ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Министерство транспорта США подсчитало что в 1980 году в стране будет 138 миллионов автомашин, а к 1990 году – 162 миллиона. Сколько окиси углерода добавится в воздух, которым дышат американцы? В Лос-Анджелесе у тех, кто понимает, «чем дело пахнет», эти подсчеты вызывают настоящую панику. Здешний ученый-химик У. Брэй мрачно предсказывает: «Если мы уже сейчас не предпримем серьезных мер, мы обречены на самоуничтожение». «Еще 15—20 лет, – говорит бывший губернатор Калифорнии Браун, – и нас всех угробит это чудовище на четырех колесах».

Как спасти Лос-Анджелес от удушения? Сейчас там рассматривают вопрос о введении карточек на бензин, чтобы как-то ограничить пользование частными автомобилями. Мера эта крутая и, конечно, не всем понравится. Прежде всего нефтяным и автомобильным магнатам, которые – уж будьте уверены! – нажмут на все педали, чтобы все оставить как было. Другая мера, которая сейчас обсуждается в Калифорнии, сформулирована так: «…создать проблемы для людей, совершающих регулярные поездки по городу на собственном автомобиле». Видите, как интересно сформулировано! Уже создать проблему для тех, кто имеет собственный автомобиль! Предполагается, что будет запрещено, даже на короткое время, оставлять машины на центральных улицах города, а также запрещено строить новые коммерческие гаражи и площадки для временной стоянки автомобилей. Эта мера тоже не всем понравится, и а первую очередь компаниям по строительству и эксплуатации гаражей, которые сейчас принимают все усилия, чтобы провалить проект.

Подсчитано, что Лос-Анджелес мог бы в буквальном смысле этого слова вздохнуть с облегчением, если бы удалось сократить количество автомобилей в центральных районах города на 80 процентов. Но ведь для того, чтобы не нарушилась в этом случае жизнь города, нужен общественный транспорт, а его практически в Лос-Анджелесе не осталось. Последний троллейбус был отправлен на свалку еще десять лет назад. 57 процентов опрошенных жителей города говорят: «Я охотно оставлю свой автомобиль дома и поеду на работу автобусом, но автобус-то где?»

Нет, не случайно мэры американских городов с таким прилежанием изучают опыт работы общественного транспорта в Москве, Ленинграде, Киеве. Многие американцы, с которыми мы встречались в дни путешествия по Америке, говорили: «Мы знаем: скоро и в вашей стране будет много автомобилей. Не повторяйте наших ошибок! Заранее думайте над проблемами, неизбежно идущими следом за автомобилем».

В Америке специалисты лихорадочно ищут сейчас возможность построить автомобиль с «чистым двигателем». Существует много проектов: паровой автомобиль, электрический, с водородным мотором. Однако у каждого из проектов свои недостатки. Решение властей: «Уже в 1975 году запретить выпуск автомобилей с бензиновым мотором и перейти но „чистый двигатель“ оказалось поспешным. Энергетический кризис заставил повсюду утроить усилия в поисках нового вида горючего и новых двигателей. Однако искушенные люди говорят: те, кто торгует бензином, не спешат к переменам. Для них смог в Лос-Анджелесе – это 8 миллионов галлонов бензина, помноженные на 60 центов (средняя цена галлона бензина на заправочных станциях США), что дает 4800 тысяч долларов в сутки.

Такова причудливая судьба автомобиля в Америке, где из блага он превратился во зло. Такова диалектика общества, где прогресс в конце концов оборачивается против простого человека. Парни в Калифорнии, устроившие автомобилю показательные похороны, поняли это.

Великие озера

Вон они… Один из нас снимает ботинки и, закатав штаны, идет в воду. Все просто и буднично. Вдалеке дымит пароходик. На берегу помятый, брошенный кем-то автомобиль. Женщина с двумя ребятишками удит рыбу…

Об этих больших озерах мы знаем с детства. Их почему-то легко было запомнить. С музыкальной легкостью запоминались на школьных уроках Японские острова: Хондо, Хоккайдо, Сикоку, Кюсю. И эти озера: Гурон, Мичиган, Эри, Онтарио, Верхнее.

