ЛитМир - Электронная Библиотека

Они нырнули в тень строительных лесов. Никто из рабочих ничего не сказал, даже старик, который звал стражу. Только девочка Яди, та, которой Ким помог и которая поделилась с ним посудой, повернула голову в их сторону. На одно мгновение на ее лице показалась улыбка.

– Что-то во мне говорит – это мой народ, – сказал Фабиан. – Я не могу бросить его на произвол судьбы.

– Боюсь, все обстоит не так просто, – осторожно заметил Ким.

– Что ты имеешь в виду? – Фабиан сурово посмотрел на него.

– Оглянись! – Ким сделал движение рукой, охватывая все, что они видели: возводимые стены, строительные леса, рабочих и надсмотрщиков с кнутами, все – припудренное серой каменной пылью. – Разве это не Высокие Стены Мрака, над которыми трудились многие поколения больгов и рабов-людей? Взгляни на надсмотрщика: получеловек-полубольг, их только начали выводить. Меньше чем одно поколение назад, как сказала мне девочка, пришли темные сюда. Империи еще нет, Фабиан. Колдовство князя Теней из библиотеки перенесло нас не только на триста миль на север, но и…

– …На тысячу лет назад, – завершил Фабиан.

Отряд больгов под предводительством темного эльфа прошел мимо, и Фабиан с Кимом прижались к стене. Видимо, их все еще ищут. Но среди строительного мусора, в общем беспорядке легко было спрятаться. Неподалеку стояла дощатая будка, где хранился инвентарь. В ней друзья нашли убежище понадежней. Когда отряд прошел мимо, они выглянули из своего укрытия.

– А зачем он это сделал? – продолжал Фабиан. – Он достиг того, чего хотел. Империи нет, Дом Алексисов потерял свое значение. Черная крепость строится.

Ким почесал голову, потом спину. Вездесущая пыль покрыла его с головы до ног. Его рука нащупала вещевой мешок, который он таскал на спине, совсем забыв о нем.

– Книга! – воскликнул он.

– Не так громко! – попросил Фабиан.

– Книга, которую я притащил из Эльдерланда. Может быть, она что-то нам разъяснит?

– Ну не станешь же ты здесь читать!

Но Ким отыскал что-то еще, что ему мешало. Это оказался лист, захваченный им в библиотеке. Он вытащил его и расправил. Лист был испачкан, текст едва читался, к тому же половина страницы была оторвана. Он вздернул брови, пытаясь разобрать уцелевший текст.

– Это напечатано, а не написано, – произнес он. И тут сообразил, для чего служили приспособления, которые он видел в помещении с бумагами, развешанными, как белье для просушки. – Типографская печать! – воскликнул он. – Ее придумали, когда мы учились в университете! Но я только слышал о ней, но никогда не видел. По слухам, факультет теологии был против, на тех же основаниях, что и всегда. Хм. Это выглядит как объявление.

AUT VIV – – MORT —

PRAEMIU – AURE -

Todt о – Lebend —

– lohnun-XXX Gold —

Под текстом была гравюра, изображавшая бородатого мужчину с черной повязкой, закрывавшей левый глаз, и с безумным выражением лица.

– Здесь назначено за кого-то вознаграждение, – перевел Ким. – Тридцать золотых. Живым или мертвым. Имя…

Имя было едва различимо.

– Т…л…м…д…

– Талмонд, – сказал Фабиан. – Я уверен, его зовут Талмонд.

Ким внимательно посмотрел на него.

– Твой предок?

Фабиан снова прислонился к опоре лесов. Его лицо было серым, как камень. Он тяжело дышал.

– Они хотят положить мне конец, понимаешь? Как в первой рукописи, помнишь? Descendit sineprogenio.[24] Тогда получится, что я никогда и не жил. Но зачем?

– Кольцо – это ключ, – сказал Ким. – Покуда существуют носители колец, князь Тьмы пребывает в опасности. Несмотря на все препятствия, мы снова собрались. Он хочет разрушить наше единство.

– А что с седьмым кольцом?

– Я не знаю, – произнес Ким. – Я совершенно не знаю, что мы можем предпринять против врага, который распоряжается временем.

