ЛитМир - Электронная Библиотека

— Думаешь, наш брак что-то изменит?

— Ещё как изменит, и ты сам это понимаешь. Тебе нужна населённая планета, сейчас ты метишь на Новую Шотландию — но только ли для того, чтобы захватить власть и назваться королём? Нет, это средство, но ещё не цель. Прежде всего, если ты собираешься выйти из подполья и поведать миру о своём богатстве, тебе нужна штаб-квартира, твердыня, где ты мог бы чувствовать себя, как дома, и не опасаться, что у местных властей появится искушение поживиться за твой счёт. Это возможно лишь в том случае, когда ты сам власть… ты или твоя жена. Осмелюсь предположить, что Астурия годится для этого больше, чем Новая Шотландия. Наша изолированность легко преодолима: сам факт твоего присутствия здесь мигом заставит все ведущие астрокомпании скорректировать маршруты своих кораблей. Если ты решишь обосноваться у нас, Астурию ждёт стремительный экономический рост, в считанные годы она из провинциальной планеты превратится в крупный научный, промышленный, торговый и финансовый центр. Перед такой перспективой не устоят ни республиканцы, ни роялисты. И левые, и правые хором запоют одну песенку и единогласно отменят ту злополучную статью конституции — ведь в противном случае ты улетишь с женой на другую планету, а разгневанные избиратели, лишившись разом и Анхелы, и надежд на лучшую жизнь, попросту линчуют своих депутатов.

Я покачал головой:

— Всё-таки хитрый ты лис, Рик! Сначала божишься, что у тебя нет никаких матримониальных планов, а затем умело направляешь наш разговор в нужное русло и из кожи вон лезешь, предлагая мне в жёны сестру и целую планету в приданное.

— Поверь, если бы вы не понравились друг другу, я бы и не заикнулся об этом.

— Ценю твой такт, — проронил я.

— Не вижу повода для сарказма. Ты сам признался, что не прочь жениться на Анхеле, вот я и привёл дополнительные аргументы в пользу этого брака. Причём далеко не все.

— Что ещё ты держишь в рукаве?

— Например, место в Галактической Ассамблее. В отличие от Новой Шотландии, Астурия является действительным членом Земного Содружества Наций, хоть и не представлена в Постоянном Комитете. Но это не беда, это поправимо — особенно, с твоей помощью.

— Вот чёрт! Как ты догадался?

— А здесь нечего было догадываться. Анхела верно подметила, что ты идеалист. Как и все идеалисты, ты мечтаешь о единстве Галактики, о всеобщем мире и благоденствии, но ты достаточно умён и прагматичен, чтобы рассчитывать достичь своей цели насильственным путём. Ты предпочитаешь более действенные и надёжные экономические рычаги интеграции. У тебя в руках сеть межзвёздной связи, твой Пангалактический банк представляет зачатки единой финансово-кредитной системы, ты захватываешь контроль над транспортом и торговлей, теперь тебе нужен вес на политической арене. Ты решил начать не с пустого места, а использовать существующие структуры Земного Содружества — и, по-моему, это правильно. Как глава независимого государства, той же Новой Шотландии, ты станешь членом Галактической Ассамблеи — естественно, после принятия планеты в Содружество, — затем предполагаешь войти в состав Постоянного Комитета, а впоследствии возглавить его. Я правильно рассуждаю?

Я утвердительно кивнул:

— В самую точку. Нет смысла создавать новые структуры, если можно наделить консультативные органы Содружества властными полномочиями, а само Содружество постепенно превратить в Галактическую Империю.

Рик ухмыльнулся:

— Интересный вопрос, сколько ещё честолюбцев строят подобные планы?

— Думаю, таких много. Но только у меня есть корпорация «Авалон» и Пангалактический банк. Что касается Вооружённых Сил, то со временем они будут сформированы, за этим дело не станет. А планету я рано или поздно заполучу — если не одну, так другую.

— И лучше Астурию, чем Новую Шотландию. С последней хлопот не оберёшься. Сначала нужно устроить переворот и захватить власть, потом навести порядок, добиться признания нового правительства, получить членство в Содружестве, а кроме того, ты будешь нуждаться в надёжном человеке, который управлял бы самой планетой. Я же предлагаю тебе всё это в готовом виде. Женись на Анхеле, пусть она занимается делами Астурии, а ты дерзай — может, у тебя и получится. По крайней мере, ты имеешь больше шансов, чем другие.

— Заманчивое предложение, — сказал я. — Его нужно обдумать.

