ЛитМир - Электронная Библиотека

— Конечно, ты можешь рассчитывать на мою дружбу, — уверенно произнес Стивен. После долгой паузы он попытался принять чуточку шутливый тон. — Но ты несправедлива. Ведь из сильного пола ты можешь вить веревки. В этом платье, с таким декольте, ты возбудила бы и святого Антония. И ты это прекрасно знаешь. Несправедливо провоцировать мужчину, а затем жаловаться на то, что он похотливый сатир. Ты же не девица, движимая бессознательным инстинктом…

— Ты хочешь сказать, что я сознательно их распаляю? — взвилась Диана.

— Конечно. Именно это я и хочу сказать. Но едва ли тебе в голову приходит, что ты тоже заставляешь мужчин страдать. Во всяком случае, твои аргументы идут от частного к общему. Да, ты встречала мужчин, которые желали воспользоваться тобой, но ты заходишь при этом в своих обобщениях слишком далеко. Ведь не все французские официанты — рыжие!

— У них у всех есть где-то рыжие волосы, и рано или поздно это проявляется. Я уверена, что из общего правила ты представляешь собой исключение, Мэтьюрин, и поэтому доверяю тебе. В Мадрасе и, особенно, в Бомбее я была воспитана хоть и распущенными, но просвещенными людьми. Они были по-настоящему умны, поэтому мне так не хватает их общества. И какое облегчение — после общения с этими куклами иметь возможность говорить о том, что думаешь.

— Однако у твоей кузины Софи острый ум.

— Неужели ты действительно так считаешь? Что ж, если тебе угодно, в ней есть некоторая бойкость ума, но она девица, и уже в силу этого мы разговариваем на разных языках. Признаю, она красива. Да, по-настоящему красива, но она ничего не знает о жизни — откуда ей! И еще я не могу простить ей, что у нее есть состояние. Как это несправедливо! Жизнь вообще несправедлива. — Стивен ничего не ответил, но принес ей мороженого. — Единственное, что может предложить женщине мужчина, это брак, — продолжала она. — Брак равный. Впереди у меня не более пяти лет, и если я за это время не найду себе мужа, тогда… Но как я найду его в этой пустыне? Я тебе очень противна? Ну и пусть, я все равно собираюсь тебя отшить.

— Я догадываюсь о твоих намерениях, Вильерс. Но ты мне ничуть не противна — ведь ты говоришь как откровенный друг. Ты охотишься, и ты присмотрела себе добычу.

— Молодец, Мэтьюрин.

— Ты настаиваешь на равном браке?

— Это самое малое. Я буду презирать женщину, которая настолько малодушна, до такой степени лишена храбрости, что согласна на мезальянс. В Дувре коптит небо этакий жидконогий адвокатишка, который, черт бы его побрал, набрался наглости и сделал мне предложение. Никогда еще в жизни я не испытывала такого унижения.

Лучше бы я взошла на костер или до конца своих дней прислуживала в трактире.

— Какова же должна быть твоя добыча?

— Я не привередлива. Разумеется, он должен быть при деньгах. Рай в шалаше меня не устраивает. Он должен быть не слишком глуп, уродлив и стар. К примеру, адмирал Хеддок по последнему пункту мне не пара. Мой муж не должен сидеть на коне, как собака на заборе, хотя это не главное. Мне также хотелось бы, чтобы он умел пить. Вот ты, Мэтьюрин, не пьянеешь, и это одна из причин, по которой ты мне нравишься. Глядя на капитана Обри и половину остальных мужчин, понимаешь, что их придется нести в постель на руках.

— Я люблю вино, оно не мешает мне сохранять ясную голову. Но нынче вечером я все же перебрал. Что касается Джека Обри, то не кажется ли тебе, что ты чуточку запоздала со своей атакой? У меня такое впечатление, что нынешний вечер может оказаться для него решающим.

— Он тебе что-то сказал? Поделился секретами? Надеюсь, ты не считаешь меня пустой болтушкой. Что касается твоего представления обо мне, то оно верно, но, по крайней мере здесь, ты ошибаешься. Я знаю Софи. Возможно, он и впрямь скоропалительно объявит о своих намерениях, но ей понадобится гораздо больше времени для принятия решения. Брака она боится куда больше, чем возможности остаться старой девой. Как она плакала, когда я ей сказала, что у мужчин на груди растут волосы! Кроме того, она страшно не любит, когда ею помыкают. Но это не то слово, которое мне нужно. Подскажи, Мэтьюрин.

— Манипулируют.

