ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Роан слушал все нашу болтовню по телефону. По-моему, ему казалось, что дерево его жизни, так тщательно взращенное и уже дающее первые плоды, срубили. И теперь не спеша пускают на лучину для своих маленьких очагов. Больше всего он, конечно, боялся, что кто-нибудь упомянет в разговоре с Мэттью его прошлое. Но об этом я всех предупредила особо.

К тому же все были под сильным впечатлением того, что он сделал. Это само по себе исключало разговоры о прошлом, было просто неловко вспоминать. Никто не жаждал рассказать Мэттью, как семья сначала не замечала Рони Салливана, затем заключила на время в свои объятия и, наконец, отбросила и попыталась забыть. Поэтому попросить об этом было нетрудно, по крайней мере, поначалу.

Мэттью был в экстазе.

– Все оказалось так просто, – сказал он мне, когда Роан не мог нас слышать. На лице у него было недоверие, – Не понимаю, почему Больший так переживал и мучился все эти годы. Думаю, что он слишком плохо судит людей, вот и перемудрил. – Мэттью вздохнул и покачал головой. – Знаешь, я решил, что он относится к категории людей, которые смотрят дареному коню в зубы.

Я чуть не высказала ему: “У Роана есть все основания считать: каждая подаренная лошадь только и думает, чтобы лягнуть”, но решила, что не стоит открывать по этому поводу дискуссию. Роан заслужил право сам все объяснить Мэттью, когда он будет к этому готов.

А, черт, готов или не готов, у него скоро не будет иного выбора.

* * *

– Пожалуй, сегодня мне нужно что-нибудь покрепче, – сокрушенно вздохнул Роан, когда мы сидели в тени на маленьком балкончике его спальни. – А это случается не часто. – Он с досадой выплеснул из кружки остатки пива. Я сидела между его голыми ногами на деревянном полу балкона, на мне не было ничего, кроме одеяла. Впрочем, и оно было у нас на двоих.

– Ты можешь выпить мое, – я поднесла к его губам свой стакан бурбона. Он сжал зубами края и влил все себе в глотку. – Ух ты! Без рук, – сказала я. – Ты научился этому трюку в баре?

– Нет, я научился ему, когда Мэттью был еще в пеленках. Поменяй кучу грязных пеленок, и ты научишься пить, есть и расписываться без помощи рук.

Я попыталась засмеяться. Нет, я все равно не могла представить себе его – пятнадцати– или шестнадцатилетнего худого грубоватого подростка, заботящегося о чужом ребенке.

– Я люблю тебя, – просто сказала я. – Я люблю тебя сейчас больше, чем когда мы были детьми, больше, чем когда ты вернулся домой, и сегодня я люблю тебя больше, чем вчера.

Он наклонился и поцеловал меня.

– Пьяненькая? – поддразнил он меня.

– Может быть. Но от этого я только вижу все более четко. И я должна заставить тебя поверить мне, что дома все будет хорошо. Мэттью узнает про Большого Роана. Узнает о прошлом. Узнает про нас. От этого не уйдешь. Но все будет хорошо.

– Я не прошу гарантий. Я скажу тебе, чего я хочу. Я хочу смеяться вместе с тобой. Сидеть и смотреть на тебя. Просыпаться и не думать ни о чем другом, кроме того, что ты, такая теплая и гладкая, рядом со мной. Я хочу, чтобы мы вместе строили свою жизнь. Все, что происходит, стоит этого.

И был вечер. Мы сидели молча. Хотелось быть здесь всегда, отринуть все прочее. Но неумолимо приближался рассвет.

– Я не могу сказать, что с нетерпением жду завтрашнего дня, – сказал Роан.

Первое, что мы увидели, въезжая в Дандерри, это имя дедушки. Оно крупными буквами сияло на чучеле у принадлежавшей ему когда-то бензоколонки. На том самом перекрестке, откуда начинали свое победное шествие по землям чероки первые Мэлони и Делани. Бензоколонка по-прежнему в руках семьи, и мы сохранили вывеску.

Мне казалось, что дедушка Джозеф ждал нас, и душа его незримо наставляла меня на моем трудном пути.

“Твой прадедушка”, – подумала я. А вслух сказала:

– Мой дедушка. Дедушка Джозеф. Сначала это была единственная заправочная станция во всем округе, и дедушка ею владел. Папа купил маме кока-колу во время их первого свидания именно здесь. Никто и не подозревал, что они встречаются, потому что ему было восемнадцать, а ей только четырнадцать. Твоя прабабушка Элизабет Делани заперла бы маму в подвале, если бы знала. Папа спрятал маму под одеялом на переднем сиденье своего “Форда” и…

– А что, Мэлони так же много, как и Делани? – спросила Твит слабым голосом. Ее можно было понять. Такое обилие имен подавляло.

