ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Но они отвечают за свои грехи! А бездействие — это грех. И я виновна в преступном бездействии! Мне нужно было самой убить Александра — до того, как он убил Ллойда и его ребёнка, до того, как он лишил родины Джулию и ещё четверых человек! Это было в моих силах, я должна была это сделать, но я… — Дженнифер умолкла и налила себе пятую рюмку коньяка. — Я ожидала чуда. И оно свершилось — с помощью Джулии!

Она потянулась за рюмкой, но я перехватил её руку.

— Хватит. Ты и так уже достаточно выпила. Лучше давай я провожу тебя в свободную комнату. Отдохни, успокойся, расслабься. Если хочешь, прими душ или ванную.

Дженнифер покачала головой:

— Спасибо, не хочу. Сейчас мне нельзя расслабляться. Тем более — оставаться одной. А насчёт коньяка, пожалуй, ты прав. — Она поднялась. — Давай сходим к челноку, посмотрим, как там Джулия. К тому же я забыла выключить фен, когда сушила волосы перед посадкой. Ведь я ожидала встретить здесь засаду на Александра.

— Могу представить твоё разочарование, — сказал я, открывая перед ней дверь.

— Что было, то было, — честно призналась Дженнифер. Мы спустились с крыльца и пошли по направлению к челноку. — Даже с того света Александр ухитрился одурачить меня. Надеюсь, это в последний раз. Вот уж не пойму, с какой стати ему было лгать мне? Только лишь в силу лживости своей натуры?

— Не думаю, что он солгал. Похоже, его обманули.

— И каким образом?

— Об этом я могу только гадать. Возможно, наши родные инспирировали утечку информации, что я освобождён из плена и нахожусь в надёжном месте. Александр прознал об этом и решил не рисковать. Я не представлял для него особой ценности как заложник. С моим отцом у него нет… не было таких крупных счётов, как с Артуром и Амадисом. Моя главная вина заключалась в том, что я узнал о Даре Софи.

Дженнифер с сомнением хмыкнула:

— Трудно поверить, что Александр поймался на такую нехитрую уловку.

— Тут ты ошибаешься. У него были на это причины. Видимо, ты не знала, что Хозяйка Источника умеет читать мысли?

— Нет, не знала. — Дженнифер невольно поёжилась. — А она что… действительно умеет?

— Да, я испытал её умение на собственной шкуре. Так что у Александра, если он знал это, были основания опасаться ловушки. К сожалению, Хозяйка не смогла прочесть в его мыслях, где я нахожусь. Или всё-таки прочитала, но по каким-то причинам не сочла нужным сообщить об этом родным. Хотя последнее мне кажется маловероятным.

— А остальное не кажется? — осведомилась Дженнифер. — Хотя бы то, как Александру удалось ускользнуть от семерых адептов Источника с Хозяйкой в придачу. Конечно, он был адептом Хаоса — но разве адепты Источника не самые могучие?

Я развёл руками:

— Я сам теряюсь в догадках. Александр, как адепт Хаоса, явно не сильнее адептов Источника. Иначе бы он давно прикончил Кевина — старший сын и наследник Артура был для него лакомым кусочком. А против семи адептов, да ещё в присутствии Хозяйки, у Александра, по всем законам вероятности, не было ни единого шанса. Но ты же сама видишь, какие штучки в последнее время выкидывают вероятности — и на пользу нам, и во вред.

— Это уж точно, — согласилась Дженнифер. — Ведь и у меня не было никаких шансов попасть сюда. Однако я попала. И, честное слово, я рада встрече с тобой.

— Я тоже рад нашей встрече. — Я постарался выговорить это чисто по-дружески, без более глубокого подтекста, но ни черта у меня не получилось.

Мы поднялись по трапу челнока, миновали тамбур со шлюзом и вошли в узкий коридор. Один его конец упирался в дверь с надписью «ШТУРМАНСКАЯ РУБКА», табличка на двери в противоположном конце грозно предупреждала, что это вход в машинное отделение. Грузовой отсек располагался в нижней части челнока, под полом, а между рубкой и машинным отделением находились две пассажирские каюты.

Дженнифер сказала:

— Сейчас выключу фен, — и пошла в штурманскую рубку.

А я наобум открыл дверь одной из кают.

