ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Джейн Остин и деревянная нога миссис ля Турнель
Империя Млечного Пути. Книга 1. Разведчик
Домашний юрист. Все что нужно знать о своих правах
Burn the stage. История успеха BTS и корейских бой-бендов
Гробовое молчание
Капитализм в комиксах. История экономики от Смита до Фукуямы
Код Женщины. Как гормоны влияют на вашу жизнь
Человек теней
Красотка
A
A

Тот матч Бышовец, как, видимо, и предчувствовал, проиграл. «Зенит» нашел брешь в фирменных редутах Бышовца – Спивак поистине нанес удар Ван Бастена, а-ля 88-й год. С угла, с силой, в дальнюю «девятку». Противостояние тренеров зажгло и игроков, а оттого матч заканчивался под постоянные свистки арбитра, фиксировавшего фолы. С финальным свистком зенитовцы как-то зло отпраздновали три очка, а томские игроки были вне себя от досады. И это было еще не все.

Представители СМИ после матча стонали от восторга. Для начала кто-то, захлебываясь словами, рассказал, как только что видел, что Бышовец и Петржела, которых телевизионщики поставили рядышком для флэш-интервью, подали друг другу руки, при этом синхронно отвернувшись в разные стороны. Затем пришел Анатолий Федорович с поистине черным от гнева лицом. Его голос клокотал. Вечно аристократически подтянутый Бышовец вдруг утратил привычные пасторские нравоучительные интонации в голосе, хотя и сумел процедить дежурные поздравления «Зениту». Затем произнес свою великую фразу, которая, кажется, на веки вечные прицепила к нему прозвище, во всяком случае среди фанатов сине-бело-голубых.

– Знаете, мне почему-то пришел на ум Гете, – вкрадчиво, но с прежними злыми нотками произнес Бышовец и все замерли так, что было слышно, как крутятся пленки в телекамерах – Десять дней не выходил на улицу, потом вышел и… сразу в дерьмо! Спасибо…

Последние слова тренер договаривал уже, хрипя от сдавливаемой злобы. Пока народ переваривал фразу, Бышовец покинул зал. Петржела сидел с напряженным лицом, силясь понять, что сказал его оппонент. Наконец, не выдержал, подозвал меня и спросил, что все это означает. Я перевел. Петржела снова замолчал, словно размышляя над ответом. Наконец, когда снова стало слышно пленки, выдал ответ:

– Я знаю, почему он ушел. Ему стало стыдно, что он в свое время наплевал на «Зенит» и ушел в сборную. Что же, теперь я знаю, кто пишет о нас в газетах всякую грязь! – и тут раздались овации.

Тем временем Анатолий Федорович, впервые на моей памяти потеряв всякий лоск, шипел в ухо знакомому журналисту на улице:

– Ты-то хоть понимаешь, что я в Томске за 3 дня сделал больше, чем этот…к в Питере за три года?!

Поскольку этого-то как раз на тот момент никто не понимал, Бышовец проиграл и третий тайм. Петржела лишний раз показал себя мастером пиар-борьбы. Хоть ему и помог в этом точный удар Спивака.

* * *

Назло врагам мы были в хорошей форме. Подходили к началу чемпионата именно в том состоянии готовности, которое я планировал. Чтобы не тратить зря энергию подопечных, на чешском сборе мы провели два матча с более слабыми соперниками – местными клубами из низших лиг – и дважды победили с разгромными счетами. Игроки почувствовали вкус к футболу, за счет обильного количества голов в ворота полулюбителей раскрепостились и было видно, как они рвутся поскорее сыграть в чемпионате. Рискну утверждать, к ним пришло забытое чувство вкуса к игре. Почему-то запомнился момент, когда ребята обсуждали в отеле только что посмотренный матч чемпионата Чехии «Баник» – «Спарта», завершившийся победой остраваков со счетом 3:2. До того, как мы сыграли на Кипре с «Баником», эту команду никто из русских не знал. «Спарту», наоборот – все-таки в Лиге чемпионов играла. И вот когда Острава уверенно победила популярный клуб, футболисты не без гордости этот факт отметили – мы, мол, между прочим, этих на сборах победили. Что и говорить, из многих нюансов приходит вера в собственные силы…

Чтобы эту веру с самого начала не подорвать непредвиденными обстоятельствами, мне пришлось настаивать на том, чтобы стартовая игра с «Сатурном» обязательно состоялась на нашем поле, а не в гостях. Нужно было обязательно получить поддержку зрителей, страховку от судейских издержек для того, чтобы обязательно одержать победу и дать понять самим себе, что мы – на правильном пути. Ну не бывает мелочей в футболе! И непонятно, почему раньше «Зенит» пренебрегал этим моментом и зачастую начинал чемпионат на выезде. Каким бы ни был газон – нужно было непременно приложить все усилия, чтобы игра состоялась именно в Питере!

