ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мы спросили Сандру, и она подтвердила:

— Так всё и было. Главный приказал немедленно доставить вас в прецепторию и передать в распоряжение господина Сиддха. А поскольку он как раз находился на Агрисе, то заворачивать на Лемос не было необходимости. Правда, отец предлагал выслать нам вслед сопровождение, но господин Сиддх заверил его, что не нуждается в помощи.“

„А теперь он исчез,“ — мрачно прокомментировала Инна, — „и из-за его самоуверенности мы тут застряли.“

Я не мог не согласиться с ней. Без Сиддха мы были не в состоянии продолжать наше путешествие, так как Сандра, по её же собственному признанию, ещё плохо ориентировалась на Трактовой Равнине. Вдали от знакомого ей Лемосского архипелага мы могли годами блуждать по этой пустыне, как народ Израиля под предводительством Моисея…

— Ну что же, — произнесла Инна вслух. — Думаю, Сандра, тебе следует сообщить обо всём отцу. Дальше ждать бессмысленно.

Девушка вздохнула:

— Наверное, ты права…

— И лучше воспользуйся визуальной связью, — добавил я. — Мы тоже хотим поговорить с командором.

Сандра сходила к фургону и принесла свою шкатулку с магическими инструментами. Усевшись на траву между мной и Инной, она поставила шкатулку перед собой и подняла крышку, в которую с внутренней стороны было вставлено прямоугольное зеркало дюймов девяти по диагонали. Зафиксировав крышку в таком положении, чтобы видеть своё отражение в зеркале, Сандра прикоснулась большими и указательными пальцами обеих рук к его углам и, закрыв глаза, сосредоточилась.

Так прошло две или три минуты. Инна внимательно следила за всеми манипуляциями девушки, а я просто ждал результата. За прошедшие две недели Сандра трижды устанавливала визуальную связь с отцом, все три раза я присутствовал при этом и уже успел убедиться, что в ближайшее время нам не грозит овладеть техникой магической связи между разными Гранями. Поэтому не стал зря напрягаться, тщетно пытаясь разобраться в действиях Сандры, а решил поберечь свои силы и нервы для чего-то более стóящего.

Когда Сандра отняла руки от зеркала, оно уже ничего не отражало. Ранее серебристая поверхность под слоем стекла теперь стала серой, как экран телевизионного кинескопа в режиме ожидания.

— Сейчас отец подойдёт, — сказала Сандра. — Я предупредила его, что у нас неприятности.

Мы с Инной придвинулись ближе к ней, чтобы попасть в поле зрения магического передатчика, и пригласили присоединиться к нам Штепана, рассудив, что его участие в разговоре будет не лишним. Леопольд, не ожидая специального приглашения, залез на колени к Инне.

Наконец на «экране» появилось чёрно-белое изображение мужчины с густыми тёмными волосами и немного продолговатым чисто выбритым лицом. Как и в трёх предыдущих случаях, качество картинки было невысоким, где-то на уровне старинного CGA-монитора, поэтому судить о возрасте собеседника по одному лишь изображению было затруднительно. Но от Сандры я знал, что в позапрошлом году её отцу исполнилось пятьдесят лет.

Винченцо Торричелли поздоровался с нами, затем Сандра представила ему Штепана, которого он видел впервые. После короткого обмена любезностями с бароном командор смерил всех нас внимательным взглядом (как я подозревал, качество изображения у него было гораздо лучше) и спросил у Сандры:

— Итак, дочка, что случилось? Почему с вами нет Сиддха?

— Потому что его вообще с нами нет, — ответила девушка и рассказала о нашем утреннем открытии и о безрезультатных поисках инквизитора.

Командор слушал Сандру молча, не перебивая. При трёх предыдущих сеансах связи я не замечал за ним такой сдержанности, он явно не принадлежал к тому редкому типу людей, умевших терпеливо выслушивать своих собеседников. И то, что сейчас он не торопил Сандру, не мешал ей выговориться, не задавал попутных вопросов, могло свидетельствовать лишь о состоянии крайнего потрясения, вызванного известием об исчезновении Сиддха. Однако лицо командора оставалось бесстрастным — или, во всяком случае, не столь открыто выражало эмоции, чтобы их можно было заметить на нашей нечёткой чёрно-белой картинке.

