ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Входит Вавилон

Новые захватчики явились с запада и с юга, как аккадяне тысячелетием раньше. Говорили они на семитическом языке, очень похожем на аккадский, и, поселившись в Месопотамии, вскоре приняли аккадский вариант языка. Благодаря родству языков они быстро были приняты как местные уроженцы и не остались, как гутеи, ненавистными чужаками.

Эти семитские пришельцы в месопотамских надписях именуются «амурру». Означает ли это слово «кочевники» или «люди Запада» — вопрос спорный. Так или иначе, мы знаем их под именем амореев.

Около 2000 г . до н. э., когда славные дни Ура кончились и Шумер вступил в эру последнего упадка, амореи двинулись из пустыни в область «Плодородного Полумесяца», на востоке и на западе.

На западе они колонизировали земли, прилегавшие к Средиземному морю, смешавшись с обитателями Ханаана (которые также говорили па семитическом языке). В Библии хананеяне часто именуются аморреями, например, когда Бог говорит Аврааму, что еще не настало время наследовать Ханаан, «ибо чаша беззакония аморреев еще не наполнилась» (Быт. 15:16).

На востоке амореи вступили в бывший Аккад, и именно они скорее, чем тускнеющие шумеры, вдохнули силы в города-государства между 2000-м и 1800 г . Они заняли, например, город Ларсу, который процветал под аморейским правлением.

Амореи захватили также маленький аккадский городок по имени Бабилум («врата Бога» на аккадском) и сделали его своим. На древнееврейском языке Библии имя города превращается в Бабел.

До того времени Бабел не оставил заметных следов в месопотамском мире. Он был расположен на Евфрате, немного западнее Киша, и жил, должно быть, в тени этого великого города. С упадком Киша Бабел получил шанс засиять ярче.

Но самого замечательного из своих первых успехов амореи достигли далеко на севере. В 1850 г . они захватили Ашшур и нашли там действительно богатую добычу. В северной части дуги Полумесяца теперь буйно цвела цивилизация, и в конце периода третьей династии Ура торговцы из Ашшура проникали глубоко в Малую Азию. Теперь, когда властительную руку Ура убрали, Ашшур был предоставлен самому себе и вырос в богатый и гордый купеческий город.

В 1814 г . до н. э. некий аморейский выходец, возможно член правящей семьи, сделался правителем Ашшура. Его имя было Шамшиадад I, и он основал династию, которая, пережив многочисленные перевороты, продержалась у власти более тысячи лет. При Шамшиададе I Ашшур контролировал северную Месопотамию во всю ее ширину, ибо новый монарх занял город Мари, в 240 км к юго-западу от Евфрата. Это был другой быстро разбогатевший торговый центр, близкий к растущим городам западной половины Плодородного Полумесяца. Расширение владений в этот первый период величия Ашшура стало предвестником будущего — первого появления на карте мира грозной Ассирии.

Если мы вернемся теперь к загадке Амрафела, царя Шинара, отмеченной в предыдущей главе, оказывается тогда, что он был одним из аморейских правителей в Месопотамии. Но которым?

Представляется наиболее вероятным, что он был одним из ранних аморейских вождей в Бабеле. Его называют «царем Шинара» (то есть царем Месопотамии), поскольку Бабел с течением времени стал править всей страной и его слава бросала отблеск назад, на время раннего правителя.

В 1792 г . до н. э. шестой правитель аморейской линии, предположительно потомок Амрафела, наследовал власть в Бабеле. Его звали Хаммурапи. Ситуация при его воцарении казалась не слишком благоприятной для нового монарха. Казалось даже, что Бабел вообще не имеет будущего.

На севере Шамшиадад I выковывал могучую Ассирию. На юге опасность казалась еще хуже. Двумя годами ранее, в 1794 г ., Рим-Син, который правил в Ларсе с 1822 г . до н. э., наконец сумел одержать окончательную победу над городом Исин и объединил весь юг речной долины под своим правлением.

К счастью для Хаммурапи, его враги не были едины и оба они старели. Хаммурапи был одарен военными и дипломатическими талантами и, в дополнение к этому, был молод, терпелив и мог себе позволить подождать, заботливо обеспечивая себе союз с одним из противников, чтобы побить другого. Рано или поздно кто-то должен был умереть.

