ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Я вижу в тебе человека, — ласково сказала Кристина. — Просто человека, женщину, мою единственную близкую подругу.

Сандра сжала её руку в своей и пристально посмотрела ей в глаза.

— Спасибо, Кристи. Как раз этого мне больше всего не хватало.

Некоторое время они молчали.

— А знаешь, — задумчиво произнесла Кристина, — мне кажется, что теперь ты можешь не опасаться претензий тёмных сил на твоего сына. Он им не по зубам.

— Да, знаю. Святейший Иларий объяснил мне, что Велиал блефовал. Ему нужна была не душа, а жизнь моего сына. Во время Прорыва на Агрисе он, похоже, догадался, кто такой Владислав, и понял, что не сможет уничтожить его, пока в нём сокрыто божественное начало. Поэтому приказал мне зачать ребёнка, который возьмёт себе это начало и сделает Владислава более уязвимым.

— А потом собирался уничтожить и тебя с малышом?

— Во всяком случае, так считает патриарх. Он убеждён, что Велиал сам себя перехитрил, пытаясь убить сразу двух зайцев — одновременно покончить и с отцом, и с сыном. А ведь до рождения ребёнка трогать Владислава было бессмысленно. К счастью, Лукавый пожадничал. Вот если бы он приказал мне уйти и где-нибудь спрятаться, а затем дождался родов и… — Сандра содрогнулась всем телом. — Это и стало главной причиной, почему я согласилась на покровительство несториан. Я ещё могла доверить Инквизиции защиту моего малыша от предназначения Нижнему Миру, такая задача была ей под силу. Но уберечь его от покушений… Нет, это невозможно! Среди инквизиторов есть агенты тёмных сил, и некоторые из них занимают достаточно высокое положение. Тот же Виштванатан Сиддх почти тридцать лет прослужил в Инквизиции, дослужился до вице-прецептора и был разоблачён только по чистой случайности. А вот совсем свежий пример: лейтенант Ларссон, который уже после моего бегства был назначен в свиту Владислава и Инги, оказался предателем.

— Свен Ларссон? — произнесла поражённая Кристина. — Ларссон — предатель?!

— Так ты его знаешь?

— Конечно, знаю! Поговаривали, что со временем дядюшка Ференц собирался поставить его на место Дай Чженя.

— Вот видишь! Значит, он был вне всяких подозрений… да что там — он ни у кого не вызывал ни малейших сомнений, и останься я во дворце, ему не составило бы труда убить моего сына.

Кристина растерянно покачала головой:

— Я просто не могу поверить! Ларссон казался таким… таким надёжным, таким правильным. Многие наши девчонки были просто без ума от него… А он точно предатель?

— Насколько я знаю, да. Когда на Истре были обнаружены мои следы, Ларссон, по-видимому, слишком поторопился доложить о находке своему повелителю и на этом попался.

— Его уже казнили?

— По моим сведениям, ему удалось скрыться. Хотя, может, его и убили при попытке к бегству. Руководство ордена постаралось замять эту историю, так что многое в ней осталось неясным. Например, мне хотелось бы знать, как они обнаружили мои следы на Истре. Ведь мы провели там всего несколько дней и были крайне осторожны. Правда, я совершила одну глупость — выбросила в озеро перстень Бодуэна. Однако мне с трудом верится, что его могли там найти, подобные амулеты не обладают никаким характерным излучением.

— А что ты делала на Истре.

— Рожала. Это была идея патриарха: он считал, что мой сын обязательно должен появиться на свет на родине отца. Его аргументы не показались мне убедительными, но возражать я не стала.

— И там же, на Истре, над тобой провели экзорцизм?

— Собирались провести, но не успели. Его провёл сам Марио.

Кристина недоуменно взглянула на неё:

— Как это?

Сандра пожала плечами.

— Это случилось во время родов, но как именно и в какой точно момент — неизвестно. Когда я рожала, никто из присутствующих не обращал внимания на мою ауру, им было не до того. А потом оказалось, что нужды в экзорцизме нет. Для подстраховки несториане подвергли меня всевозможным тестам, а когда убедились, что при родах я избавилась от одержимости, то… — Она на секунду умолкла. — Лучше не вспоминать, что было потом. Тогда они окончательно уверовали, что их патриарх не ошибся в толковании пророчества, и стали относиться ко мне как… как к Деве Марии. — Сандра посмотрела на свои наручные часы и встала. — Ладно, Кристи, нам пора возвращаться. Сейчас поужинаем, а потом заберёмся в постель и будем болтать, пока не заснём.

