ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Почему украдено? Предприятие оплачивает товар в валюте, кроме того, отечественные производственные мощности не простаивают… — подлил масла в огонь председатель.

— Да в том-то все и дело, Юрий Владимирович, что платят японцы лишь за стекло, а древесина как упаковочный материал в стоимость поставки не входит. Получается, скорлупа — дороже самого яйца!! Вы только представьте: за стекло они платят копейки, а ценнейшая древесная порода достается им даром. Доведись им закупить древесину в чистом виде, тем более такую, как кедр, они бы вылетели в трубу! А мебель из кедра, она же во всем мире считается самой экологически чистой. Не удивлюсь, если излишки древесины, что сами не в состоянии переработать, японцы сбывают по завышенным ценам основным производителям мебели в Европе — итальянцам и испанцам… А мы потом эту мебель, сделанную из нашего дерева, втридорога у них покупаем…

— Так это не вина японцев, а заслуга… Плюс коррумпированность руководства нашего Министерства внешней торговли… А почему, собственно, кедром обшивались контейнеры, почему не ольхой или березой?

— На поверку выходит, Юрий Владимирович, что ребята из «Икебуко» нашу географию и экономику изучили лучше, чем чинуши из Внешторга… Японцы потому-то и стремились разместить заказы на изготовление стекла на заводах Сибирского региона, что были уверены: фурнитурой для экспортной продукции станет только кедровая сосна… Она для нас — бросовый товар. В Красноярском и Хабаровском краях, Иркутской области испокон веков на десятках тысяч гектаров лесных делянок лежат и гниют миллионы и миллионы спиленных, но не вывезенных мачтовых стволов кедровой сосны..

Проблема, в конце концов, не в этом… Что будем делать с «Икебуко»? Ведь это предприятие, вопреки всем международным конвенциям, наносит непоправимый ущерб фауне и флоре Японского моря! Они что, решили застеклить его дно?! Благодаря их стараниям в нашей прибрежной зоне года через два исчезнет планктон, а с ним и промысловая рыба! В результате преступной инициативы таких вот, с позволения сказать, бизнесменов сегодня десятки километров морского дна устланы стеклом… Они же приближают экологическую катастрофу в Дальневосточном регионе!

Андропов, чтобы унять волнение, полез в тумбочку за кувшином, резко поднялся и, расплескивая воду, стал поливать цветы. Успокоившись, уже по-деловому неторопливо, стал диктовать Карпову пункты плана оперативных мероприятий. В заключение сказал:

— Срочно запроси токийскую резидентуру — пусть представят данные о японском экспорте мебели за последние пять лет… Думаю, что со времени заключения «стеклянного договора» с Внешторгом продажа Японией мебели за границу стала одной из самых доходных статей ее бюджета, ведь «Икебуко» — наполовину государственное предприятие… Да, вот еще! Свяжись с нашим МИДом — пусть готовят ноту протеста и подают иск в международный Гаагский суд… Хотя подожди! Этот вопрос я проведу через Политбюро… Председательствовать же на нем буду я…

Не успел Карпов выйти из кабинета, как раздался звонок телефона внутренней связи. Андропов нажал кнопку селекторной связи.

— Товарищ председатель, разрешите доложить вам результаты анализа черного песка? — Андропов взмахом руки остановил Карпова.

— Сейчас ты узнаешь, что японцы преуспели не только на ниве закупки у нас витринного стекла…

В кабинет вошел начальник спецлаборатории КГБ СССР полковник Калмыков и протянул Андропову лист бумаги.

— Свободны! — бросил председатель полковнику и начал вслух читать.

Члену Политбюро ЦК КПСС

Председателю КГБ СССР

генералу армии товарищу Андропову Ю.В.

В соответствии с полученным указанием сотрудниками вверенной мне лаборатории проведен химико-биологический анализ т. н. «черного песка». К работе также были привлечены эксперты, доктора географических и геологических наук Ракшун С.П. и Соловейчик А.С.

