ЛитМир - Электронная Библиотека

– Павлов? – переспросил ее пожилой отставник. Он сидел за столом, заваленным папками с надписями «Личное дело».

– Да, да, он, – обрадовалась Катя.

– Сергей Петрович?

– Нет, Юра. Юрий.

– А где он работает?

– Я не знаю точно. Он инженер-испытатель, новые машины испытывает.

– А что вы о нем знаете? Есть у него какие приметы?

– Да. Он такой, знаете… И глаза. А тут родинка.

– Где? – покосился отставник.

– Тут вот, – Катя отогнула воротник и показала ключицу.

– Одна только? – он даже приподнялся.

– Родинка? Одна.

– А кто он вам? – это спрашивал Катю уже другой человек, помоложе, в другом, более просторном кабинете.

– Любимый.

– Я понимаю, что любимый. Любимый – кто? Брат, сват, начальник?

– Просто любимый, – пожала плечами Катя.

– Да… Где, говорите, у него родинка?

– Тут, – показала Катя.

– Как будет его фамилия – Павловский?

– Нет. Павлов. Юра Павлов. Он, наверное, у вас в институте работает, – это Катя втолковывала немолодой усталой женщине, занимающей уже довольно большой кабинет.

– А зачем он вам?

– Это личное, – Катя застенчиво улыбнулась.

– Ах, личное… Личными делами, милая, мы не занимаемся. Мы, министерство, орган Совета Министров.

– Но сегодня как раз вторник.

– Ну и что?

– Прием по личным вопросам. С четырех до шести на двери написано.

– Во-первых, уже шесть, – женщина посмотрела на часы. – Я уже фактически в отпуске. Во-вторых, принимаем мы наших сотрудников, собственных. Вы же еще не наш сотрудник, – женщина поднялась, давая понять, что разговор окончен.

– Знаете, давайте я вам подписку дам.

– Какую еще подписку?

– Что когда я стану вашим сотрудником, я к вам по личным вопросам обращаться не буду. А вы сейчас – авансом.

Женщина посмотрела на Катю, усмехнулась:

– Это у вас что же – такая любовь? – Катя застенчиво дожала плечами. – Такая, что даже адреса его не знаете?

– Это ведь не самое главное. Адрес и измениться может.

Женщина взглянула на фото девушки, лежащее под стеклом, вздохнула, сказала как бы сама себе: «А что самое главное?» – и сняла трубку телефона.

– Кирилл?… Привет… Да вот никак не уеду… Слушай, тут такое дело… В вашем управлении работает Павлов?… Думаю, в институте… Ну запроси… Тебе, между прочим, когда приспичило, ты вообще ночью звонил, не то что после работы… А вот тогда, забыл уже… Детский сад когда… Вспомнил? Ну, слава богу». Да я не считаюсь, это как раз ты считаешься… И не кричи, пожалуйста, я не жена тебе… А я не знаю, чего ты звонишь, и еще кричишь… А кто – я что ли позвонила?… – Тут она увидела Катю и сказала примирительно: – Ах, да, я, действительно. А чего я звонила?… А, Павлов, верно… Сейчас… – Она прикрыла трубку ладонью. – Как его зовут?

– Юра, – сказала Катя. – Юрий.

– А отчество?

– Не знаю.

– А что-нибудь вы о нем знаете? Кроме имени.

– Он изобретатель.

– Тоже мне примета, – фыркнула женщина. – Вот если бы он ничего не изобретал, тут бы его все знали. – Она убрала руку и сказала уже в трубку:

– Нет, больше ничего нет… Так… Хорошо, спасибо, ну, привет Неле. Пока.

Женщина положила трубку, протянула Кате листок:

– Вот телефон моей секретарши, позвоните ей завтра, меня Уже не будет, надеюсь. Может, и найдут вашего изобретателя.

– Спасибо вам большое, – прижала к груди руки Катя. – Вы из-за меня так…

– Что?

– Ну, ругались. Мне даже неловко.

– Ругалась? Да что вы. Это разве ругань? Ругаются тихо. Шепотом. Чаще всего даже молча. А это как – ритуальные игры.

Институт встретил Катю бодрым ритмом деловой жизни. Кто-то сновал по коридору, кто-то курил под плакатом «курить запрещается», кто-то втолковывал кому-то, насколько тройка Фирсова лучше тройки Мальцева. Когда Катя проходила мимо женского туалета, дверь приоткрылась, вышла молодая полная дама.

– Здравствуйте, – сказала Катя. – Я Павлова ищу. Вы не знаете, в какой он комнате?

– В семнадцатой. Протоколы что ль привезла?

– Нет, у меня личное.

– Личное? – фыркнула дама. – С такой шляпой…

Катя заглянула в комнату номер семнадцать, Юры не было, сосед его трудился над чертежом.