Лишь когда Сандра закончила, отец принялся расспрашивать её, проясняя моменты, которые она упустила или недостаточно чётко обрисовала. Вскоре в этот допрос были втянуты и все мы, включая Леопольда, а позже командор велел дочери подозвать Младко и Милоша — последних людей, видевших Сиддха в лагере. У отца Сандры оказалась железная хватка, он вёл себя точь-в-точь как следователь при исполнении, и я не мог отделаться от ощущения, что выступаю в роли подозреваемого. То же самое чувствовали и все остальные; особенно крепко досталось Младко, Милошу и Леопольду. Чуть ли не впервые на нашей памяти кот мечтал поскорее прекратить разговор, и как только командор отпустил его, он тотчас убежал в дальний конец поляны и спрятался в густой траве.

Выжав из нас все соки и убедившись, что больше ничего полезного мы сообщить не можем, Винченцо Торричелли умолк и на несколько минут задумался. После чего сказал:

— А теперь я хотел бы поговорить с одним Владиславом. С глазу на глаз.

Сандра немедленно встала и направилась фургону, стоявшему шагах в пятнадцати от того места, где мы находились. Штепан со своими людьми последовал за ней, но прежде дождался моего кивка, подтверждавшего это распоряжение. При всяком удобном случае барон старался подчеркнуть, что только за мной и моей женой он признаёт право отдавать ему приказы.

Инна же не сдвинулась с места, глядя на меня с немым вопросом. Ей совсем не понравилось, как бесцеремонно отшил её отец Сандры. Она очень остро реагировала на такие вещи.

„Пожалуйста, успокойся,“ — мысленно произнёс я. — „Сейчас не время устраивать сцены. Всё равно ты будешь в курсе нашего разговора.“

„Хорошо,“ — согласилась жена, поднимаясь с травы. — „Надеюсь, у командора были причины так поступить.“

Инна отошла, но продолжала удерживать со мной связь.

— Итак, — заговорил командор, когда я заверил его, что мы остались вдвоём, — будем исходить из предположения, что ночью в вашем лагере не было никого постороннего — ни человека, ни зверя, ни инфернального существа.

Я утвердительно кивнул:

— Мы тоже пришли к выводу, что Сиддх сам покинул пределы защитного купола.

— Не обязательно, — возразил отец Сандры. — Его мог вынудить один из ваших спутников. Или выманить хитростью.

Я на секунду оторопел. Инна, которая слушала наш разговор, тоже была шокирована. Сказать по правде, нам даже в голову не приходила такая возможность. К Штепану и его людям мы питали безграничное доверие и скорее готовы были усомниться в Сиддхе и даже в Сандре, чем в них. Я хорошо помнил, как Штепан снёс голову Чёрному Эмиссару, который пытался стравить нас с загорянами и почти преуспел в этом; как молниеносная реакция барона спасла нам обоим жизнь в момент атаки разбойников. Я помнил, как умирал Йожеф со стрелой в груди; как Штепан не хотел покидать нас, когда мы сражались с Женесом; как он вместе с Гареном де Бреси и Никораном бросился нам на выручку, увязая ногами в размякшем камне, но не собираясь отступать, хотя прекрасно понимал, что там, наверху, его почти наверняка ждёт смерть… Нет, я не мог поверить в предательство загорян!

— Понимаю, вам неприятно об этом думать, — отозвался командор. — Вы многое пережили вместе и чувствуете к этим людям глубокую привязанность. Но постарайтесь взглянуть на вещи объективно, без предвзятости. Ваше знакомство с ними произошло при весьма благоприятных обстоятельствах. Я бы сказал: даже слишком благоприятных, подозрительно благоприятных. Ведь всё это могло быть специально подстроено — и интриги Чёрного Эмиссара, и нападение разбойников, — чтобы втереться к вам в доверие, чтобы вы ни на секунду не усомнились в их преданности.

Я с сомнением хмыкнул.

— В ваших рассуждениях есть существенный изъян. Если бы не помощь загорян, мы с женой наверняка погибли бы в схватке с разбойниками. К тому же мы совсем не разбирались в происходящем, а Штепан нам многое разъяснил, ввёл нас в курс дел и подготовил к тому, с чем мы впоследствии столкнулись.

64
{"b":"2130","o":1}