Установлено, что периодически действующий вулкан Майон, расположенный неподалеку от острова Катандуанес (Филиппины), регулярно выбрасывает в прибрежные воды Филиппинского моря вулканический пепел, который по дну Идзу-Бонинского и Японского желоба тихоокеанским течением выносится только на побережье Камчатки, конкретно — в район поселка Озерновский.

Таким образом, прибрежная полоса усыпана вулканическим пеплом, прозванным неспециалистами «черным песком». Он буквально перенасыщен редкоземельными элементами, такими, как: скандий, иттрий, лантан и лантониды. Кроме того, в «черном песке» высокое содержание ферритов — это элементы памяти всех компьютеров, а сплавы скандия — перспективные конструкционные материалы в авиации и электротехнике.

Иттрий используется в качестве легирующей добавки для повышения электропроводности радиодеталей.

Лантан и лантаноиды используются в электронике, лазерной и оптической технике.

Прибрежная зона в поселке Озерновском — это единственное место на земном шаре, где открытым способом можно добывать перечисленные редкоземельные металлы.

Начальник спецлаборатории Оперативно-технического управления КГБ СССР полковник Калмыков.

— Мы же буквально ходим по бриллиантам! — воскликнул Андропов, швырнув в сердцах заключение на стол. — Складывается впечатление, что они нам не нужны, а японцы сумели найти им применение!..

Не боги горшки обжигают

Как только Банзай сообщил, что очередная партия горшков должна прибыть из Японии в порт Находка, Карпов немедленно вылетел во Владивосток.

Прибывшие контейнеры перегрузили с парохода на открытые платформы, и они стояли «под парами», чтобы отправиться по Транссибирской магистрали в путешествие по нашей стране. Чтобы не насторожить японских экспедиторов, доставивших контейнеры, Карпов распорядился, чтобы грузу без проволочек был дан «зеленый свет».

В двадцати километрах от Находки платформу отцепили и, загнав ее в заранее подготовленный пакгауз, принялись осматривать контейнеры.

Удача! Один из них имел не предусмотренные для обычных контейнеров некие форточки, подобные крышкам, закрывающим иллюминаторы на кораблях. Странно, что таможенники не обратили внимания на эти демаскирующие признаки! Карпов, которого обуял азарт охотника, преследующего раненого зверя, распорядился немедленно вскрыть контейнер.

— Как! — возразил ему начальник управления КГБ по Приморскому краю, — а пломбы?! Их нарушать нельзя! Да и вообще, в отсутствии отправителя или получателя досматривать мирный груз иностранного государства запрещено.

Вы, Леонтий Алексеевич, ставите на карту престиж страны — в моей практике это беспрецедентный случай, тем более что вы находитесь на территории моей компетенции! Вопрос надо бы согласовать с Москвой…

— Иван Иваныч, — засмеялся Карпов, — ты сумеешь приготовить яичницу, не разбив яиц? Я — нет! А если серьезно, то вот она, Москва, перед тобой. Я преодолел девять часовых поясов, чтобы всю ответственность взять на себя! Какое еще согласование?! У тебя под носом курсируют горшки с форточками, а ты ни сном, ни духом. И вдруг вспомнил, что пломбы срывать нельзя! Ты где деньги получаешь?! В КГБ или в ЦРУ?..

Карпов осекся, поняв, что переборщил.

— Ну, я этого так не оставлю! — взревел Иван Иваныч.

— Напишу в партком Комитета, чтобы вас, Леонтий Алексеевич, там научили подбирать слова!

Карпов всегда испытывал чувство брезгливости к тем сотрудникам, кто в качестве своего самого сильного аргумента в споре использовал угрозу обратиться в партком. Да и вообще, считал генерал, парткомы в системе КГБ нужны не более, чем священники в публичных домах.

Кровь ударила Карпову в лицо и, едва сдержавшись, он бросил вслед удалявшемуся к своей машине местечковому начальнику:

— Давай, пиши. Я отвезу твою писульку, чего уж там! — и добавил, вспомнив, что, отправляясь в Приморье, получил благословение от самого председателя: — Но знай, еще до того, как меня вызовут на партком, я в кадрах поставлю вопрос о твоем служебном соответствии!

78
{"b":"213702","o":1}