A
A
1
2
3
...
30
31
32
...
61

Утром четвертого дня плавания на «Речной лоханке», как окрестила Блэр лодку, поскольку не знала ее настоящего названия (если оно вообще было), девушка услышала снаружи голоса. Еще раньше она с удивлением заметила, что они стоят. Оставив яичницу шипеть на сковородке, Блэр, прихрамывая, подошла к люку и прислушалась.

Крэг переговаривался по-испански с другим судном.

– Necesito un favor, amigo![7] – крикнул он.

Блэр не видела его, но прекрасно представляла себе его дружелюбную улыбку. Ему отвечал капитан проходившего мимо судна. Блэр слушала их разговор и не знала, что ей делать – то ли смеяться, то ли думать о спасении. Они застряли! Великий и могучий Крэг Тейлор умудрился посадить лодку на мель! Прошлой ночью был сильный ветер, так что несчастье постигло их не потому, что Крэг был плохим мореходом. Но все равно Блэр злорадствовала. Мистер Совершенство прокололся! Пал жертвой законов природы.

Только сейчас она поняла, как глупо с ее стороны было звать на помощь, когда они проплывали поселок. Во-первых, ее никто не мог услышать, а во-вторых, какой помощи можно ждать от простых рыбаков?

Зато на судне, которое Крэг просил о буксире, был капитан – человек, облеченный властью. Человек, находившийся на достаточно близком расстоянии, чтобы услышать ее отчаянные мольбы. Человек, который мог ей сказать, где она находится, и подвезти до ближайшего города.

Они уже закрепили буксирные тросы. Блэр слышала снизу, как Крэг ходит по палубе. Она дождалась, когда он отойдет подальше от люка, и бросилась к лестнице, забыв про порез на ноге. Острая боль пронзила пятку и отдалась во всем теле. Блэр пошатнулась, потом сделала глубокий вдох, удерживая равновесие, и осторожно высунула голову из люка.

На губах ее появилась довольная улыбка. Лодка, тянувшая их на буксире, была большой, и вокруг капитана толпилось несколько пузатых и усатых мужчин. Крэг стоял на румпеле. Блэр осторожно выбралась из люка и, прихрамывая, пробежала мимо него в носовую часть судна.

– Ayudame! – крикнула она капитану. – Ау, роr favor! Помогите!

– Que pasa?[8] – крикнул в ответ капитан. Он был не далее чем в двадцати шагах от нее.

Девушка открыла рот, чтобы все объяснить, но подоспевший Крэг рывком оттащил ее назад.

– Пусти меня! – в отчаянии прошипела Блэр, вырываясь из его рук, и громко затараторила по-испански: – Меня похитили, я американка, мне надо в посольство…

Крэг двинул ее локтем в ребра, и она задохнулась от боли, поняв, что теперь он с ней не шутит.

– Mi esposa![9] – крикнул он по-испански, и она поняла, что он в бешенстве. – Mi esposa, она un росо loca, saben…[10] – печально сказал он и замолчал, удерживая ее мертвой хваткой. – Иди в трюм, черт возьми! – процедил он сквозь зубы.

Блэр, задохнувшись от негодования, потрясенно уставилась в его простодушную физиономию. Неужели он думает, что ему это сойдет с рук? Не обращая внимания на боль, она продолжала вырываться.

– Этот человек мне не муж! – крикнула она по-испански. – Он преступник, он держит меня здесь против моей воли… – Слова перешли в пронзительный вопль.

Крэг снова рванул ее на себя. Глаза его полыхали от еле сдерживаемой ярости.

Блэр поняла, что все бесполезно. Мужчины, в том числе и капитан, заливались веселым смехом. Они сказали Крэгу, что он сам напросился на неприятности, женившись на американке.

– Но хорошенькой! – крикнул самый смуглый толстяк. – Я дам тебе двух коров и десяток кур за один только час с этой крошкой. Скажи, amigo, хороша ли она в постели?

Крэг ехидно взглянул на девушку и крепче стиснул ее в своих медвежьих объятиях, угрожающе впившись пальцами в ее ребра.

– Si, sefiores, – отозвался он с добродушной ухмылкой, – mi esposa очень хороша. Но она не продается, даже на минуту.

– Хороша, говоришь? – хрипло засмеялся капитан, шлепнув себя по бедру. – Но смотри, amigo! Эти рыжие бабы любят командовать в доме, особенно американки. Сразу поставь ее на место, понял? А то потом хлопот не оберешься!

