ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Хантингтон сдержал усмешку.

– Он вел себя как тиран? – спросил он, заранее зная ответ. – И все же прости его. Как я говорил, он не хотел участвовать в этом деле.

Конечно, не хотел, с горечью подумала Блэр. Бедняга Тейлор! Человек-боец, любящий риск и опасности, а его послали нянчиться с благочестивой богатенькой вдовой. Нет, с маленькой избалованной принцессой, выражаясь его же словами. Хотя, надо признать, она сама впорхнула в его объятия и тем самым неплохо его развлекла. Что ж, этот человек сполна выместил на ней свое негодование!

Он повел ее по пути наслаждения, и она безропотно пошла, не выказав ни малейшего сопротивления.

Но самое страшное, что даже сейчас, войди он в эту комнату с притворными словами любви на устах, она бы не помня себя бросилась ему на шею… Нет. Она не желает иметь никаких дел с этим лживым искателем приключений!

Надо лечь спать, чтобы перестать думать, не дать сердцу разорваться от гнева, страха, облегчения и потребности, которая сильнее всех остальных эмоций, – потребности любить.

Хантингтон внимательно смотрел на дочь, пытаясь понять, в чем дело. Он опустил глаза, пряча свое радостное открытие, поскольку увидел ответ в ее страдающем лице. Впервые после смерти мужа Блэр испытывала какие-то чувства к мужчине, иначе бы не стала так себя вести. До этого со всеми своими приятелями и спутниками на вечеринках она была вежлива, но отчужденна. Никто из них не трогал ее сердца.

– Блэр?

– Прости, папа, я задумалась. Что?

– Пожалуйста, не сердись.

– Я не сержусь, папа.

– Не сердись на Тейлора. Мне кажется, он впервые получил задание, которое оказалось ему не по зубам.

– Ну и что? – спросила Блэр, пытаясь скрыть раздражение. – Наверняка он скоро улетит еще куда-нибудь.

– Он не только летает на задания, но и проводит много времени в Вашингтоне.

– Зато я не собираюсь оставаться здесь надолго.

– Что это значит? – резко спросил Хантингтон, поморщившись. Он никак не мог привыкнуть к мысли о том, что его дочь уже взрослая.

– Папа, – твердо заявила она, встретив улыбкой знакомый властный тон. А какому отцу легко поверить, что его ребенок уже не маленький? – Я должна отработать еще три месяца в бригаде помощи голодающим и не хочу бросать начатое.

Хантингтон сдвинул брови.

– Блэр, мы еще не совсем уладили ситуацию. Пройдет несколько недель, прежде чем…

– Да погоди ты! – засмеялась Блэр. – Я же не собираюсь возвращаться туда завтра. – Глаза ее озорно блеснули. – Сначала я побуду с тобой – допустим, те же три месяца. Ну как, согласен?

Хантингтон невесело усмехнулся:

– Что ж, пожалуй, это справедливо.

Она изменилась, подумал он не без грусти. Где-то там, в джунглях, а может, в лодке, что-то произошло с его дочерью. Блэр всегда была самостоятельной, но теперь в ней появилась уверенность, надолго пропавшая после смерти Рэя Тейла.

– На этой неделе будет день рождения Джорджа Меррила, ты его знаешь. Твоему старику нужна спутница. Может, ублажишь беднягу и пойдешь со мной?

– Ублажить? – Блэр ласково улыбнулась. – Конечно, я пойду с тобой. На этой вечеринке у меня будет самый завидный кавалер.

Хантингтон смотрел на дочь с невинной улыбкой. Он опять манипулирует ее жизнью, ну и что? Ведь он ее отец, а годы не делают его моложе. Если не подстегнуть события, то можно и не дожить до появления внуков.

С возрастом он научился разбираться в людях и теперь не сомневался, что правильно читает между строк.

Блэр опять стала подниматься по лестнице, не заметив хитрой усмешки отца, но вдруг остановилась.

– Папа! А как же бригада? Мои друзья, наверное, ужасно волнуются. У тебя нет никаких каналов, по которым я могла бы с ними быстро связаться? Я…

– Они не волнуются, – перебил ее отец, – им известно почти столько же, сколько тебе.

