера и сектор за сектором по планшету сфотографировать всё побережье. Николай дал ему свою зеркалку с мощным объективом и десять заряженных кассет. Кроме того, Лёня и Виталька должны были фотографировать наиболее интересные разрезы с чётко выраженной сменой пород и толщиной каждого слоя, отмечать места, где были обнаружены такие разрезы, на планшете и собирать образцы минералов. На эту работу надо было дня три-четыре, но Виталька надеялся, что они с Лёней управятся за два.

Виталька прикрепил к поясу геологический молоток с длинной рукояткой, положил в карман лупу и уже укладывал в рюкзак спальный мешок, когда к нему подошла Эллочка.

– Виталик, мне дедушка разрешил идти с тобой вместо Лёни. Ты не возражаешь?

– Нет. А Лёня?

– Он тоже не возражает.

– Да нет же… Почему он не идёт?

– Ах, почему не идёт? Не знаю. Николай его не отпускает, говорит, он здесь нужнее.

К ним подошёл профессор. В раздумье оглядел их:

– И всё-таки надо бы с вами пойти кому-нибудь из взрослых…

– Разве мы дети? – улыбнулась Эллочка.

– Нет, но…

– Но надо, чтобы кто-то однако же вел нас за ручку? Здесь, что ли, у вас мало дел?

– Дел не мало, но…

– Вот видишь. И кроме того неужели нам нельзя поручить ничего?

– Дикое неисследованное озеро… – Профессор нерешительно смотрел то на Эллочку, то на Витальку.

– Скажи, Виталик, – Эллочка тронула за руку Витальку, – разве может с нами что-то случиться? Ты ведь знаешь эти горы лучше нас.

– Ничего, конечно… Только надо бы взять с собой кошму, ту, что поменьше. Придётся заночевать на той стороне озера.

– Ну хорошо, – согласился профессор.

Эллочка обняла его и поцеловала.

– Не волнуйся, дедушка. Джунгли здесь, что ли? И с нами ведь будет собака.

– Если бы не Рэм, то и речи не могло быть, чтобы отпустить вас одних. – Профессор ласково посмотрел на громадного пса, сидевшего у ног Витальки. – А ты говорила, что собака излишняя обуза.

– Беру свои слова обратно. – Эллочка погладила Рэма.

Луговая полоса упиралась в невысокий каменистый гребень, на вершине его словно шипы на хребте дракона, торчали треугольные каменные столбы. За первым гребнем был второй, за вторым третий, за третьим четвёртый. И все они заканчивались обрывом, уходившим в воду. К озеру пока подойти было невозможно. Виталька и Эллочка шли довольно быстро, но из-за бесконечных спусков и подъёмов к полудню ушли от лагеря всего на каких-нибудь восемь-девять километров.

Среди камней росли чахлые ёлочки с исковерканными стволами. Им не хватало почвы, они пускали корни в щели между камнями, и кроме того им приходилось выстаивать под свирепыми горными ураганами.

Когда прошли восемь таких гребней, открылся спуск в унылую долину с высохшим лесом. Такого Виталька ещё никогда не видел. Среди скал стояли серые ели без ветвей с осыпавшейся корой. Что могло погубить этот лес? Эллочка и Виталька невольно замедлили шаг. Мёртвый лес был угрюм и страшен даже сейчас, в разгаре солнечного дня. Под ногами глухо лопались сгнившие ветви, нигде не было видно ни одной птицы, не было даже насекомых. Однако Рэм весело бегал среди мёртвых деревьев, не проявляя никаких признаков беспокойства.

– Никогда не видела такого зловещего леса, – сказала Эллочка. – По-моему, именно в таких местах рождались поверья. По-видимому, люди, которые добирались сюда, тоже обходили побережье и наткнулись на этот лес. Мрачная и таинственная обстановка так подействовала на них, что они в страхе бежали отсюда. А ведь правда страшно, Виталик?

Лёня и Николай считали Эллочку взрослым человеком, а Виталька видел в ней только девчонку, почти свою ровесницу. Она и была всего на три года старше его.

– Всё-таки почему умер лес? Как ты думаешь, Элла, что произошло?

– Не знаю. Надо спросить у дедушки. Посмотри, какие здесь росли деревья!

Виталька знал, что профессор будет им недоволен, если он придёт и скажет: «Видел мёртвый лес». Он сразу же спросит… Что спросит?

Виталька подошёл к огромной мёртвой ели и стал тщательно её осматривать. Гладкий серый ствол был обмыт дождями, просушен ветрами и солнцем, но с северной стороны ствола зияло длинное узкое дупло. Внутри ель была пустой. Один удар урагана, и она рухнет. Виталька срезал мягкую серую труху внутри ствола, понюхал, ничего особенного. Всё как обычно, просто сгнившее дерево. Завернул древесную труху в бумажку и положил в рюкзак. Наклонился и стал осматривать обнажённые корни. И там, где корни соприкасались с землёй, заметил странный грязно-серый налёт. Такого он в лесу никогда не видел. Может быть, здесь и надо было искать причину гибели леса. Он осторожно срезал кусок корня с приставшей к нему землёй, осмотрел, понюхал. Снова ничего особенного. Он хотел было лизнуть языком белый налёт, но Эллочка, удивлённо наблюдавшая за ним, схватила его за руку.

– Виталька, здесь же погибло всё живое! Что ты делаешь? Пойдём скорее отсюда!

– Нет, нет, надо ещё взять образцы почвы для анализа.

Они начали разгребать рыхлый покров из сгнивших ветвей и истлевшей коры. Под этим покровом была белесая почва. Виталька начал её рассматривать через лупу. Но прибор этот был слишком слаб.

Взяв образцы, Эллочка и Виталька двинулись дальше. Лес захватил длинную низину, расположенную между двумя невысокими каменистыми гребнями. Что-то заставило Витальку остановиться. Он снял рюкзак, лёг на землю и приложил ухо к обнажённому корню мёртвого дерева. Ему показалось, что он слышит тихий невнятный шорох. Что это могло быть?

– Что там, Виталик? – нетерпеливо спросила Эллочка.

– Послушай.

Эллочка приложила ухо к корню.

– Как будто там что-то движется…

– И мне так показалось, – сказал Виталька.

Они поднялись на гребень и сфотографировали мёртвый лес со стороны солнца, затем нанесли его на карту.

Когда сели обедать возле родника, бившего из скалы, Эллочка заставила Витальку тщательно вымыть руки. Оба были так голодны, что съели с сухарями две банки консервов. Огонь разводить не стали. Покормив собаку и немного отдохнув, двинулись дальше.

Эллочка шла удивительно легко. Эта рослая стройная девушка всё больше и больше нравилась Витальке. Она не молола зря языком, не пыталась Витальке навязать свою волю. Сразу и без слов согласилась, что в экспедиции вокруг озера главный – Виталька, и с готовностью выполняла всё, о чём бы он её ни попросил.

Когда она уставала, то откидывала красно-золотистые волосы с загорелого лба и улыбалась Витальке так хорошо, что и он не мог не улыбнуться в ответ.

Она была очень красива, хотя нос её облупился на солнце, губы потрескались, а волосы походили на копну соломы после бури. Где-то она потеряла свою вязаную шапочку и теперь ходила с непокрытой головой.

– Виталька, – смеясь, сказала она, – мы с тобой похожи на горных нищих.

Виталька оглядел себя. Штаны изорваны о камни и сучья, куртка без пуговиц, из кед нелепо высовываются разлохмаченные шерстяные носки. И кроме того он увешан с головы до ног разным барахлом.

27
{"b":"20977","o":1}