ЛитМир - Электронная Библиотека

При этом я, разумеется, орал, как толпа паломников при виде оазиса, так что сверху даже спустились соседи и попросили Свету, как они выразились, «потише играть на пианино». Но Андрей сдаваться не собирался, поэтому меня еще раз с боями засунули в сумку, закрыли молнию и прикрепили закрывающий замочек к сумке английской булавкой. Видали, до чего додумались? Но я сдавать не собирался, поэтому начал в сумке метаться и подпрыгивать, от чего сумка свалилась на пол и вместе со мной прыгала по полу. А этот Андрей, негодяй, смотрел на сумку и хохотал так, что у него чуть пупок не развязался.

Зато я все-таки победил. Замок-то выдержал, но молния от мощного напора разошлась посередине, и я снова вырвался на волю. После этого Света сказала, что больше не собирается Шашлычка засовывать в сумку и предложила Андрею везти меня так. Мол, она всю дорогу будет держать меня на руках, так что я никому не помешаю. Андрею пришлось согласиться, потому что уже давно пора было выезжать и времени на третью попытку засунуть меня в сумку уже не оставалось.

Света взяла меня на ручки, и вся наша семейка в полной красе выползла во двор, где у подъезда дожидалась андрюшина ненаглядная «копейка». Впереди шел гордый свежеиспеченный автовладелец, а позади – Света со мной на руках. Рядом с нашей машиной стоял тоже древний «Жигуль», в котором копался мужик, довольно замызганного вида.

– Здорово, Петрович! – громко приветствовал его Андрей, явно желая обратить внимание мужика на нашу компанию. – Вот решил свое семейство на дачу вывезти, – сказал он, кивнув на меня со Светой. – Свежий воздух, и все такое…

– Воздух – это правильно, – рассудительно сказал мужик. – Вот только зря этого ты зверя с собой берешь.

– Почему? – удивился Андрей.

– А я своего животного тоже как-то на дачу повез, – охотно стал объяснять Петрович. – Жена настояла. Возьмем, грит, Кузю на дачу, а то он дома все запысал. Вот и взяли его на свою голову, – сказал Петрович, почему-то замолчал и снова принялся ковыряться в своей машине.

– Ну, Петрович! Так чего было-то? – все допытывался Андрей.

– Чего, гришь, было? – мужик снова оторвался от автомобиля и неодобрительно посмотрел на меня. – Всю шею мне исцарапал – раз, – Петрович загнул один палец, – на руль прыгнул так, что я чуть не врезался – два, – Петрович загнул второй палец, – с испугу накакал на приборную доску – три, – Петрович торжествующе загнул третий палец, важно посмотрел на Андрея и опять полез в машину.

– Да? – произнес Андрей, который был явно потрясен этим волнующим рассказом.

– Угу, – раздалось из машины Петровича.

– Слышь, Свет, – нервно сказал Андрей. – А может, ну его, Шашлыка? Зачем он там, на даче? Давай его здесь оставим. И ему спокойней, и нам.

– Ну уж нет! – решительно сказала Света. – Ты больше слушай, что всякие алкаши болтают. Решили, что Шашлычок с нами поедет, пускай с нами едет. Вон, посмотри, он совсем и не боится.

Я, конечно, понимал, что Света Андрея просто успокаивает, но мне от этого было не легче. Сами посудите – практически первый раз на воздухе после черт знает какого перерыва. Такое пространство я видел в последний раз только на Птичьем рынке, да и то, когда был совсем крошкой. А потом столько времени просидел в четырех стенах. Конечно у меня сейчас глаза были – на двадцать копеек, и когтями я совершенно непроизвольно впился в Свету так, что отодрать меня от нее не было никакой возможности.

– А если он на приборную доску накакает? – не сдавался Андрей, которого эта часть рассказа Петровича особенно поразила.

– Да сам ты на доску накакаешь! – возмутилась Света. – Что за манера – подозревать кота во всех преступлениях, которые он еще не совершил.

– Когда совершит, то будет уже поздно, – мрачно сказал Андрей, открывая машину.

Света меня попыталась было посадить на полку под задним стеклом, на я начал орать на весь двор, намекая, что хочу остаться у нее на ручках.

– Вишь, как заливается, – прокомментировал Петрович. – Сейчас точно чего-нибудь наделает.

– А вы, Михаил Петрович, – со злостью сказала Света, – занимались бы лучше своей машиной. Посмотрите, как она у вас грязью вся заросла. Неудивительно, что кот ее за сортир принял.

Петрович поперхнулся, но не нашел, что ответить, поэтому заткнулся и снова скрылся под капотом своего агрегата. Света вместе со мной кое-как уселась на переднее сидение, Андрей завел машину и мы поехали.

