ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я разыскиваю Вахада, гида, — обратилась я к угрюмому продавцу цветов.

Он оглядел меня с ног до головы и махнул рукой. К нему подбежал маленький грязный мальчишка. По виду это был типичный уличный оборванец, одетый в лохмотья и с сигаретой на губе. Губы у мальчишки были бесцветные, а от сигареты несло гашишем.

— Вахад, к тебе клиент, — сказал ему продавец. Я впала в ступор.

— Так это ты водишь экскурсии? — только и смогла выдавить я.

Этому маленькому хрупкому созданию было не больше десяти лет от роду, что не мешало ему быть морщинистым и дряхлым. Вдобавок его донимали вши. Мальчишка почесался, облизал тонкие пальцы и загасил сигарету. Потом немного подумал и засунул ее за ухо.

— Пятьдесят динаров — минимум за экскурсию по Казбаху, — заявил он. — За сотню я покажу вам весь город.

— Мне не нужна экскурсия. — Внутренне содрогнувшись, я потянула мальчишку в сторону, взявшись двумя пальцами за грязный рукав его рубахи. — Я разыскиваю миссис Ренселаас, Минни Ренселаас, жену последнего голландского консула. Друг сказал мне…

— Я знаю, кто она, — перебил он, сощурил один глаз, а вторым недоверчиво оглядел меня.

— Я заплачу, если ты отведешь меня к ней. Ты сказал, пятьдесят динаров? — и я полезла в сумку за деньгами.

— Никто не навещает леди, пока она сама не позовет, — сказал он. — У тебя есть приглашение или что-нибудь в этом роде?

Приглашение? Я выглядела дурой, но достала телекс Нима и показала его мальчишке, всерьез опасаясь, что Вахад решит будто я его разыгрываю. Какое-то время он рассматривал бумагу, вертел так и этак и наконец признался:

— Я не умею читать. Что тут написано?

И пришлось мне объяснять гадкому мальчишке, что за послание передал мне мой друг в зашифрованном виде. По-моему, сказала я ему, этот текст означает «Ступай на Рыбацкую Лестницу, встреть Минни».

— Это все? — спокойно спросил он, будто чуть ли не каждый божий день сталкивался с такими объяснениями. — Там нет другого слова? Секретного слова?

— Жанна д'Арк, — вспомнила я. — Там есть еще о Жанне д'Арк.

— Это неверное слово, — заявил мальчишка, достал окурок из-за уха и снова раскурил его.

Я оглянулась на Лили, сидевшую на скамейке. Взгляд, который она адресовала мне в ответ, ясно говорил, что она думает по поводу моих умственных способностей. Я лихорадочно попыталась припомнить другое произведение Чайковского, в названии которого было бы нужное количество букв, но не могла. Вахад по-прежнему таращился в телекс.

— Я могу читать цифры, — сказал он. — Здесь записан телефонный номер.

Я взглянула на листок и увидела, что Ним действительно написал семь цифр. Ура!

— Это ее телефонный номер! — воскликнула я. — Мы позвоним ей и спросим…

— Нет, — перебил мальчишка и посмотрел на меня как-то странно. — Это не ее номер, а мой.

— Твой! — опешила я.

Лили и продавец цветов уставились на нас, затем Лили встала и направилась к нам.

Разве это не доказывает…— начала я.

— Это доказывает лишь одно: кто-то знает, что я могу отвести вас к мадам, — заметил он. — Но я не поведу, если вы не назовете верного слова.

Маленький упрямец. Я мысленно обругала Нима с его пристрастием к шифровкам. И вдруг вспомнила: есть еще одна опера Чайковского, название которой состоит из девяти букв, если писать его по-французски. Лили как раз подошла к нам, когда я схватила Вахада за шкирку.

— Dame Pique! — закричала я. — Пиковая дама…

Мальчишка бросил сигарету на землю, затоптал ее, затем махнул рукой в сторону Баб-эль-Куеда и велел следовать за ним.

