ЛитМир - Электронная Библиотека

Лоу опустила ноги и наклонилась вперед. — Что же он сделал, чтобы тебя подставить?

— У него есть приятельница-шлюха. Она спит со всей командой просто для удовольсвтия. Он сфотографировал меня в момент, который был совершенно неправильно истолкован, и затем заставил ее поцеловать меня, чтобы сфотографировать и это. Я отшил ее и ушел, но он успел заснять фото, а я не знал, что он все снимает. Затем они подмешали наркотики в мое пиво. Заставили меня развлекаться с ней на видео. И сфотографировали нас голых в кровати, — я тяжело сглотнул. Говорить следующую часть было сложнее всего. — А затем…они…они отправили все это…ей.

Лоу прикрыла рот и прошептала "Офигеть".

— Да. Она все это видела.

— Обоже. Зачем это им? Это ужасно, Кейдж! Ты рассказал об этом власти? Их арестовали?

Я покачал головой. — Нет. Это слишком легко. Я хотел заставить их заплатить. Я хотел отомстить. Око за око.

— Как ты узнал, что это была она? Или твой сосед?

Я закрыл глаза, пытаясь побороть то утро и воспоминания, которые пришли вместе с ним. Я не хотел вспоминать слова Евы. Это было самым сложным. — Он сказал мне. Он сидел на диване, когда все это произошло. Когда Джереми позвонил мне и все такое. — Я не буду воспроизводить эту часть для нее. — Эйс ждал меня на диване. И ухмылялся мне. Сказал, чтобы я удачно добрался до дома. Извинялся, что я не смогу здесь больше побыть. И все это для меня начало собираться по кусочкам. Он был подающим. Я спросил его, знал ли он обо всем этом, и он сказал, что это было его рук дело. Он нашел мою слабость и использовал ее против меня. — Я остановился и глубоко вздохнул. — Он даже не понимал, с каким успехом он разрушил мой мир. Единственную вещь, которую он сказал в то утро и которую я продолжаю повторять себе снова и снова, — это то, что я не спал с той девкой. Это все было подстроено. Я развлекался с ней около бильярдного стола с толпой свидетелей. Но, согласно другим ребятам, я называл ее…Евой. Я не знал, какого хрена я делал. Даже в таком наркотическом состоянии, я думал, что был с Евой. В своей голове я ей не изменял. Я просто не знал. — Моя грудь заболела, но ее имя на губах немного облегчило всю боль.

Лоу выпустила вздох, который сдерживала. — О боже, Кейдж. Ты объяснил это Еве?

Я покачал головой. — Я не могу. Она… Она сказала, что все кончено. И не позволила мне все объяснить. Она сказала, что я — ее самая большая ошибка.

— Но Кейдж, ей было больно! Она только что увидела то, что ее просто разрушило. Я даже представить не могу, что увижу Маркуса с другой. Это бы меня просто убило. Она имеет дело с умирающим отцом, и тут еще это. Конечно, она хотела сделать больно тебе, потому что так же больно было ей. Уже несколько недель прошло. Позвони ей. Съезди к ней.

Я не мог. Она не позвонила. Она ни разу не попыталась со мной связаться. Она недостаточно доверяла мне. Разве доверие — это не часть любви? Она поверила, что я ее не люблю, и даже не дала мне шанса что-нибудь сказать.

— Она мне не доверяла.

Лоу потянулась к моей руке и взяла ее. — Ей было больно.

— Она не доверилась мне. Как она вообще могла любить меня, если она мне не доверяла? — я покачал головой и встал. — Я не могу, Лоу. Она закрыла дверь. Она с этим покончила. Не послушала меня. Не дала мне шанса. — Я хотел замолчать. Я хотел перестать все это говорить, но мой рот не замолкал. — Я полагаю, что она просто добилась своего. Я думаю, что она поняла, как коротка ее жизнь и осознала, что я не то, чего она хочет в жизни. Не меня. Меня было недостаточно. Поэтому она взяла это оправдание и использовала его. Если бы она хотела меня, она бы за меня боролась. Она бы хотела, чтобы я сказал ей, что это ложь. Она бы просто, черт подери, мне поверила.

Лоу сидела, смотря на меня грустными глазами, затем, наконец, кивнула и встала. — Ладно. Думаю, ты не прав, но я понимаю, что тебе больно. Просто надеюсь, что ты не будешь долго ждать.

— Она не боролась за меня, — повторил я. Больше для себя, чем для Лоу.