Это оказался Шамшиадад из Ашура. Он умер в 1782 г ., и при его менее могущественном наследнике мощь Ассирии уменьшилась. Когда снизилось давление с севера, Хаммурапи обратился к югу. В 1763 г . он разгромил престарелого Рим-Сина, и весь юг попал в его руки. Он двинулся на север и в 1759 г . взял Мари и подверг его разграблению. Ашшур избежал столь тяжкой судьбы. В 1755 г . он подчинился и стал служить Хаммурапи как данник. Правитель его сохранил трон, и династия Шамшиадада I уцелела, чтобы стать в будущем чумой остальной Месопотамии.

В 1750 г . до н. э. Хаммурапи скончался, но в последние пять лет своего царствования он уже правил империей, столь же обширной, как империя Нарамсина шестью столетиями ранее.

Слава Бабела воистину началась с правления Хаммурапи, ибо он сделал город своей столицей и правил оттуда своими огромными владениями. Город вырос и стал могущественным метрополисом, оставаясь крупнейшим городом Западной Азии на протяжении четырнадцати столетий. Сегодня мы знаем его под греческим именем — Вавилон.

Регион, который когда-то назывался Шумером и Аккадом, взял свое имя у этого великого города и назывался Вавилонией в течение всех оставшихся столетий истории Древнего мира.

Смена богов

Триумф Вавилона на земле отразился в аналогичном триумфе в месопотамском небе.

Шумеры, как было в обычае среди древних народов, поклонялись богам. Как еще можно было объяснить капризы природы? Кому еще можно было приписать создание Вселенной?

Вероятно, каждое племя имело какого-то одного бога, который был символом и воплощением племени. Между племенем и его богом должна была существовать тесная связь. При условии, если богу поклонялись должным образом, с соответствующими ритуалами, он должен был заботиться о своем народе, сохранять благоприятную среду обитания и помогать побеждать другие племена (и их богов).

Когда группа племен селилась в близком соседстве и принимала общую культуру, таких богов становилось много. Чтобы поддерживать мир, всем им нужно было придать какой-то вес и установить пантеон, группу богов, родственных друг другу. Обычно, когда народ, выступив на историческую сцену, начинал играть заметную роль, такой пантеон уже имелся в наличии [3].

Имея множество богов, вполне естественно было ввести специализацию. Один из богов отвечал за дождь, другой — за реку и т. д. Сказочники и поэты могли сплетать рассказы, описывая и объясняя Вселенную в аллегорических терминах. То, что мы называем мифологией, было древней попыткой создать науку. Мы и сегодня ломаем голову над теми же проблемами — происхождением Вселенной и предсказанием погоды. Но чтобы найти ответ, мы пользуемся другими инструментами.

Самое простое и общее разделение труда среди богов — это наделить одного из них ответственностью за землю (или подземный мир), другого — за воды (соленое море или пресноводные реки) и третьего — за воздух (или небо вверху). Обычно главным богом оказывался бог неба, ибо небо охватывало и землю, и воды, с неба падал дождь (и ударяла молния).

В древних греческих мифах, пантеон которых лучше всего знаком людям современной западной культуры, Вселенную разделили между собой три сына Хроноса. Зевс взял себе небо, Посейдон — море, Гадес — подземный мир, но главным богом был Зевс. Единственное объяснение, которое мы имеем, — мифологическое: именно Зевс возглавил восстание против их общего отца Хроноса. Земные факты, лежащие за этим объяснением, потеряны в греческой предыстории.

Среди шумеров имелось такое же разделение труда между тремя главными богами. Ану был богом неба, Энлиль — богом земли, и Эа — богом пресной, рождающей жизнь воды. Ану был, по-видимому, главным богом шумеров, по крайней мере на поздней стадии их истории.

вернуться

3

Израильтяне, которые вскоре вступают на эту сцену, отличались от народов того времени, отказываясь установить такой пантеон. По крайней мере, те из них, которые настаивали на единственном Боге, в конце концов победили. (Примеч. авт.)

10
{"b":"2177","o":1}