Фабиан посмотрел в щель будки. Солнце затянулось дымкой, и в туманном воздухе все казалось нереальным: ад, состоящий из бессмысленной работы и боли, такой, каким он мог представиться больному уму. В гнетущей тишине, громыхая по мостовой, проехала телега. Несмазанные ступицы колес визжали. Телегу сопровождали два существа в черно-серых рясах. Трудно было сказать, люди это или больги. Один из них тянул ее, другой подталкивал сзади. На телеге лежали два продолговатых предмета, кое-как прикрытые кусками брезента. Одна накидка была коротка, из-под нее торчали голубоватые голые ноги.

– Они увозят мертвых, – сказал Фабиан.

Они с Кимом переглянулись. Они подумали об одном и том же. Только мертвые выбираются отсюда. Так сказал старик.

Не говоря ни слова, они поднялись и последовали за повозкой. Они шли все время согнувшись, под лесами.

Повозка катилась вниз, к внешней стене крепости. Она остановилась перед низким казематом, граничащим со стеной. Тот, что шел впереди, достал ключ и открыл дверь. Затем они втолкнули тележку в зияющий проем.

Ким и Фабиан крадучись проследовали за ними.

Они ожидали увидеть некое подобие часовни, но тут не было даже ни одной скамейки, не говоря уж об алтаре. Только стены из грубо отесанного камня, маленькое окошко с решеткой, через которое проникал серый дневной свет, и круглая, обложенная камнями дыра в полу.

Стражники стягивали мертвеца с телеги, чтобы столкнуть его в отверстие. Один из них обернулся. Он заметил, что на миг стало темнее, когда Ким и Фабиан входили в помещение. Отреагировал он на долю секунды позднее, когда Фабиан был уже рядом и таранил его плечом.

Человек-больг качнулся. Его лицо выражало ужас. Мертвец, которого он все еще держал в руках, был слишком тяжел и потянул его за собой. Раздался крик. Он становился все тише и внезапно оборвался. Фабиан, балансируя руками, сумел все-таки удержаться. Второй сторож стоял с другой стороны ямы, уставившись на Фабиана и Кима.

– Ну, – поманил Фабиан, – возьми меня!

У сторожа не было меча, но на поясе у него висел кнут, который он теперь вытащил. Фабиан и человек-больг закружили вокруг отверстия шахты. Сторож размахивал кнутом. Но для такого оружия необходимо пространство – без этого бич ударялся о потолок и бессильно падал вниз. Фабиан подался вперед и схватил его. Теперь оба тащили кнут в разные стороны, пытаясь стянуть противника в пропасть.

В это мгновение Ким прыгнул из темноты под ноги больгу. Может, это и не было геройством, но маленькому фольку потребовалось немалое мужество для такого поступка.

Фабиан толкнул больга и отпустил кнут. Все было кончено.

– Жаль, – сказал Фабиан, – я надеялся использовать кнут как канат, чтобы спуститься в шахту. Но, вероятно, его длины все равно бы не хватило.

– Канат… – повторил Ким. Потом его глаза посветлели. – У нас есть канат!

Он отступил от края ямы и развязал свой вещевой мешок. В нем он нащупал – рядом с еще не прочитанной книгой – моток тонкой веревки, который ему положили в Потаенной долине.

– Думаешь, этого хватит?

– Эльфийская веревка! – Фабиан был поражен. – Она невероятно прочная. Но нам нужно что-то, чтобы она не разрезала нам ладони.

Он вытащил из голенища кинжал Кима и разрезал брезент, которым была покрыта телега, на полоски. Ким тем временем забил клином входную дверь. Они обернули ладони кусками ткани. Потом закрепили конец веревки на оконной решетке и бросили моток в отверстие.

Ким не решался даже думать о том, что может ждать их на дне шахты. Одна только мысль о спуске в эту мрачную глубину заставила его дрожать. Зияющая бездна была больше чем ворота в неизвестность. Это был спуск в само царство смерти. Ким сглотнул. Затем взялся за веревку, проверяя ее прочность.

– Я спущусь первым, – сказал он. – Если кто-нибудь будет нас преследовать, ты справишься с этим лучше меня.

Колодец шахты был выложен из камней, плотно пригнанных друг к другу и не дающих ногам найти опору. Перехватывая руки, Ким начал спускаться. Смотреть вниз он не решался: его страшило то, что он может там увидеть. Он полностью сосредоточился на том, чтобы сохранить хватку и не сорваться.

вернуться

24

Умер без наследника (лат.)

32
{"b":"21791","o":1}