– В самом деле? Ах, ну конечно. Брэд Ширер – тоже дипломат, верно? – Как же она сразу не догадалась! Бригада помощи голодающим могла бы считать себя невероятно везучей, если бы за год в ее ряды вступил хотя бы один такой «бычок», как называла Кейт Крэга и Брэда. А тут сразу двое за месяц! Воистину надо быть слепой, чтобы не понять, что дело нечисто.

– Нет, – ровным тоном сообщил Эндрю Хантингтон, – Брэд – не дипломат.

– Не дипломат?

– Нет. Брэд Ширер – военный разведчик.

– Ах, понятно! – насмешливо сказала Блэр. – Всего лишь военный разведчик.

Она допила третий бокал мартини и отправилась принимать горячую ванну.

Эндрю Хантингтон, сев перед окном, лениво закинул ноги на кофейный столик и радостно вздохнул. Он должен был рассердиться – ведь отцу положено сердиться, узнав о том, что его дочь скомпрометирована. Но он ничуть не сердился, а напротив, чувствовал, что расплывается в улыбке, как чеширский кот. Оказывается, из плохой ситуации иногда можно извлечь что-то хорошее. Жаль только, что это случается не часто…

Блэр была занята целыми днями – встречалась со старыми вашингтонскими друзьями, бродила по паркам и магазинам. Она так распределила свое время, чтобы как можно чаще бывать с отцом.

Она старалась заполнить каждую минуту и только в пятницу утром, в день вечеринки у Меррилов, заставила себя остановиться и задуматься. В конце концов она призналась себе, что ее сумасшедший график имел одну цель – притупить жуткое чувство одиночества.

Ей очень хотелось возненавидеть Крэга. Он сделал из нее полную дуру. То, что он изображал террориста, само по себе отвратительно, но ложь насчет тюремного заключения – это уже удар ниже пояса. Причем он знал, что она его любит, она сама призналась ему в любви. Боже, как же горько теперь об этом вспоминать!

Распоряжения, приказы… Он был послан к ней по приказу. По приказу же с ней подружился, приглядывал за ней, а потом забрал из лагеря и держал в плену.

Тейлор не просто неукоснительно выполнил все приказы, но и весьма изобретательно их дополнил. Хотя почему бы и нет? Почему бы мужчине не утолить свое сексуальное желание с женщиной, которая охотно ложится к нему в постель?

Блэр покраснела от стыда, сердце ее заныло. Она так сильно полюбила этого человека, что готова была вынести все, даже самое долгое ожидание. Но их отношения – сплошной обман. Крэг Тейлор не испытывал к ней никаких чувств. Он исполнял приказы, и только.

Она в сотый раз пообещала себе, что сделает все, чтобы больше никогда с ним не видеться. Но теперь даже в толпе ее душило одиночество, которого она не чувствовала в плену, на лодке, когда была в обществе одного-единственного человека.

Блэр любила этого человека, вот в чем дело. Кем бы он ни был – другом, любовником, незнакомцем, предателем, – она все равно его любила. Но ей нужно как-то перебороть свою любовь. Мистер Крэг Тейлор, отделавшись от обязанностей няньки и вернувшись к любимой работе, наверняка уже уехал на очередное задание.

А она больше не хочет ежесекундно тревожиться за дорогого человека. Крэг Тейлор ходит по лезвию ножа, таков его выбор. Она потеряла Рэя и после этой чудовищной трагедии уже никогда не сможет любить мужчину, который каждый день подвергает себя смертельной опасности.

– А какое, собственно, это имеет значение? – раздраженно спросила она себя. – Он вволю позабавился со мной и уехал играть в шпионов в другое место.

Крэг навсегда ушел из ее жизни, и это к лучшему, с горечью сознавала Блэр. Мысли об одиночестве заставили ее лучше понять отца. Она всей душой ему сочувствовала. Он проводил свои дни в заботах о благе государства, но если говорить о личной жизни, то у него никого не было, кроме нее.

Она так его любит! Он очень добрый человек, благородный и преданный. Как Крэг.

«Все, прекрати! Выброси Крэга из головы! Думай о папе», – приказала она себе. Сегодня вечером они идут к Меррилам, и она сделает все возможное, чтобы порадовать отца. Он должен ею гордиться.

Приняв это решение, Блэр провела целый день дома, вкушая все прелести цивилизации, которыми до сих пор пренебрегала. Она сделала маникюр и педикюр, уложила волосы и даже испробовала новую грязевую маску для лица.

47
{"b":"216","o":1}