Мне следовало бы тотчас захлопнуть её, но это было выше моих сил. На кровати лежала симпатичная темноволосая женщина лет двадцати пяти. Одеяло было скомкано у неё в ногах, халат распахнут, и ничто не мешало мне обозревать её прелести.

Джулия была далеко не красавица, но она была хорошенькой. Из рассказа Дженнифер я представлял её этакой массивной бабенцией с мужеподобной внешностью, а на самом деле она оказалась хрупкой, миниатюрной женщиной с детскими чертами лица, узкими бёдрами и маленькой, как у девочки-подростка, грудью. И это врач! Гинеколог! Убийца Александра! О Митра!..

Тут я вспомнил слова Дженнифер о том, что Джулия не может долго без мужчин, сказанные в качестве оправдания её связи с Александром. Я подумал, что, поскольку я здесь единственный мужчина, притом довольно привлекательный, то наверняка…

Додумать эту волнующую мысль до конца я не успел. Подошедшая сзади Дженнифер бесцеремонно отстранила меня, вошла в каюту и торопливо набросила на Джулию одеяло. Затем повернулась и пристально посмотрела мне в глаза — но без упрёка, а с пониманием.

— Двенадцать лет, — произнесла она сочувственно и, не давая мне времени по-настоящему смутиться, быстро добавила: — Не знаю, сколько Джулия будет спать. Я не разбираюсь в этих допотопных медикаментах, но, по-моему, она вколола себе лошадиную дозу. От одной такой ампулы меня отключало часов на двенадцать, а она использовала три.

— А что за препарат? — спросил я.

Дженнифер порылась в картонном ящике, что стоял в дальнем углу каюты, и достала оттуда одну упаковку.

— Вот, посмотри.

— Понятно, — сказал я, пробежав взглядом инструкцию по применению. — Активное вещество — диазепам продлённого действия. Очень распространённый допотопный транквилизатор. Не беспокойся, максимальную дозу она не превысила.

— А как насчёт длительности сна?

— Зависит от индивидуальной реакции на диазепам и степени привыкания. Джулия часто им пользовалась?

— Кажется, нет. Она никогда не жаловалась на бессонницу. Эти ампулы были предназначены для меня и лежали в моей тумбочке. По-видимому, Джулия воспользовалась ими, как первым успокоительным, что попалось ей под руку.

— Ну, тогда в течение ближайших восьми часов её и пушкой не разбудишь. Так что можно смело переносить её в дом.

— Не стоит, — сказала Дженнифер. — Она заснула здесь, пусть и проснётся в более или менее знакомой обстановке. Я оставлю ей записку, чтобы она не волновалась.

Я не удержался от довольной улыбки. Дженнифер с немым вопросом посмотрела на меня. Я сконфуженно пояснил:

— Видишь ли, я боялся, что ты решишь остаться здесь. А мне хочется ещё хоть немного поговорить с тобой. О чём угодно, лишь бы поговорить. Я так давно не слышал живой человеческой речи.

Она ободряюще улыбнулась мне:

— Я понимаю тебя, Эрик. Прекрасно понимаю.

Дженнифер решила перенести из челнока в дом немного своих вещей, и это «немного» мы несли вместе. Я тащил два больших чемодана, они были не очень тяжёлыми, но громоздкими, и волочились по земле. Наверное, с одеждой, решил я. Знакомая черта всех женщин из нашей семьи, которые просто помешаны на красивых нарядах. Дженнифер, видно, не была исключением из этого правила.

— В грузовом отсеке есть консервы, — сказала она, остановившись передохнуть на полпути. — Мясные, овощные, фруктовые, соки. Также есть картофель и разные крупы. Думаю, на несколько месяцев хватит. А у тебя как с продуктами?

— Терпимо. Если вы обе съедаете столько же, сколько я один, то в ближайшие пять лет нам беспокоиться не о чем.

— А потом? Вдруг твоё выздоровление затянется?

— В лесу хватает дичи, в озере водится рыба, на деревьях круглый год растут съедобные плоды. Так что от голода не умрём. Правда, может возникнуть проблема с кофе.

— Я кофе не пью.

— А Джулия?

— Обычно выпивает одну чашку за завтраком.

— Тогда уже легче. Мне просто придётся урезать свою дневную норму наполовину.

37
{"b":"2126","o":1}