Первые минут десять я сидел спокойно, с интересом разглядывая мелькающие за окном предметы. Потом мне захотелось посмотреть, что там видно из окна Андрея, поэтому я отцепился от Светы и полез на плечи Андрея.

– Света! – заверещал он, как ненормальный. – Этот Шашлык на меня полез! Я сейчас врежусь куда-нибудь!

Света занервничала и попыталась меня оторвать от его рубашки. Но у меня сработал железный рефлекс: как только вокруг начинается какой-нибудь шум-гам, надо покрепче вцепиться когтями во что-нибудь, и не отпускать ни под каким видом. Так и сделал. На беду Андрея, рубашка у него была довольно тонкая, так что вцепился я ему прямо в плечи. Андрей завыл и стал петлять по дороге, распугивая все встречные «Камазы». В общем, шум поднялся – ужас просто. Я изо всех сил держусь на Андрее, чтобы не свалиться от всей этой тряски, он орет, Света кричит на меня и на мужа, так что не машина получилась, а дурдом на колесах.

Наконец, Андрей додумался остановиться. Машина встала у обочины, парень открыл дверь, аккуратно выполз наружу и встал во весь рост. Я почувствовал, что тряска прекратилась и спрыгнул на дорогу. Андрей молча наклонился и достал из машины здоровенную тряпку, которой он протирает стекла. Тут я почувствовал что-то неладное, но пока не очень понимал – что именно. Я-то ничего плохого не сделал. Просто полез посмотреть в левое окошко. А что вцепился в Андрея, когда меня Света попыталась снять, так это совершенно нормальная реакция. Чему тут удивляться-то? Да и машина еще тряслась кошмарно! Я же мог упасть!

– Ну, Шашлычок, – сказал Андрей как-то подозрительно ласково. – Вот сейчас тебе и пришел полный … – вдруг заорал он и попытался очень сильно и резко треснуть меня тряпкой.

Я, конечно, успел шмыгнуть под машину (у котов, слава Сметане, реакция получше, чем у этих увальней – людей), а Андрей не сумел сдержать полета скрученной тряпки и со страшной силой шваркнул ею себе по ногам. Что тут началось! Андрей говорил ТАКИЕ слова. Как ему не стыдно при жене-то? А с какой стати он намекал на какие-то интимные контакты с моей дорогой мамочкой – уж совсем не пойму. Парень, наверное, перегрелся на солнышке. Впрочем, оно припекало уже совсем по-весеннему.

Концерт продолжался минут десять, причем совсем даже без заявок жителей села. Правда, пара бабулек, которые проходили неподалеку, остановились, чтобы послушать поток андрюшиного сознания, но он и бабулькам объяснил все, что он думает о них, об их мужьях, о селе и крышах всех его домов, так что бабки испуганно перекрестились и галопом помчались куда-то в сторону через поле.

Наконец, Свете удалось Андрея успокоить. Ему смазали зеленкой плечи и ноги, посадили за руль, а меня Света аккуратно вытащила из-под машины и водрузила под заднее стекло. Я вцепился передними лапами в обивку верха задних кресел и затих. Андрей подозрительно посмотрел на меня в зеркало заднего вида и сказал:

– Если ты, подлое животное, меня еще хоть раз тронешь, до дачи не доедешь. Оставлю в первом попавшемся селе. Продам на мясо для пирожков, которые они на железнодорожной станции продают.

– Да что ты такое говоришь-то, – вступилась было Света, но он на нее так цыкнул, что она тут же затихла.

Ой, напугал! Да я и не собирался на него прыгать. Очень он мне нужен. Мне и сзади хорошо. И главное – никто меня не трогает и не пытается отодрать от насиженного места.

Потихоньку поехали дальше. Андрей успокоился, видя что я лежу смирно и на него прыгнуть не покушаюсь, Света тоже расслабилась и стала рассматривать окрестности. В машине было ужасно душно, но ребята почему-то не догадались открыть хоть одно окно. Пришлось мне организм охлаждать так, как это делают многие животные, покрытые мехом – с помощью языка. Я открыл рот, высунул язык и лежал, тяжело дыша, заботливо следя за тем, чтобы язык был высунут наружу как можно дальше. Нет, мне не было уж НАСТОЛЬКО плохо, но душновато – это точно.

6
{"b":"211","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
НЛП-техники для красоты, или Как за 30 дней изменить себя
Жесткий тайм-менеджмент. Возьмите свою жизнь под контроль
Там, где цветет полынь
Список ненависти
Девочка-дракон с шоколадным сердцем
Как курица лапой
Пора лечиться правильно. Медицинская энциклопедия
Диалог: Искусство слова для писателей, сценаристов и драматургов
Слово как улика. Всё, что вы скажете, будет использовано против вас