Собрав вещи, они двинулись обратно к дому.

— Ты не жалеешь об утрате своих способностей? — спросила Кристина.

— Конечно, жалею, и ещё как. До самого последнего момента я в глубине души надеялась, что всё обойдётся и я сохраню колдовской дар, но… — Сандра вздохнула. — Ай, ладно! Что об этом говорить. Мне и так крупно повезло, что я избежала участи других одержимых, спасалась сама и сумела спасти своего малыша. Сейчас я свободный человек, живу и наслаждаюсь жизнью, у меня есть сын, ради которого я хочу жить. А мои способности… Да, я к ним привыкла, без них чувствую себя такой уязвимой и беспомощной. Но ведь живёт же большинство людей без них. А здесь, на Основе, вообще не знают о магии. И ничего — как-то обходятся без неё.

— Кстати, это ты выбрала Основу или несториане?

— Предложил патриарх, а я согласилась. Его соображения очевидны — он хочет, чтобы будущий мессия рос и воспитывался на самой главной Грани мира. Ну, а для меня главное безопасность малыша.

— По-твоему, здесь безопасно?

— Ясное дело! Здесь безопаснее, чем на любой другой населённой Грани. Это единственное место, где инквизиторы не действуют открыто, а доступ для нечисти крайне затруднён. К тому же нигде больше нет такой высокой плотности населения, как на Земле. Здесь можно затеряться в любом мало-мальски крупном городе, и даже твои соседи не станут особо любопытствовать, кто ты и откуда. И уж тем более не настрочат кляузу ближайшему посту Инквизиции: так, мол, и так, дорогие защитники, у нас тут поселились подозрительные чужестранцы, придите разберитесь — а вдруг они слуги дьявола. Конечно, самым безопасным местом была бы необитаемая Грань вроде этой; но Марио, как и любой нормальный ребёнок, должен жить в человеческом обществе, а не в маленькой компании отшельников.

— А как насчёт тебя? Ведь ты, судя по твоим словам, живёшь настоящей отшельницей. Если ты не выходишь за пределы своей усадьбы, то можно считать, что она находится здесь — на этой необитаемой Грани. Со сколькими людьми ты общаешься?

— Меня и Марио охраняют пять человек — вот с ними я и общаюсь. Но, во-первых, я уже взрослая, и мне не грозит превратиться в дикарку. Во-вторых, это временно. Через годик-полтора, когда страсти вокруг моего исчезновения улягутся, мы переселимся в другое место, и там я смогу спокойно появляться на людях. В принципе, я и сейчас могу это делать — ведь Основа большая, а инквизиторов и чёрных магов на ней мало. Однако я предпочитаю не рисковать.

Девушки дошли до дома, поднялись на крыльцо и прошли внутрь. Миновав крохотные сени, они очутились в комнате, где сидела с книгой в руках молодая черноволосая женщина лет двадцати пяти с немного раскосыми глазами и восточными чертами лица.

— Познакомься, Кристи, это Фатима, моя вторая дуэнья, — представила её Сандра. — Они с Эльвирой на пару опекают меня.

Фатима оказалась не такой холодной и чопорной, как её старшая коллега. В отличие от Эльвиры, она не ограничилась кивком и коротким приветствием, а сердечно обняла Кристину и с тёплой улыбкой произнесла:

— Добро пожаловать к нам. Госпоже очень недоставало вашего присутствия. Надеюсь, теперь она будет меньше тосковать.

— А я надеюсь, что вы станете добрыми подругами, — сказала Сандра. — К сожалению, со мной Фатима дружить не хочет, она мне служит. Как Эльвира, как отец Эдвин, как все остальные… С Марио всё в порядке?

— Разумеется, госпожа. С ним сейчас Лючия. Если бы малыш проснулся, она бы мне сообщила.

А Кристине Сандра объяснила:

— Лючия — крёстная моего малыша и по совместительству няня. Она и её муж Пьетро — официальные хозяева нашей усадьбы. Ещё с нами живёт Рахим, отец Фатимы, он у нас самый главный. Пойдём, я тебя с ними познакомлю. — Она повернулась к Фатиме. — Пожалуйста, открой для нас Завесу.

69
{"b":"2119","o":1}