Крэг улыбнулся и закивал в знак согласия.

Блэр еще никогда в жизни не испытывала такого унижения. Она не ожидала, что Крэг может быть с ней так холоден и жесток.

Она уже устала с ним бороться, но инстинкт самосохранения подсказывал, что другого шанса может не быть. Собрав все силы, она двинула локтем ему в ребра, со злорадством услышав, как он тихо охнул.

Но радость ее длилась недолго. Ни один местный житель не позволил бы своей жене выставлять его на посмешище, и эти мужчины ждали от Крэга самых решительных действий. Он мог совершенно безнаказанно унизить ее или даже ударить у них на глазах.

Он нагнулся к ее уху и прохрипел незнакомым, пугающим голосом:

– Прекрати, Блэр. Я не хочу причинять тебе боль. Это все из-за bambino! – крикнул он своим веселым зрителям, – Говорят, в такой период у женщин портится характер.

Наверняка у каждого из этих мужчин-рыбаков были дети и жены, которые надоели им своим ворчанием, поэтому они от души сочувствовали Крэгу и наперебой давали советы.

– Да, это ужасное время! – крикнул капитан. – Но оно пройдет. Felicidades![11] Желаю вам сына-крепыша.

Это была последняя капля, переполнившая терпение Блэр.

– Какой еще bambino?! – взвизгнула она, забыв про осторожность. – Я не жду никакого bambino, а этот человек – мне не муж…

– Блэр! – О Господи, ее ребра скоро не выдержат! – Я не хочу делать тебе больно.

Она была в такой ярости, что просто не обратила внимания на это предупреждение и уже не чувствовала его рук, сжимавших ее мертвой хваткой.

– Я не сумасшедшая! – крикнула она по-испански. – Я не его жена! Черт возьми, как вы не поймете…

– Ну ладно, миссис Тейл, – прорычал он, и на этот раз она не могла не обратить внимания на его реплику, – я вас предупреждал.

Он резко повернул ее к себе лицом, а затем раздался звонкий шлепок. Пощечина! Он хлестнул ее по лицу – как всегда, с холодной точностью. Получилось не очень больно, зато громко. Блэр пошатнулась, чувствуя, что оказалась в его стальных тисках. Она подумала, что сейчас он раздробит ей все кости. Запустив пятерню в волосы Блэр, Крэг рванул ее голову назад. Блэр не могла ни высвободиться, ни отвернуться. Потрясенная и дрожащая, беспомощная и разгневанная на свою беспомощность, она пыталась вырваться, но безуспешно. Для него она была взбунтовавшейся пленницей, которую требовалось усмирить.

Это было последнее предупреждение. Чтобы добиться ее послушания, он мог сделать все, что угодно.

Мужчины на барже разразились бурными аплодисментами. Было ясно, что для них происходящее – просто веселый спектакль.

Блэр задыхалась, совершенно обессиленная. Ей хотелось его убить! Он опять предал ее, причем самым жестоким образом! Но даже сейчас она понимала, что не может его разлюбить. Сглатывая соленые слезы и кровь с разбитых губ, она смутно улавливала такой знакомый запах – его запах.

Чтобы у рыбаков не осталось никаких сомнений в том, что он говорит правду, Крэг убрал руку с талии Блэр и медленно, по-хозяйски провел по ее груди и бедру. Когда он ее отпустил, она вся дрожала – от гнева, стыда… и от возбуждения. Господи, помоги! Даже в такой момент Крэг не переставал волновать ее.

Но она не покажет ему своей слабости! Блэр попыталась отойти, но перед глазами у нее все поплыло, ноги подкосились, и она упала прямо в его объятия.

– Вниз, mi esposa, – угрожающе прошептал Крэг, поддерживая ее и одновременно подталкивая к люку. – Еще одно слово, и я отдам тебя этому старому рыбаку, не потребовав ни коров, ни кур взамен.

Она инстинктивно попыталась выкрутиться из его рук, несмотря на огромное желание спуститься в каюту. К несчастью, Крэг не догадывался об этом ее желании, а потому еще раз резко толкнул ее вперед. Блэр споткнулась и больно ударилась порезанной пяткой о деревянную переборку.

вернуться

7

Мне нужна помощь, друг! (исп.)

вернуться

8

Что случилось? (исп.)

вернуться

9

Моя жена! (исп.)

вернуться

10

малость тронулась (исп.).

вернуться

11

Примите мои поздравления! (исп.)

31
{"b":"216","o":1}