ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Олег Авраменко

ИГРЫ ВЫШНЕГО МИРА

Часть первая

ГЕРТИ, ДОЧЬ ВИЗЕЛЬДЫ

Глава 1

Миновав заснеженную пустошь, Марк въехал на соседний участок, поросший жухлой травой, и направил свою лошадь вверх по склону пологого холма. На его вершине он остановился и стал внимательно осматриваться по сторонам.

Вокруг раскинулась бескрайняя Трактовая Равнина — словно огромное лоскутное одеяло, сшитое из неисчислимых фрагментов разных Граней. Слегка изгибаясь кверху, она простиралась на сотни миль во всех направлениях, пока не исчезала вдали в голубоватой атмосферной дымке.

Марк достаточно хорошо ориентировался на Равнине, чтобы без специальных расчётов, а лишь при помощи колдовского чутья определять своё приблизительное местонахождение. Это чутьё подсказывало ему, что он уже добрался до окраины Торнинского архипелага и где-то поблизости должны находиться населённые Грани. Отсюда, с возвышенности, Марк как раз и выискивал в окрестностях признаки человеческого присутствия.

Ни людей, ни строений, ни дорог в пределах ближайших десяти — пятнадцати миль он не заметил, а на большем расстоянии разглядеть детали было затруднительно. Марк уже собирался, как выражались инквизиторы, двинуть Равнину — то есть, начать плавный переход из одной её плоскости в другую, — но тут его внимание привлекло какое-то бурое пятнышко на отдалении трёх десятков «лоскутов». Пристальнее вглядевшись, он пришёл к выводу, что это корова. Ну, а там, где водятся коровы, почти наверняка должны быть и люди.

После коротких раздумий Марк понукнул свою лошадь и двинулся к нужному «лоскуту». Ему даже в голову не пришло сначала вычислить координаты этой Грани и посмотреть её название в «Кратком реестре населённых миров Торнинского архипелага», который лежал в его дорожной сумке. По большому счёту, Марку было всё равно, что это за Грань. Главное — она населённая, а значит, там найдётся какой-нибудь постоялый двор, где можно вкусно поесть, попариться в бане или искупаться в ванне с горячей водой и всласть выспаться в мягкой, удобной постели. Последние три недели Марк путешествовал по дикой Равнине, питался в основном всухомятку, ночевал в походной палатке, мылся во встречных водоёмах и за это время очень соскучился по комфортным условиям жизни.

Когда он добрался до цели, корова уже покинула пределы «лоскута», но со стороны доносилось мычание — и не в один голос, а по меньшей мере в три. С помощью специального заклятия Марк сотворил перед собой радужную арку и проехал под ней, оказавшись по другую сторону Вуали, отделявшей Трактовую Равнину от обычного пространства Граней. В тот же миг плоское небо над ним изогнулось привычным куполом, все окрестные «лоскуты» в мгновение ока исчезли, а тот «лоскут», где он находился, стал частью целостного пейзажа, который уже не простирался до бесконечности, а через пару миль смыкался с небом, образуя линию горизонта.

Марк оказался на краю широкого луга с густой сочной травой, посреди которого паслись четыре коровы и два телёнка. Поодаль протекала речушка, вдоль обоих её берегов располагались крестьянские дворы, там же стояла церковь, а ниже по течению находился небольшой замок — или, скорее, большой дом, обнесённый крепостной стеной, которая служила не столько для защиты от нападения врага, сколько для поддержания престижа своего владельца, очевидно, хозяина этих мест. Мимо замка, с востока на запад, тянулась широкая грунтовая дорога и где-то через полмили уходила в лес, над которым висел красный диск вечернего солнца. По дороге неторопливо двигались две телеги.

Пока Марк оглядывался по сторонам, из травы за соседним кустарником поднялся мальчишка лет тринадцати с чумазым лицом и растрёпанными волосами, в драных штанах до колен и запачканной домотканой рубахе — короче, типичный образчик деревенского сорванца. Очевидно, он присматривал за пасущейся скотиной, а при появлении незнакомца благоразумно спрятался — скорее всего, из-за львиной шкуры, которую Марк носил вместо плаща и которая нередко вызывала у встречных настороженность.

