ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Это похоже на правду.

— И еще я узнала, что миссис Цоллер считает себя принадлежащей к элите общества и представляет здесь эту самую элиту. Она ходила в пансион для благородных девиц в Сент-Луисе, знаешь ли.

— Ей следовало остаться в нем еще на некоторое время. — Майкл поставил на стол кружку. — Они ее выпустили, не воспитав в полной мере благородства.

Эмма рассмеялась:

— Не уверена, что это помогло бы. Во всяком случае, полагаю, она поняла, что там, на востоке, у моей семьи были кое-какие связи в обществе — Хоть ты и вышла замуж за полукровку? Голос его прозвучал равнодушно, это был просто вопрос, а не едкое замечание. И все же она ощутила важность того, что он только что произнес.

— Я бы не вышла ни за кого другого. — Эмма старалась говорить легкомысленным тоном, но поняла, что это правда. — Ты — единственный.

— Эм.

Она опустила глаза и попыталась вспомнить, о чем говорила.

— Значит, я пошла в лавку и нашла миссис Цоллер. — Он молчал, и Эмма продолжала:

— Я ей сказала, будто мне пришло в голову, что городу нужны рождественские украшения. Все, ну просто все на востоке сейчас стали наряжать елки в своих домах. Общество просто помешалось на этом.

— Я никогда не замечал.

— Ну, как бы там ни было, когда-нибудь помешаются. Итак, я дала миссис Цоллер возможность опередить свое время, стать законодательницей моды. Это сработало — она внезапно вся превратилась в слух.

— Наверное, это было то еще зрелище. Эмма не обратила внимания на его слова.

— Потом она запаниковала. «О, миссис Грэхем, — почти закричала она, — но где же нам взять рождественские украшения, если уже середина декабря?» И я ей сказала, что совершенно случайно Ребекка Ларсон сделала десяток украшений. В следующую минуту миссис Цоллер уже была за дверью, направляясь к дому Ларсонов.

— Ты, должно быть, шутишь. — Майкл откинулся на спинку стула с выражением недоверия на лице. — Миссис Цоллер действительно пошла в дом Ларсонов?

Эмма горячо кивнула:

— И это еще не все. Мы вместе ели ленч с Ребеккой и ее сыном у них дома.

— Я в это не верю. — Майкл покачал головой. — Нет, Эм. Просто не могу себе представить миссис Цоллер в их хижине.

— Кажется, она сочла, что все в порядке. Полагаю, она думает, что если я и была сумасшедшей в эти несколько последних месяцев, однако меня хорошо воспитали. Пусть даже сумасшедшая, но все же леди.

— Ты никогда не была сумасшедшей, — сказал он тихо, протягивая руку через стол и накрывая ее руку своей большой теплой ладонью.

— Не важно. Важно то, что за ленчем я заговорила о школе. Сначала миссис Цоллер не хотела даже обсуждать это. Но мало-помалу мы ее одолели Всякий раз когда она начинала хмуриться, Ребекка пела что-нибудь вроде! «Как насчет херувимов — вы могли бы продавать их по десять центов за штуку, а я их отдам вам по пять. И миссис Цоллер снова улыбалась. Ты знаешь, что у нее искусственные зубы? Сделаны из зубов коровы, как она говорит. Я бы не призналась в этом, а ты?

— Ты никогда не была сумасшедшей.

Эмма перегнулась через стол и поцеловала его.

— Я люблю тебя, Майкл, — тихо сказала она.

Его ладонь сжала ее руку еще сильнее.

— Эм, я люблю тебя.

На улице протарахтела повозка, и голоса раннего утра напомнили ей о том, что рабочий день вот-вот начнется.

— Наверное, тебе лучше идти в контору. — Она нехотя отвела взгляд.

Вместо ответа он встал, не отпуская ее руки, и притянул ее к себе.

— Попозже, Эм. — Его рот был у самого ее уха, губы слегка касались его, вызывая дрожь во всем ее теле. Потом на его губах заиграла понимающая улыбка. — Попозже.

Глава 7

Школа была в ужасающем состоянии. Эмма осторожно перешагнула порог, пораженная тем, что помещение может одновременно быть таким промерзшим и таким душным. В каждом углу скопились пыль и грязь, и только пошаркав подошвой о пол, она смогла определить, что он сделан из широких деревянных досок.