– Пожалуй, Мэлони даже больше. Дедушка Джо уверял потом, что он видел Мэрибет в “Форде”, но притворился, что ничего не заметил. Папа отвез маму в рощу и они пили там колу. По тем временам это было рискованное любовное приключение.

– Нужно вести какие-то записи, а то недолго и с ума сойти, – засмеялась Твит. – Пожалуй, стоит начертить схему, чтобы не запутаться в родне Мэттью.

“О! У нас схем хватает. Порой весьма неожиданных”, – подумала я.

Твит коснулась колена Роана.

– Расскажи нам что-нибудь интересное о Салливанах.

Роан устало прикрыл глаза. Мы проезжали мимо Торговой палаты, где, заботливо украшенный азалиями и бегониями, висел красивый деревянный щит.

“ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ДАНДЕРРИ. ШТАТ ДЖОРДЖИЯ! КУСОЧЕК ИРЛАНДИИ В ГОРАХ! НАСЕЛЕНИЕ 15287. УСТАНОВЛЕН В 1839 Г. АЙРЭН ДЕЛАНИ БОГГС, МЭР ГОРОДА ДАНДЕРРИ, ХОЛТ Т.МЭЛОНИ, КОМИССАР ОКРУГА ДАНДЕРРИ”.

– Ну, Больший? – поторопил Мэттью, так и не дождавшись ответа.

Наконец Роан сказал:

– Мой старик получил Серебряную звезду в Корее.

Мэттью от удивления открыл рот. Я тоже. Я никогда этого не знала. Да и никто, пожалуй, не знал. Мэттью покачал головой.

– Почему ты мне раньше не говорил? Я знал, что он потерял ногу на войне, но не знал, что он герой. Где его медаль?

Роан уставился в открытое окно, прижимая к груди мою руку. “Герой? – наверно, подумал он. – Они перепутали моего старика с кем-то”.

– Я похоронил ее вместе с ним, – сказал он. Мы еще не приехали домой, а прошлое уже настигало его. Всех нас.

* * *

Я напряженно смотрела перед собой. Лимузин катился по узкой дороге. Следом за машиной летел ястреб, где-то совсем близко по дереву стучал дятел, из кустов прямо перед нами появилось полдюжины диких индюшек. Как будто каждый вид дичи приветствовал прибытие любительницы птиц.

Твит убрала крышу машины и встала, держась рукой за край.

– Мэттью, посмотри! – позвала она.

– А вот пара оленей, – Мэттью просто сиял от восторга. – Больший, это место невероятно. Я люблю его.

– Подожди, пока увидишь дом и озеро, – спокойно сказал Роан. – Тебе никогда не придется просить у кого-нибудь ночлега. Я перестроил этот дом, и теперь ты можешь считать его своим, если тебе и Твит это действительно нравится. – Роан посмотрел на меня. Я кивнула, понимая теперь еще одну причину, по которой он купил это место. Чтобы тебя принимали в Дандерри всерьез, ты должен владеть землей. Он купил для себя определенный статус. Теперь он был готов передать его Мэттью.

– Роан, – со слезами в голосе произнесла Твит. Мэттью наклонился и любовно потрепал Роана по руке. – Это твоя собственность, Больший. Ты мне много раз говорил, как ты любил бывать здесь.

“Ну да, – горестно подумала я, – прятаться и стараться не голодать”. Но Мэттью этого не знал.

– Нет, место Роана – это Даншинног, – сказала я, встретив его быстрый благодарный взгляд. – Это гора. Оттуда видно далеко, он любит, чтобы был простор. Для нас это особое место.

Когда мы подъехали к озеру, в небо поднялась стая диких уток чуть ли не от самого дома, и крошечный пятнистый олененок, спотыкаясь, побежал к матери, которая преспокойно щипала дорогую траву на дворе. Мэттью и Твит издали вопль восхищения, выскочили из машины и побежали к озеру, взволнованно обмениваясь впечатлениями.

Роан дал водителю чаевые, и лимузин уехал. Он и я стояли рядом с выгруженным багажом и понимали: перед нами новая ступень, остается только шагнуть. Но никто из нас не знал, что окажется под ногами – твердая надежная земля или коварная трясина.

65
{"b":"21","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Месть белой вдовы
М*даки под контролем
Супермен по привычке. Как внедрять и закреплять полезные навыки
Сила упрощения. Ключ к достижению феноменального рывка в карьере и бизнесе
Слезинка в янтаре
Разведенная жена, или Черный квадрат
Неотразимый повеса
Полночный прилив