Названия озер – это названия племен индейцев, живших в этих местах: гурон, мичиган, эри, онтарио. Озеро Верхнее называлось индейцами Гитчи-Гюмо. Все пять озер (а вернее, шесть с маленьким Сен-Клер) прихотью природы собраны в одном месте. Все они связаны. Попав в одно, можно пройти кораблем уже все. Триста пятьдесят лет назад европейцы, впервые узнав эти воды, приняли их за моря. Люди были уверены: «Если плыть все время на запад, путь приведет в Китай».

Великие озера… Озеро Верхнее по размерам уступает лишь Каспию. Меньшее из пяти, Онтарио, больше самого крупного в Европе Ладожского озера. «Третий океан» – так зовут озера американцы. А слово «Великие» означает не только размеры, но и величие, красоту, значение этих вод в жизни людей.

До прихода на материк европейцев Америка была без дорог. По континенту шли только тропы индейцев. Озера стали надежным путем, связавшим многие земли. Лес, хлеб, железо, мясо, рыбу, меха перевозили водою. Позже, когда к Великой водной системе подключили и Миссисипи и когда в обход Ниагарского водопада прорыли канал, водный путь пронизал всю Америку – от канадского Монреаля до Нового Орлеана.

На берегах озер (их общая протяженность 13 тысяч километров) густо замешена жизнь. 30 миллионов людей валят тут лес, ловят рыбу сеют хлеб, собирают овощи, яблоки, виноград, добывают руду, перегоняют нефть на бензин, варят сталь, сыры, пиво, изготовляют бумагу, печатают книги, выделывают кожи. Тут самый крупный в мире химический комбинат и самое крупное в мире производство автомобилей. В Чикаго (на Мичигане) и в Порт-Артур (на озере Верхнем), стоящие за тысячу километров от побережья материка, заходят океанские суда, груженные в Сиднее, в Гамбурге, в Сингапуре (а теперь и в портах СССР). 40 процентов дохода сельского хозяйства, добывающей и обрабатывающей промышленности Америка получает в бассейне Великих озер. (У Канады на берегах Онтарио, Эри, Гурона и озера Верхнего сосредоточено 80 процентов всей промышленности!)

Сбегая в океан, озерная вода крутит турбины электростанций. А в последние годы HO – вода сама по себе – стала ценнейшим из земных минералов. Тут в озерах сосредоточен самый большой запас пресной воды планеты.

«Сердце Америки», «символ наших просторов», «голубые глаза материка», «пятое чудо», «третий океан»… Наверное, есть и еще много образов для этой единственной в своем роде водной системы. Но сильнее всего звучат два слова: Великие озера.

Мы видели три из Великих озер. Онтарио видели издали со скалы. Вода лежала зеркальная, побеленная дымкой. Позже, двигаясь к западу, обогнули длинный язык Мичигана. Километров триста дорога летела вдоль берега. В машину справа мокрым жгутом врывался озерный ветер. Вода была рядом. Но мы не видели óзера. Дубовый и буковый лес, а потом фабричные трубы и разных расцветок дымы сопровождали дорогу. И только возле Чикаго сверкнули густо-синие волны, и сверху открылась даль, рождавшая ветер.

С Эри мы познакомились ближе. Мы подъезжали к нему в городке Эри, возле Кливленда и Толидо, а также в нескольких безымянных местах, где были съезды на берег. Мы побывали в дачных поселках, на заброшенных пляжах с надписью «Не купаться. Вода загрязнена». А в порту Клинтон рискнули покинуть берег. Мы погрузили автомобиль на паром с названием «Янки Клиппер» и заняли место на палубе. Паром ходил между Большой землей и ближайшим островом Путинбей. Большой американский путеводитель отводил острову несколько слов. «Место для отдыха. Виноделие. Рыбалка. Лучший полигон для стрельбы из винтовки». Местная рекламная карта изображала островок небольшим раем. На ней нарисованы были купальщицы, рыболовы, отягощенные непомерно большой добычей, виноградные кисти, винные бочки, старинный питейный дом и колонна в память победы над англичанами в местных водах. За этим «раем» были еще островки: Южный Басе, Средний Басе, Северный Басе. Карта и там предлагала купание, вино и рыбалку.

С паромной палубы видны были все острова. Они лежали в синеве, как рощицы в поле.

57
{"b":"21793","o":1}