– Юра здесь? – спросила Катя.

– Он ушел.

– Ой… Будет еще?

– Нет, – сказал сосед и, отодвинувшись, окинул довольным взором творение своих рук.

Катя заглянула в чертеж – это была тщательно вычерченная таблица футбольного чемпионата.

– А как же мне его найти?

– Может, я чем могу?

– Нет, я по личному делу.

– Ах, по личному… Это другое дело.

На двери была табличка, что вешают на опорах электропередач: череп, кости и надпись «не влезай, убьет». Катя улыбнулась обрадованно, словно при виде знакомого, и позвонила.

– Открыто, пожалуйста, – раздался мужской голос с чуть заметным акцентом.

Катя толкнула дверь, вошла. В прихожей никого не было.

– Здравствуйте, – сказала Катя в пространство.

– Здравствуйте, – ответил голос из кухни. – Галка, это ты?

– Нет. А Юра дома?

Из кухни вышел молодой человек, вытирая руки кухонным полотенцем. Он поглядел с удивлением на Катю, Катя – на него, и пока длилась эта маленькая пауза, автор представил еще одного персонажа этой истории:

– Наши органы чувств, бдительные как локаторы, мгновенно узнают в любой толпе иностранца, как бы хорошо ни говорил он по-русски. Что-то всегда отличает их от коренного населения -что-то, чего нет у нас и чего, естественно, нам и на дух не нужно. И сразу же мы ловим себя на том, что невольно начинаем коверкать свою речь, полагая, очевидно, с присущим нам гостеприимством, что так она будет понятней зарубежному уху. Впрочем, Катя была настолько обескуражена в первый момент – и тем, что это был не Юра, и тем, что она была не Галя, что она поначалу даже не догадалась, что перед ней – Ласло, о котором она столько слышала от Юры. Вероятно, свою роль сыграло и то обстоятельство, что Катя редко ходила на фильмы киностудии «Мафильм», иначе она бы сразу угадала в незнакомце венгра. Она как чувствовала, что это ей еще предстоит. Впрочем, об этом – позже…

Ласло ослепительно улыбнулся, неуловимо-галантным жестом пропустил Катю вперед себя и сказал:

– Юра скоро будет. Извините, Наташа, я думал, это Галя. Голос похож.

– Ничего, – сказала Катя, – ничего. Только я не Наташа.

– Нет? – смутился венгр.

– Нет.

– А Юра сказал… – Он посмотрел на часы. – Извините.

– Ничего. Меня Катя зовут.

– Очень приятно. Здравствуйте, Катя. Я Ласло.

– Здравствуйте, Ласло, – обрадовалась Катя. – Я о вас слышала.

– Да? – удивился Ласло. – От кого?

– От Юры.

– А-а…

– Впрочем, он и вам обо мне, наверное, рассказывал?

– Да?… О, конечно. Разумеется. Да-да. Но вы проходите.

– Ничего, я подожду. У него гости? Я некстати, наверное.

– Ну что вы, очень хорошо. Как раз кстати.

– Да?

– Разумеется. – Ласло снова ослепительно улыбнулся.

И тут, словно в подтверждение, кто-то постучал в дверь ногой. Ласло открыл. Вошел Юра – с сумкой, из которой торчали бутылки.

– У нас уже гости? – весело спросил он, но тут увидел Катю и замер.

– Вот и я, – неуверенно сказала Катя и протянула ему Руку.

Юра настолько оторопел, что свою руку протянул вместе с сумкой. Катя взяла сумку и спросила:

– Куда ее?

– Разрешите? – взял у нее сумку Ласло и пошел на кухню.

Нетрудно понять смущение мужчины, когда к нему неожиданно нагрянула дама. Мало ли что может открыться постороннему глазу в комнате молодого неженатого мужчины, особенно если глаз женский. Юра лихорадочно рассовывал куда попало висящие около дивана фотографии изящных манекенщиц, валяющуюся на стуле пижаму, два билета в театр, лежащие на видном месте на столе, раскрытую записную книжку, где постороннего наблюдателя могло бы удивить отсутствие мужских имен и телефонов. Единственное, что он не догадался сделать: снять со стены картину «Не ждали». И пока Юра совершал эти манипуляции с неловкостью начинающего комика, бормоча что-то невнятное вроде «какая неожиданная радость», автор не без сарказма комментировал:

2
{"b":"2156","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Цербер. Легион Цербера. Атака на мир Цербера (сборник)
Стены вокруг нас
Как рождаются эмоции. Революция в понимании мозга и управлении эмоциями
Тайны Торнвуда
YouTube. «Волшебная кнопка» успеха. Создай канал на миллион просмотров!
Как стать рыцарем. Драконы не умеют плавать
Три дня до небытия
Не прощаюсь (с иллюстрациями)
Синон