Стены когда-то побелили, но побелка уже осыпалась. Учительский стол в передней части комнаты покрывали чернильные пятна, однако чернильницы и подставка для перьев были пустыми. В классе стояли грубые скамейки, а скамейки повыше служили столами. Они по большей части оказались сломанными. Очаг был завален мусором, а когда Эмма подошла поближе, то обнаружила, что в нем устроил гнездо какой-то зверек.

На прошлой неделе у Эммы было много работы: она помогала Цоллерам организовывать достойную рождественскую выставку товаров, «как в Филадельфии», большинство идей для которой она почерпнула из витрин Мэйси, и они не имели ничего общего с Филадельфией И еще она приглядывала за маленьким Джорджем Ларсоном, чтобы Ребекка успела изготовить заказ Цоллеров. Ей даже не приходило в голову, что деревянная хижина, служившая школой, окажется в таком плачевном состоянии. В конце концов, она простояла пустой меньше года.

Школа должна была открыться через два дня. Миссис Цоллер, весело распродавая свои товары взволнованным покупателям, действительно ухитрилась убедить большинство жителей городка позволить новой учительнице попробовать свои силы. Ее предшественник, как узнала Эмма, брал за посещение школы пять центов за ученика в неделю. Эмма потребовала вместо оплаты лишь несколько поленьев для очага. Все остались довольны, но отказ от денег внушал некоторые подозрения.

Тем временем Ребекка придумала необычные украшения. Эмма объяснила ей некоторые основные идеи, испытанные и привычные образы Нормана Роквелла, на которых она выросла. Ребекка кивнула и взялась за дело.

Результат получился удивительным. Ее Санта-Клаус щеголял в сине-зеленом костюме, украшенном тесьмой, а на его моложавом лице красовались пышные рыжие усы. Все ангелы широко улыбались, и на головах у них были колпачки Ясли были установлены в вигваме, окруженные мощными буйволами, и у младенца Иисуса в ручке был зажат початок кукурузы Эти игрушки у жителей Овертон-Фоллза шли нарасхват, ведь у них не было заранее определенных представлений и еще меньше — предубеждений.

Эмма Грэхем в одиночку внедрила дух коммерции в празднование Рождества. Хотя ее немного мучили угрызения совести и она выслушала суровую проповедь от священника ближайшей пресвитерианской церкви, трудно было отрицать ту радость, которую всем доставляли эти украшения. Особенно детям.

По мере приближения дня открытия школы Эмма знакомилась с некоторыми из своих будущих учеников. И в ней начала нарастать паника. Это была странная идея: одна комната, один учитель, и ученики всех возрастов — от пяти до шестнадцати лет. Она не имела представления о том, что они уже знают, как их учить и с чего начать. Пока она была занята помощью Ребекке, ей удавалось гнать от себя сомнения в реальности той задачи, за которую она взялась.

Но, стоя в грязной промерзшей комнате, уставленной сломанными скамьями, где дыхание клубами вылетало изо рта, она впала в отчаяние, понимая, что ей просто не справиться с этой работой.

— Боже мой! — прошептала Эмма, смахивая паутину с лица и подходя к классной доске. На ней еще сохранились остатки записи давно законченного урока. Элегантным, прекрасным почерком были написаны четырех — и пятисложные слова, старинные слова, поэтичные слова, значения которых она не понимала. — Я не могу. — Эмма покачала головой. Он чем она думала? Это же не налаженная школа, где есть директор, секретарь и даже ворчливая уборщица. Книги отсутствуют. Нет аккуратно переплетенных пособий для учителя, нет даже старших учителей, чтобы посоветоваться. Эмма совершенно одна должна обеспечить детей — некоторые из которых уже почти взрослые — всем, что им необходимо. Это невозможно.

Эмма попятилась от доски, наткнулась на шаткий стул и медленно опустилась на него.

Наверное, они смогут уехать из города. Майкл ведь способен жить где угодно, рассуждала она. Они просто улизнут ночью, оставив записочку для миссис Цоллер, в которой объяснят, что заболел их родственник в дальнем штате и они уехали на несколько недель.

12
{"b":"21032","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Метод тайной комнаты. Материализация мысли
Мечта идиота
Кот для двоих
Инстинкт Зла. Возрожденная
Другая правда. Том 1
Воспламеняй своим словом
Продаван на телефоне. Техника продаж по телефону, в мессенджерах, соцсетях
Крыс. Война миров
Легенда о Подкине Одноухом