Вахад водил нас вверх и вниз по ступенчатым улицам Казбаха. Сама бы я в жизни не отыскала дороги в этих дебрях. Лили ковыляла за нами, покряхтывая и отдуваясь, а Кариоку, чтобы перестал скулить, мне в конце концов пришлось засунуть в свою сумку. После получасовых блужданий среди извивающихся в самых непредсказуемых направлениях переулков мы оказались в узком тупике. Кирпичные стены по обеим его сторонам были так высоки, что на мостовую совсем не попадало света. Вахад остановился, чтобы Лили могла догнать нас, и меня вдруг бросило в дрожь: у меня возникло ощущение, будто я уже бывала здесь прежде. Минутой позже я поняла, почему это место кажется мне таким знакомым: что-то очень похожее я видела во сне, когда ночевала у Нима и проснулась в холодном поту. Меня охватил ужас. Я резко повернулась к Вахаду и схватила его за плечо:

— Куда ты привел нас?

— Идите за мной, — сказал он и открыл тяжелую деревянную дверь в глубокой стенной нише.

Я взглянула на Лили, пожала плечами, и мы вошли. За порогом оказались ступеньки, уходящие вниз, в темноту. Лестница была такая мрачная, что легко было представить, что она ведет в склеп или темницу.

— Ты точно знаешь, что делаешь? — спросила я Вахада, но он уже исчез в темноте.

— Откуда нам знать, что это не ловушка? — прошептала Лили за моей спиной, когда мы стали спускаться по ступеням. — Вдруг нас пытаются похитить?

Рука Лили лежала на моем плече, Кариока тихонько скулил в сумке.

— Я слышала, блондинки немало стоят на невольничьих рынках…— не унималась Лили.

«Угу, а за тебя запросят вдвое больше, если решат продавать на вес», — подумала я, а вслух сказала:

— Заткнись и топай вперед!

Однако я и сама боялась. Без проводника нам ни за что не найти дорогу обратно.

Вахад дожидался нас внизу, в потемках я не увидела его, и мы столкнулись. Лили по-прежнему цеплялась за мое плечо. Вскоре мы услышали лязг ключа, поворачивающегося в замке, потом скрип дверных петель, и темноту прорезала полоска тусклого света.

Мальчишка за руку втащил меня в большой темный подвал. Там было не меньше дюжины мужчин. Они сидели на застеленном коврами полу и играли в кости. Мы стали пробираться через прокуренную комнату. Несколько человек подняли на нас мутные глаза, но никто не попытался остановить нас.

— Что это за кошмарная вонь? — спросила Лили, понизив голос. — Похоже на запах тления.

— Гашиш, — прошептала я в ответ.

По всей комнате были расставлены кальяны, игроки время от времени подносили к губам мундштуки из слоновой кости и втягивали в легкие сладковатый дым.

Господи милосердный, куда этот Вахад нас тащит? Следом за ним мы пересекли комнату, вышли через дверь на другом ее конце и, пройдя по наклонному темному коридору, оказались в заднем помещении маленькой лавки. Лавка была полна птиц, повсюду стояли клетки, в которых прыгали по жердочкам тропические птахи.

В лавке было одно-единственное увитое диким виноградом окно, оно выходило на улицу. Стеклянные подвески на люстрах отбрасывали золотые, зеленые и синие блики на стены и на чадры нескольких женщин, ходивших по магазинчику. Так же как и давешние игроки, эти женщины не обратили на нас никакого внимания, словно мы сливались с обоями. Вахад провел нас через лабиринт жердочек к маленькой арке в дальнем конце магазинчика. Миновав арку, мы очутились в узком переулке, вернее, на небольшой площадке, мощенной булыжником. Со всех сторон нас окружали высокие стены из покрытых мхом кирпичей. Похоже, попасть сюда можно было только через лавку, которую мы миновали, да еще в стене напротив виднелась тяжелая дверь.

Мальчишка-проводник пересек дворик и дернул за шнурок рядом с дверью. Прошло много времени, но ничего не происходило. Я посмотрела на Лили, которая все еще цеплялась за мое плечо. Ей удалось отдышаться, лицо ее было мертвенно-бледным. Впрочем, я не сомневалась, что и сама выглядела не лучше. Мое беспокойство понемногу перерастало в панику.

В двери было проделано зарешеченное окошко. Спустя какое-то время за решеткой появилось лицо мужчины. Он молча посмотрел на Вахада. Затем его взгляд переместился на Лили и меня — мы испуганно жались друг к другу на другом конце двора. Даже Кариока не издавал ни звука. Вахад что-то пробормотал, и, хотя мы стояли в двадцати футах от двери, я расслышала его слова.

— Мокфи Мохтар, — прошептал мальчик. — Я привел к ней женщину.

97
{"b":"21003","o":1}