— Думай, а когда согласишься — дай знать. Анхелу я беру на себя.

— Ну, нетушки, — решительно заявил я. — Ты в это не суйся, лишь напортачишь. Мы с Анхелой взрослые люди и сами разберёмся в наших отношениях. Я ясно выражаюсь?

— Достаточно ясно.

— Вот и хорошо… Кстати, как у вас обстоит с чистотой крови?

— В смысле?

— Не возникнет ли осложнений в связи с моим незнатным происхождением?

— Об этом не беспокойся. Порядки у нас либеральные, демократия всё-таки. В случае с тобой вопрос о происхождении представляет чисто академический интерес. Твоё богатство стоит целых океанов самой голубой крови. — Тут Рик пристально посмотрел мне в глаза: — И, между прочим, так ли незнатно твоё происхождение?

— С чего ты взял? Разве ты не слышал, что мой отец — космический пират?

— Одно другому не мешает. Знавал я нескольких баронов, которые были лихими корсарами. А что касается тебя, то ты здорово напоминаешь мне одного отпрыска древнего королевского рода, который строит из себя простого парня, но это у него не всегда получается — то и дело проскальзывают аристократические манеры.

— Ты о себе?

— Да. И ты точно такой же. Я заметил это ещё четырнадцать лет назад, а во время нашей прощальной пьянки хотел было расспросить тебя, но сам так напился, что забыл. Зато сегодня устроил небольшую проверку.

— Какую?

— Танцы. Когда к нам приезжают гости-неаристократы, мы, чтобы не смущать их, предлагаем что-нибудь более современное, но на этот раз всё было как обычно. Я краем глаза следил за тем, как ты танцуешь, а потом и Анхела поделилась со мной своими впечатлениями. Она уверена, что этот вальс ты танцевал десятки, если не сотни раз. А поскольку в моём обширном досье на тебя нигде не упоминается о твоём увлечении музыкой или танцами, отсюда я делаю вывод, что ты знаком со Штраусом с детских лет. Согласись, это несколько странно для сына простого космического пирата.

— А как же Дженнифер?

Рик отмахнулся:

— Не надо хитрить, Кевин. Дженнифер честно призналась, что плохо танцует, и попросила меня быть поосторожнее. Она в двух словах рассказала, что за фрукт её отец. Если хочешь знать моё мнение, ты правильно сделал, взяв её с собой.

— Ага, — только и сказал я, боясь неосторожным словом повредить очередной выдумке Дженнифер.

— Такая прелестная девушка заслуживает лучшей участи, чем жить под пятой у отца-тирана, — между тем продолжал Рик. — У неё столько врождённой грации, столько изящества…

— Она не умеет водить корабли, — прервал я его излияния.

Он посмотрел на меня с удивлением:

— Ну и что?

— Не советую брать её вторым пилотом.

Рик несколько раз недоуменно моргнул, а затем, сообразив, рассмеялся:

— Уже ревнуешь?

— Нет, проявляю братскую заботу.

— А если у меня серьёзные намерения?

— Это невозможно. Вы с ней совершенно разные люди.

— Так считаешь?

— Это бесспорный факт, — твёрдо ответил я, а затем с грустью посмотрел на светящиеся окна кабинета Анхелы.

В равной степени это относилось и к нам. Я и раньше задумывался над скоротечностью жизни простых смертных, но то были общие, абстрактные размышления. Только теперь я почувствовал неумолимую жестокость времени, обращённую против конкретного человека… против нас двоих. Сколь мимолётно будет наше счастье, сколь быстротечно! Моя любовь, едва родившись, уже обрела горький привкус неизбежной потери…

* * *

Закончился отсчёт неполного двадцать пятого часа астурийских суток и наступила полночь. Затем миновал первый час, второй. Я сидел в своём кабинете и изучал предложенный советом директоров корпорации план работ на следующий месяц. Количество заказов возросло почти на четверть, кроме того, увеличилось число заявок на модернизацию уже существующих станций. Спрос явно превышал предложение, и назревала необходимость в расширении производства — что само по себе было отрадно. Вместе с тем, исчерпывались запасы звёздного кварца, а значит, в ближайшее время мне предстояло совершить очередной наезд на Брендона. И хотя Солнечные Камни котировались среди колдунов очень низко, а их залежи в Рассветных мирах были обширны, мои аппетиты многих настораживали. Кое-кто сгоряча решил, что я обнаружил у этого плохонького артефакта какое-то ценное свойство, и с каждым разом мне всё труднее было отбиваться от настойчивых расспросов.

52
{"b":"2132","o":1}