Впрочем, парень совсем не выглядел испуганным. Наверное, присмотревшись к Марку из своего укрытия, он убедился, что пришелец, при всём своём странном наряде, нисколько не похож на чёрного мага или колдуна-разбойника, а вдобавок лишь на несколько лет старше его самого.

— Их милость князь у себя в замке, господин, — сообщил он, продолжая разглядывать Марка. — Шибко ж вы подоспели!

Марк понял его без труда. Жители большинства Граней Торнинского архипелага разговаривали на группе родственных германских языков, а речь паренька и вовсе напоминала родной для Марка готланский.

— Почему ты решил, что я еду к вашему князю? — спросил он.

— А куды ж ищё? — пожал плечами парень и, набравшись смелости, подошёл к нему. — Вы ж инквизитор, аль не так?

— С чего ты взял? — удивился Марк.

— Вашенское кольцо. Вот енто, — он указал на перстень с печаткой, который Марк носил на среднем пальце левой руки. — В прошлом году я со старшим братаном ездил в город и видывал тама инквизитора. У него былось такое ж кольцо, с таким же рисунком.

Марк одобрительно хмыкнул:

— А ты очень наблюдателен… кстати, как тебя зовут?

— Курт, господин.

— Ты очень наблюдателен, Курт, — повторил Марк. — Хотя на самом деле это не инквизиторский знак. Такой перстень получает каждый выпускник колдовской академии, где я учился. Большинство из тех, кто закончил её, действительно становятся инквизиторами. Но не все. Я, например, не стал.

— А-а, — протянул Курт, как показалось Марку, несколько разочарованно. — Значитца, вы приехали не из-за Герти?

Марк отрицательно покачал головой:

— Понятия не имею, о ком ты говоришь. — После некоторых колебаний он спешился и снял с лошади сумку. — Я вообще здесь проездом и даже не знаю, как называется эта Грань.

— Зелунд, господин, — подсказал парень. — Так вы просто путник?

— Да. Направляюсь на Торнин, а ваш Зелунд — первая населённая Грань, которая попалась мне в архипелаге. Собираюсь поискать здесь ночлег, но сначала, пожалуй, стоит перекусить. Ты голоден?

Курт смущённо замялся, но его взгляд был красноречивее любых слов.

— Вот и хорошо, — подытожил Марк. — Прикончим всё, что осталось. Не пропадать же добру.

Он достал из сумки гроздь спелых бананов, дюжины две наливных яблок и половину упитанной утки, которую подстрелил и изжарил во время предыдущего привала. Разложив всю снедь на уже изрядно испачканной скатерти, Марк первым делом взял два яблока и одно за другим бросил их своей лошади. Та ловко поймала их на лету и съела.

— Ух ты, здорово! — восхитился Курт. — А можно и мне?

— Конечно.

Он тоже бросил ей два яблока. Лошадь и на сей раз оказалась на высоте.

Тем временем Марк принялся разламывать утку на части.

— Ну, давай, Курт, угощайся, — пригласил он парня. — И расскажи-ка заодно, что тут у вас стряслось, почему вы ждёте инквизитора. Как я понимаю, Герти — это женское имя. Кто она такая?

— Девчонка из нашенской деревни, — объяснил Курт, взяв один из бананов. — Дочка Визельды-знахарки… успокоенной.

— Какой-какой? — не понял Марк.

— Ну, то исть, покойной. Убитой точней. Позавчерась ночью её зарубили в лесу.

— Разбойники?

— Не, господин, не разбойники. Никаких разбойников у нас вааще нету. — Курт ненадолго прервался, жадно поглотил банан и тут же взял следующий. На мясо он внимания не обращал. — Визельду зарубили какиесь-то проезжие господа. Изловили ополуночи, когды она вызвала Чёрного… ентого… Эмишара. Ну и тута же уделали обоих серебряными мечами. А опосля явилися в замок их милости и про всё рассказали.

— Ясно, — сказал Марк. — Стало быть, эта Визельда оказалась ведьмой?

— Шо она ведьма, все знали давно. Тока раньше считали её доброй ведьмой. А выходит, она была злая и якшалася с нечистью.

1
{"b":"2120","o":1}