Той первой игры я ждал с таким нетерпением, что на пару ночей лишился сна – организм жил своей жизнью, не хотел выключаться ни на секунду, я сам себе напоминал паровоз, в топку которого то и дело подкидывают уголь. Помню, как нас привезли на стадион, который я тогда впервые увидел не скучным и серым, а ярким и эмоциональным. Вышел из раздевалки к полю, которое было хоть и желтым, но в то же время ровным, и долго-долго стоял, стараясь прочувствовать каждую предстартовую секунду. С этого момента по-настоящему начиналась моя жизнь в России, устанавливалась система координат, в которой мне предстояло работать, мое имя, имидж – все было поставлено на карту. Вспомнил и об «Авроре» и диалоге с Боровичкой. Так по какому же поводу будет стрелять русский крейсер?.

«Сатурн» мы переиграли по делу. Хоть и не все гладко получалось, но команда билась на поле, летала, творила зрелище, а трибуны дышали в такт. Когда раздался финальный свисток, я почувствовал, что земля уходит из-под ног – это сказочное чувство было вовсе не пустяковой компенсацией за истерзанные нервы межсезонья. Мы поверили в себя и на этой волне эмоций обыграли в гостях «Локомотив» – спустя каких-то полгода после того, как здесь же, на арене, на которой я очень любил играть и не проиграл с «Зенитом» ни одного матча, питерская команда проиграла железнодорожникам 1:2. Мы вернули должок, и были счастливы – казалось, нам по силам завоевать весь мир. Выздоравливали травмированные, «Зенит» выигрывал, ребята куражились…

Глава 3

Однако большая мечта никогда не исполняется быстро. Тот стартовый успех был логичен, поскольку команда целенаправленно готовилась к началу чемпионата. С другой стороны, вечно так продолжаться не могло, поскольку всегда в таких случаях существуют скрытые проблемы, которые со временем могут прорваться наружу. Эмоции постепенно спадали, праздник кончился, наступила время работы «на автомате». Надо было не только эпатировать публику и самих себя, но еще и собирать очки. За место в таблице я был готов ответить своей головой – еще зимой сказал Мутко, что если не попадем в еврокубки, с командой буду готов распрощаться. Заниматься футболом без европейских турниров мне неинтересно, ни с профессиональной, ни с человеческой точки зрения.

По-настоящему прочувствовать кризис мне пришлось в Новороссийске. Улетев из холодного Питера, мы приблизили к себе весну, которая уже вошла в права у Черного моря. Тогда я, кстати, обнаружил положительную сторону перелетов, пусть я уже не молод, и они мне даются все с большим и большим трудом. Родную Чехию я объездил вдоль и поперек, знал все городки и деревеньки. В России же мог на сто процентов убедиться в масштабности этого государства. Каждый новый город был своеобразным впечатлением. Российские города похожи, но в то же время разные хотя бы исходя из климата. Потом, между прочим, я жалел, что в Премьер-лиге больше нет Новороссийска – мне нравилось там играть, несмотря на то, что именно там мне пришлось пережить свое первое поражение в питерской жизни.

Тот матч должен был закончиться нулевой ничьей. Ничего особенного мы не показали, но, во всяком случае, не были хуже хозяев. К сожалению, пришлось вплотную познакомиться с негативной стороной судейства в Премьер-лиге – судья дал хозяевам пробить штрафной с более близкой дистанции, чем на самом деле было нарушение Вьештицы (серб, кстати, получил потом от меня по первое число за то, что неверно сыграл тактически, но что толку!). Этот удар был настолько некстати, что хотелось выть. Комик-тренер хозяев (Игорь Гамула) на пресс-конференции пыжился от гордости, напоминал налившийся и готовый лопнуть помидор – еще бы, чужестранца обыграл! Я же практически не мог говорить – врагу не пожелаю переживать то, что переживает в такие минуты тренер. Особенно жестокими после поражений бывают перелеты домой, когда не можешь остаться со своими мыслями наедине, и не имеешь права показать свою слабость перед подопечными. Пытка, иного слова не подберешь. Именно в этот момент, когда мы начали терять первые очки, свершилось – у нас выздоровели все наши постояльца лазарета, и команду пришлось шлифовать заново. Иногда лучшее – враг хорошего. Относительно же футбола в этом утверждении и вовсе ничего парадоксального нет.

22
{"b":"21841","o":1}