ЛитМир - Электронная Библиотека

– Тем не менее.

Как повернуться, чтобы оказаться лицом к стене и при этом не сверзиться вниз? И как развернуть ее? От головокружения человек становится таким неловким. Внезапно в голову пришло решение.

– Луиза, слушайте, я сейчас нагнусь, и, пока буду разворачиваться, вы будете сидеть у меня на плечах.

– Что?

– Иначе у меня не получится. Я нагнусь, вы встанете мне на плечи, и я развернусь. Если мы будем стоять лицом в пустоту, выбраться нам не удастся.

– Вы с ума сошли! – задыхаясь от возмущения, пробормотала она.

– Это вы мне уже говорили. Я наклонюсь, и вы повернетесь. Вы уцепитесь за мою шею.

– Об этом и речи быть не…

Не успев закончить фразу, она почувствовала, как голова Дага касается ее бедра, его рука хватает ее запястье и сама она внезапно повисла над пустотой. Она сделала единственное, что оказалась в состоянии еделать в таком положении: заорала благим матом. Казалось, земля надвигается на нее, затем она перестала что-либо видеть, кроме слоя облаков, и наконец все встало на свои места, и она ударилась головой о стену. Она стояла за плечами Дага, прислонившись к стене, мокрая до нитки то ли от пота, то ли от дождя, и не могла оторвать взгляда от земли внизу.

– Я вас ненавижу.

– Поначалу всегда так… Потом привыкнете, – бросил, запыхавшись, Даг.

Из груды облаков вырвался раскат грома, и море вдалеке полыхнуло белым сиянием. Все смолкло. Вокруг не слышалось ни звука. Дождь тоже прекратился. Проходили секунды, ни дуновения ветерка вокруг. Внезапно они оказались залиты солнечным светом. Даг поднял глаза. Над ним был синий круг неба диаметром километров в двадцать. А вокруг него смыкались плотными рядами тучи, образуя черное кольцо вокруг глаза урагана. Покой, наводящий ужас. Он мог продлиться хоть пятнадцать минут, хоть час. Прежде чем стихия, набравшись сил, ринется в противоположном направлении, являя собой стремительное зрелище апокалипсиса. И он, Даг, эквилибрист под куполом цирка, с женщиной на плечах. Этот день он не скоро забудет.

– Луиза, вы меня слышите?

– А вы как думаете?

– Сейчас вы медленно выпрямитесь, опираясь на стену. Заведите свою правую ногу за мою шею, а потом левую, с другой стороны, и вы окажетесь на мне верхом, вам ясно?

– Это что, шутка?

– Мы находимся в центре циклона, через двадцать минут здесь будет ад, – произнес он, стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее.

– Мне вполне хватило и чистилища…

– Луиза!

Она испустила глубокий вздох. Она-то уже поверила, что он может ее спасти, ну что ж… Если придется поработать воздушными гимнастами, почему нет? В конце концов, все мы смертны, но, боже мой, как же она трусила! На какое-то мгновение она даже потеряла способность двигаться. Но потом ее правая нога начала медленно ползти вдоль туловища Дага, что заставило его тело выпрямиться, и она смогла пристроить вторую ногу с другой стороны, не переставая при этом винить себя за неуклюжесть. Это простенькое гимнастическое упражнение ужасало ее больше, чем неотвратимость урагана. Но она ничего не могла с собой поделать: страх перед пустотой был сильнее.

– Готово.

– Хорошо.

Ноги Дага дрожали, как у загнанной лошади. Ему казалось, что они налиты цементом.

– Теперь я постараюсь повернуться, как на бревне в школе на уроке физкультуры.

– Вас не побеспокоит, если я начну орать? – поинтересовалась Луиза, вцепившись в курчавые волосы Дага, при этом ступни ее были стиснуты его подмышками.

– До чего же занудная девчонка, – ответил он, считая в уме до десяти.

Не отреагировав на этот выпад, Луиза закрыла глаза, повторяя про себя: «Paniproblem, он это сделает, как на бревне, paniproblem… это же так просто».

Десять! Даг резко выпустил воздух из легких и стал поворачиваться. Луиза была легкой – около сорока восьми килограммов – и не слишком ему мешала. Одна нога зависла над пустотой, на второй он медленно повернулся; так, прекрасно. Раскат грома раздался как раз в тот момент, когда он поставил ногу на цементную опору и наконец уперся взглядом в эту проклятую стену, исхлестанную ненастьем.

