ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

А Бренда, лёжа на траве, смотрела на меня своими васильковыми глазами и тоже улыбалась.

Меня приняли в семью.

Глава 24

Бриан. Третья Стихия

Я совершил глупейшую ошибку.

Речь идёт не о тех ошибках, которые я допустил прежде и о которых уже говорил. После я совершил ещё одну ошибку — самую досадную из всех.

Эмрис был силён, но и я не был слабаком. Я имел перед ним огромное преимущество — у меня на плечах была голова с мозгами, а не только вешалка для ушей. Пусть я и валял дурака — но это по молодости, а не по скудоумию. Эмрис же, хоть и владел Силой Порядка, был чересчур глуп, чтобы умело пользоваться ею. И ещё, как я убедился, он был довольно неуклюж. К тому же он не был настоящим адептом Порядка. Скорее, он был его рабом — почти таким же, как Агнцы, разве что был немного умнее и обладал чуть большей свободой воли.

В первый раз Эмрис застал меня и Софи врасплох. При нашей второй встрече я был начеку — и оказалось, что не так страшен чёрт, как его малюют. Сначала мы бились на равных, а с течением времени инициатива в поединке медленно, но неуклонно переходила ко мне. С помощью Грейндал я управлял Силой Порядка ничуть не хуже Эмриса и постепенно теснил его.

Поначалу Эмрис был уверен, что без труда одолеет меня. Позже его уверенность поколебалась, и он забеспокоился. Но подмогу вызывать не стал — я был нужен ему живым, а Агнцы умели только убивать.

В конце концов, когда ему стало слишком жарко, Эмрис всё-таки позвал Агнца. Но тот не вмешался в наше единоборство. По-видимому, это безмозглое создание не смогло определить, кто из нас враг. Мы оба оперировали Силой Порядка: Эмрис — при помощи своего Янь, а я — посредством Грейндал. Агнец не подчинился приказу Эмриса. Он не признал в нём своего бесспорного повелителя и остался пассивным наблюдателем поединка.

После этого чаша весов окончательно склонилась в мою пользу. Я дожал Эмриса, и мне оставалось нанести решающий удар. Смертельный удар… Вот тогда я и совершил ошибку.

Когда от победы меня отделял лишь один-единственный шаг, я замешкался. Я прекрасно понимал, что должен убить Эмриса. Брать его в плен не было смысла. Мне предстояло провести у Цитадели по меньшей мере несколько дней, пока не придёт Софи и не вернёт меня обратно, и я не мог рисковать, оставляя Эмриса в живых. Хоть он и не был таким крутым, как казался, он всё же находился в родной Стихии, а я просто физически не мог так долго держать его под постоянным присмотром.

Всё это я понимал. Моё замешательство длилось всего пару секунд, я открылся лишь на одно мгновение — но этого оказалось достаточно. Эмрис сумел воспользоваться своим единственным шансом и нанёс мне нокаутирующий удар.

Вот так я стал пленником Эмриса. Он сохранил мне жизнь — но сделал это не из милосердия, а только потому, что я был нужен ему для шантажа. И его шантаж удался…

* * *

Получив от Хозяйки слово, Эмрис отпустил меня, и тётя Бронвен доставила нас обоих в Безвременье. Помимо Хозяйки, там были также мама с папой, Софи, Дейдра, Кевин и Анхела, дядя Брендон и дядя Артур с тётей Даной.

Когда мы появились, Софи и мама одновременно бросились ко мне. Софи успела первой — вернее, мама уступила ей.

Мы обнялись, ничуть не стесняясь присутствия родственников.

— Софи… родная… — шептал я. — Прости, я виноват… Я хотел помочь тебе… Хотел как лучше, а получилось…

— Молчи, дурашка, — сказала она, зарывшись лицом на моём плече. — Главное, что ты жив. Ты со мной… Это самое главное. А остальное неважно.

Я прижался щекой к её мягким шелковистым волосам и встретился взглядом с мамой. Она смотрела на нас и улыбалась. Глаза её радостно сияли.

А отец мрачно смотрел на Эмриса.

Эмрис же упорно смотрел себе под ноги, не решаясь поднять взгляд.