— Вот именно. В ней сильно развито довольно глупое, на мой взгляд, качество — чувство долга. Но, несмотря на это, ей все-таки претит наблюдать, как ее мамаша вечно кого-то ловит, что-то пробивает, хитрит, забрасывает удочки. Вы с Обри, должно быть, опустошили не одну бочку кларета обсуждая ее маневры. Мамашины ухищрения очень неприятны Софи; к тому же она упряма и, при всей ее провинциальности, если угодно, наделена сильным характером. Потребуется немало усилий, чтобы разморозить ее. Одного бала тут явно недостаточно.

— По-твоему, она еще не испытывает к нему привязанности?

— К Обри? Не знаю; не думаю, что она сама себя изучила. Он ей нравится, ей льстит его внимание; конечно же, такого мужа, как Джек, каждая хотела бы заполучить — состоятельного, симпатичного, отличившегося в своем деле, с хорошим будущим, из хорошей семьи, жизнерадостного, с легким характером. Но она совершенно не подходит ему — я в этом убеждена — с ее скрытной, замкнутой, упрямой натурой. Ему нужна женщина более открытая, более живая. Они никогда не стали бы счастливы.

— Но, возможно, она наделена пылкостью, о которой ты ничего не знаешь или не желаешь знать.

— Чепуха, Мэтьюрин. Во всяком случае, ему нужна другая женщина, а ей нужен другой мужчина. Можно сказать, что ты больше подошел бы ей, если бы смог смириться с ее невежественностью.

— Выходит, Джек Обри смог бы подойти тебе?

— Да, он мне нравится — в достаточной степени. Но я бы предпочла мужчину более… как бы это выразиться? Более взрослого, а не мальчика, не такого большого ребенка.

— О нем во флоте очень высокого мнения — ты сама это только что отметила.

— К делу это не относится. Мужчина может быть талантом в своем ремесле и сущим младенцем вне его. Я помню одного астронома, говорят, это был лучший специалист на свете, он приехал в Индию, чтобы глазеть на Венеру. Но в остальном он оказался лишь приложением к своему телескопу. Вот незадачливый школяр! Одним скучным-прескучным вечером он, обливаясь потом, вцепился в мою руку и все о чем-то заикался. Ну уж нет, я предпочту политиканов — те хотя бы знают, как жить; кроме того, все они более-менее начитанные люди. Я хотела бы, чтобы Обри был начитанным, вроде тебя; я знаю, что говорю. Ты очень хороший собеседник, мне нравится находиться в твоем обществе. Но зато он — привлекательный мужчина. Посмотри, — произнесла молодая женщина, повернувшись к окну, — какие па он выделывает. Отменный танцор, не правда ли? Жаль, что ему не хватает решительности.

— Ты бы этого не сказала, если бы видела, как он командует в бою кораблем.

— Я имею в виду его отношения с женщинами. Он слишком сентиментален. Но все-таки он мне подойдет. Хочешь, я скажу тебе кое-что, что по-настоящему шокирует тебя, хотя ты и медик? Ты знаешь, что я была замужем — я не девушка — и в Индии интриги были столь же обычным делом, что и в Париже. Иногда у меня появляется соблазн — изобразить из себя этакую дурочку. Страшный соблазн. И если бы я жила в Лондоне, а не в этой унылой дыре, я бы, наверное, так и поступила.

— Скажи, у тебя и впрямь есть основания считать, что Джек обладает схожей с тобой натурой?

— То есть подходим ли мы друг другу? Да. Я вижу немало признаков, которые очень много значат для женщины. Интересно, взглянул ли он хоть раз на Софи серьезно? Полагаю, он не проявляет к ней настоящего интереса. Ведь ее приданое немного для него значит? Кстати, ты давно знаешь его? Мне порой кажется, что вы, моряки, знаете друг друга чуть ли не с пеленок.

— Я вовсе не моряк. Я впервые встретился с Джеком в Менорке в восемьсот первом году, весной. Мне пришлось отвезти туда одного пациента, чтобы он подлечился в климате Средиземноморья, но он умер. А с Джеком мы встретились на концерте. Мы нашли с ним общий язык, и он устроил мне назначение на свой бриг корабельным врачом. Я согласился, потому что был без гроша за душой, и с тех пор мы вместе. Я изучил его достаточно хорошо и могу сказать, если речь идет о приданом, что нет человека более бескорыстного, чем Джек Обри. Возможно, я расскажу тебе о нем еще кое-что.

12
{"b":"21029","o":1}