Он прижался к стене, жадно вцепился в нее обеими руками. Лицо Луизы оказалось притиснуто к влажному камню, но так чудесно было ощущать твердую стену, что она готова была хватать ее ртом… У него получилось!

– Луиза!

О нет, ну что еще? Сальто-мортале?

– Обнимите меня руками за шею, соскользните вдоль спины и обхватите ногами за талию…

– И только-то? Вы меня разочаровываете!

– Давайте!

Похоже, этот тип не смеется… Луиза просунула руки под его подбородок, и внезапно боль в плече, о которой она совершенно забыла, напомнила о себе: в лопатку словно вонзилось лезвие ножа. Ну что ж, еще на какое-то время придется забыть о болячках… Она медленно опускалась и обхватывала ногами талию Дага. Вот теперь она вцепилась в него, как присоска. Теперь вперед – на преодоление стены.

Даг посмотрел наверх. Три метра, это нам раз плюнуть. Это просто детская забава. Он поднял ногу, поставил ее на чуть выступавший из стены камень и подтянулся сантиметров на двадцать. Главное – добраться до места. Спешить не имеет смысла… Вновь раздался раскат грома, теперь гораздо ближе, воздух, казалось, застыл. Рука, нога, опора: не спешить, проверить, прочен ли камень; рука, нога: только не смотреть вниз, стараться не чувствовать веса, который тянет назад; рука, нога: укрепиться на взятом рубеже, не допустить, чтобы носок соскользнул, нет, вот так, теперь снова, представим, что подошва приклеилась к стене смолой; рука, нога: если она не перестанет меня душить, я упаду… вздохнуть… если сейчас сведет ногу, будет очень некстати… нет, вперед, еще немного; рука, нога… и внезапно Даг почувствовал ладонью подоконник.

– Луиза! Цепляйтесь за окно и лезьте.

Какое-то мгновение она колебалась: а что если тот тип все еще там и столкнет их вниз! Что если он с удовольствием наблюдал всю эту сцену, выжидая момент, когда спасение покажется им близким, чтобы лишить их последней надежды и обречь на верную смерть?

– Скорее, ради бога! – воскликнул Даг, который чувствовал, что мышцы икр начинает сводить судорогой.

Она с трудом разжала руки и схватилась за подоконник, кое-как вскарабкавшись внутрь, с исступлением зверька, в любую минуту готового спасаться бегством. Она внутри! В это невозможно поверить! Внутри! На этом добром старом мостике, таком знакомом и милом! Она услышала, как сзади кто-то кряхтит, и обернулась: Даг Леруа! Она о нем почти забыла.

Она схватила его за руки и изо всех сил потянула к себе. От этого усилия ее опять пронзила боль в лопатке, и она упала навзничь, Дан свалился прямо на нее.

– Порядок? – задыхаясь, поинтересовался он.

– Плечо, лопатка… Такое ощущение, что в меня стреляли из ракеты… – ответила Луиза, пытаясь сдержать слезы боли, которые предательски выступили на ее ресницах.

Даг приподнялся на локтях. Они оказались в темноте лицом к лицу. Он заметил, что стоит на коленях между ее ног.

– Простите…

– Ничего страшного… «Скорую» вызовем потом.

Он поднялся.

– Я полагаю, что теперь мы должны справиться сами. Вам очень больно?

– Так, что хочется головой о стенку биться.

Несмотря ни на что, он не смог удержаться от улыбки.

– Вы всегда так шутите?

– По-разному. Когда мне попадаются такие забавные типы… – ответила она, стараясь сдержать стон.

– Я думаю, имеет смысл остаться и переждать грозу здесь.

– Мне придется стиснуть зубы и терпеть, да?

– Очень жаль, но, боюсь, выбора у нас нет.

Он сел рядом с ней, размышляя о том, проснулся ли уже отец Леже и что он думает о его исчезновении. Луиза дышала шумно и прерывисто. Он видел ее искаженное от боли лицо и, протянув руку, погладил по волосам. Она выдавила жалкую улыбку:

– Спасибо.

– Как вы оказались там?

– О, это просто фантастическая история!

И она принялась излагать ему события.

35
{"b":"21018","o":1}