Лоу подошла и просунула свои пальцы сквозь мои. — Но ты тоже за нее не боролся. Ева не твоя мама, Кейдж. Ева не бросила тебя одного, потому что ей все равно. Она была сломана. Иногда ты должен поверить, что ты этого достоин, и бороться за то, что ты хочешь. Ева — это то, что ты хочешь. Ты знаешь это, и я знаю это. Все, у кого глаза на месте, знают это.

Лоу не понимала. Никто не понимал. Никто не слышал, как она мне сказала, что я — ее самая большая ошибка. Холодный, ровный тон в ее голосе. Она имела это в виду. Как и моя мама, когда она назвала меня самой большой ошибкой, она имела это в виду.

Как я могу бороться за того, кто не хочет меня?

— Мы скучаем по тебе. Я скучаю по тебе. Хочу, чтобы ты приехал домой.

Я тоже скучал по Лоу. Скучал и по своим друзьям, но недостаточно. Недостаточно для того, чтобы встретиться с Морским Бризом и всеми его воспоминаниями о Еве. — Я не могу, Лоу. Просто не могу.

— Что ж, пока ты не можешь, думаю, что я буду сама приезжать к тебе, пока этот малыш и Маркус будут позволять, — с вздохом сказала она.

— Твой живот просто огромен, Лоу, — сказал я, посмотрев на нее, желая сменить тему на что-нибудь другое.

— Заткнись, — отрезала она, и я почти засмеялся. Почти.

Глава 14

Ева

Я не была уверена как долго мой папа еще сможет сидеть в своем кресле-качалке и беседовать со мной. Он постепенно увядал, и причем достаточно быстро. Иногда он весь день не вставал с постели. И мой живот становился все заметнее. Я больше не могла продолжать его скрывать. Меня уже не спасут мои свободные рубашки. Я попросила Джереми зайти к нам, после того как он пообедает дома. Я больше не готовлю. Папа не может есть. Он вообще редко ест. Трубка для кормления, которую установила ему сиделка, поставляет в его организм большую часть пищи.

В тот вечер я собиралась рассказать им обоим о ребенке. Я переживала, стоит ли говорить папе. Я не хочу, чтобы он беспокоился обо мне, но я хотела, чтобы он знал. Один из моих родителей должен знать, что он станет дедушкой. Несмотря на всю трагичность ситуации.

Раздался короткий стук в дверь, прежде чем Джереми вошел в кухню. Он улыбнулся мне, но выражение его лица затмило всю его улыбку. Я не хотела совершать огромную ошибку. Может быть, если я расскажу сначала Джереми и посмотрю, что он скажет, то тогда будет лучше. Мне нужно было услышать мнение со стороны.

— Я беременна, — выпалила я, а затем в шоке накрыла свой рот руками. Я не прланировала это делать.

Джереми схватил ближайший к нему стул и сел на него, с неверующим выражением лица. Он не отрывал от меня взгляд и я продолжала держать руки у своего рта, боясь произнести что-нибудь еще, если их уберу.

— Как? — спросил он, выглядя напуганным.

Я опустила руки и начала нервно скручивать их перед собой. — Кейдж. Я узнала несколько месяцев назад. Я просто… Я не знаю, стоит ли говорить папе. Я хочу, чтобы он знал, что станет дедушкой. Но я не хочу, чтобы он волновался. Что мне делать? — спросила я, надеясь, что Джереми знает то, чего не знаю я.

Джереми опустил голову и затем покачал ей, переваривая услышанную новость. Я не хотела обрушивать все это на его плечи. — Черт, Ева. Я не знаю. Я имею в виду, я думаю, что он должен знать, но он не очень хорошо себя сейчас чувствует.

— Я знаю, — сказала я, присаживаясь на стул напротив него. — Я знаю, — повторила я.

Мы сидели в тишине несколько минут. Затем Джереми посмотрел на меня с решительным блеском в глазах. — Он захочет знать. Он этого заслуживает. И он будет беспокоиться о том, что ты проходишь через это одна. Я могу это исправить. Выходи за меня замуж, Ева. Прежде чем твой отец умрет, выходи за меня.

У меня не было слов. Я сидела и смотрела на него, как будто он сошел с ума, потому что я была полностью уверена, что так и было. Выйти за него замуж? О чем он вообще думал? Как я могу выйти за него?

— Что? Как? Я не…, - я покачала головой и встала. — Абсолютно нет. Я не выхожу за тебя замуж, чтобы просто исправить свои проблемы. Это ненормально. У тебя есть своя жизнь, Джер. Жизнь! И я не отниму ее у тебя. — Мне приходилось работать над тем, чтобы не повышать свой голос. Я не хотела, чтобы папа услышал меня.

24
{"b":"218172","o":1}