— Вот мы и встретились, брат, — произнёс отец с металлом в голосе. — Молись, чтобы эта наша встреча оказалась последней. В следующий раз пощады не жди. Ты заслужил смерть ещё тридцать лет назад, когда убил нашего дядю, но тогда я пожалел тебя. Увы, ты не извлёк из этого урока. Ты дважды покушался на жизнь моего сына — теперь не рассчитывай на моё снисхождение. Сейчас ты под защитой Дейдры, но, когда выйдешь отсюда, то беги подальше, спрячься в самой глубокой норе, сиди в ней тихо, как мышь, и не рыпайся. Если я найду тебя, живым ты от меня не уйдёшь.

Эмрис ничего не ответил. Отец подошёл к нему и сорвал с его пояса Грейндал.

— Ты глубоко заблуждаешься, если считаешь это своим законным трофеем.

Эмрис опять промолчал.

— Дейдра, — обратился к Хозяйке дядя Артур. — Мы уже можем уйти?

— Вы должны уйти, — ответила она. — Со мной остаётся только Эмрис.

— И я, — тотчас отозвалась тётя Бронвен. — Я позабочусь про Эмриса и уведу его в безопасное место.

— Хорошо, — согласилась Хозяйка. — Ты оставайся. А остальные пусть уходят.

— Уходим вместе, — предложил отец. — В нашу с Брендой «нишу». Она самая просторная.

Никто не стал возражать — ни против предложения отца всем вместе отправиться в Авалон, ни против его утверждения, что «ниша», примыкавшая к гостиной его с мамой общих апартаментов, самая просторная во дворце.

Когда мы очутились в «нише», я в первый момент удивился, обнаружив, что вместе с нами переместилась и Хозяйка. Лишь чуть позже я догадался, что она переместилась не вместе с нами, а вслед за нами. После нашего ухода она могла пробыть в Безвременье сколь угодно долго — ведь время там вроде как застывает. На то оно и Безвременье.

Хозяйка молча подошла к дяде Брендону, взяла его за руку — и он исчез. А она осталась… вернее, ушла вместе с ним в Безвременье, а вернулась без него. Опять же — чтобы сообразить это, мне понадобилось некоторое время.

— Что происходит, Дейдра? — спросил дядя Артур. — Куда ты подевала Брендона?

— Отправила его в Солнечный Град, — ответила она, обводя нас грустным взглядом. — Сейчас он очень нужен Бронвен.

— Так что же случилось?

Впервые на моей памяти Хозяйка в замешательстве опустила глаза.

— Эмрис не вышел из Источника.

Добрую минуту в «нише» царило гробовое молчание. Даже я, хоть и не был адептом, хорошо знал, что, в отличие от Порядка и Хаоса, в Источнике судьба неофита целиком зависит от воли Хозяйки. И уж тем более это знали остальные…

Первым отозвался отец:

— Дейдра, ты…

— Да, Колин, — сказала она. — Я нарушила своё слово и велела Источнику убить Эмриса. Он ничего не почувствовал. Он умер безболезненно, как будто заснул.

И вновь воцарилось молчание. Никто не решался заговорить. Зато все думали. В том числе и я.

— Это не оправдывает меня, — заговорила Хозяйка, по-видимому, отвечая на чей-то невысказанный вопрос. — Да, Эмрис был редким негодяем. Однако нельзя делить людей на тех, которые достойны данного им слова и которые недостойны его. Есть люди, которые держат своё слово и которые не держат его. Я нарушила слово, и теперь вы не будете верить мне так, как верили прежде. Но, с другой стороны, если бы я пошла на поводу у Эмриса, то создала бы опасный прецедент — безотносительно к тому, убили бы его впоследствии или нет. Кроме того, было бы безнравственно перекладывать грязную работу на плечи других, лишь бы самой остаться с чистыми руками… Впрочем, я не оправдываюсь. Я сделала то, что сделала, и это останется на моей совести. — Она немного помолчала. — Как и ещё один мой поступок тридцатилетней давности. Ведь я не впервые нарушила слово. Артур и Колин знают, о чём я говорю. Бронвен и Эмрис этого не знали. Тогда я прибегла к лживой клятве, чтобы спасти свою жизнь; теперь я сделала это ради спасения жизни другого человека. Оба мои поступка благородными не назовёшь — но этот я буду вспоминать с меньшим стыдом, чем тот, предыдущий. — Хозяйка подняла руку в прощальном жесте. — Ну, всё, друзья, мне пора к Источнику. Желаю вам удачи. А тебе, Софи, в особенности.

С этими словами она ушла в Безвременье.

77
{"b":"2126","o":1}