ЛитМир - Электронная Библиотека

На столе лежало перо. Женевьева взяла его и начала задумчиво постукивать по пергаменту с перечнем доходов.

— Что касается стен, сэр Хамфри, то всех работников следует разделить на две группы. Пусть сменяют друг друга через день — при этом никто не пострадает. По поводу стражников я спрошу совета у Темкина. Жиля из кухни можно назначить управляющим вместо Майкла — он знает замок как свои пять пальцев. Сэр Хамфри, будьте любезны, поговорите с ним и приведите его ко мне. И поручите Темкину собрать новый отряд стражников немедля, иначе противник застигнет нас врасплох.

Сэр Хамфри вздохнул с явным облегчением, поклонился и отправился на поиски Жиля. Женевьева посмотрела на отца Томаса.

— Так в чем дело, святой отец? — сухо осведомилась она. — Я же чувствую — вы чем-то недовольны. Чем я оскорбила вас?

Священник отошел к высокому окну, выходящему во внутренний двор замка. Солнце еще не успело подняться, над землей стлался розоватый туман. Отец Томас обернулся.

— Миледи, я ужаснулся, узнав, что вам предстоит соблазнить врага и заманить его в ловушку, но возразить не посмел. А потом мне стало известно, что вы сами нанесли роковой удар и отказали рыцарю-христианину в, погребении по христианскому обычаю.

Женевьева ощутила раздражение.

— Отец, я нанесла удар человеку, который чуть не прикончил Темкина. У меня не оставалось выбора. Возможно, я поступила неправильно, отказав ему в посмертных почестях, но я в то время была сама не своя. В чем еще я провинилась, отец? На богослужении я помолюсь не только за моих близких, но и за врага.

— Дитя мое…

Женевьева раздраженно отбросила перо.

— Прошу вас, отец, не обращайтесь со мной как с несмышленым младенцем! Я делаю все, что в моих силах!

Священник улыбнулся, подошел поближе и взял ее за подбородок.

— Прошу прощения. Я понимаю, как трудно вам сейчас: вы потеряли и отца, и возлюбленного. На ваши хрупкие плечи легла тяжкая ноша…

— Они выдержат, отец Томас.

— Женевьева, я беспокоился о вас. Вчера я молился лишь о том, чтобы вы не пострадали. План казался мне слишком рискованным. А теперь я молюсь о том, чтобы вы поскорее забыли о случившемся — я-то знаю, как вы чувствительны. По-моему, мы поступили недостойно, мне тягостно думать об этом.

— А они? — возмущенно перебила его Женевьева. — Они поступили достойно, напав на Иденби безо всякой причины?

Отец Томас вздохнул:

— У вашего отца была возможность сдаться. Он мог бы остаться в живых и сохранить свое положение. Для этого ему понадобилось бы лишь принять условия Тюдора.

— Но в таком случае он нарушил бы клятву! Мой отец, присягнул на верность Ричарду, а с такими вещами не шутят.

— Может быть. И все-таки сторонники Ланкастеров сражались честно, а мы — нет.

— Они ничем не лучше нас. Зачем понадобилось поджигать дома наших подданных? Почему убили моего отца? Мы просто сделали то, что было в наших силах. Сторонники Ланкастеров не горевали о смерти моего отца, так почему же я должна оплакивать их предводителя? Победы обходятся недешево, но все же дешевле, чем поражения!

— Неплохо сказано, — заметил священник. — И все-таки прошу вас, распорядитесь, чтобы тело лорда Тристана передали его сторонникам. Пусть они похоронят его с почестями. Сегодня утром за ним прибыл гонец.

Женевьева небрежно взмахнула рукой.

— Поступайте, как сочтете нужным. — Она вздохнула. — А теперь мне пора — надо еще осмотреть замок и выяснить, каков нанесенный нам ущерб. И побывать на полях — не хватало еще, чтобы зимой нам пришлось голодать.

— Наш разговор не закончен, миледи, — покачал головой отец Томас. — Осталось обсудить еще один вопрос.

— О чем?

— О вашем браке.

Женевьева изумленно посмотрела на священника. Ее сердце пронзила боль, к глазам подступили слезы.

— Тело Акселя еще не остыло в могиле, а вы уже заводите речь о браке? — Мысленным взором она отчетливо увидела погибшего жениха — молодого учтивого красавца, всегда готового улыбнуться ей.

— Женевьева, я вовсе не хотел причинить вам боль. Однако вы должны укрепить свое положение. Теперь вы — хозяйка огромных владений, заманчивая добыча. Не забывайте, сколько в мире людей, которым чуждо благородство.

— Нельзя принудить к браку силой, отец. Даже если меня свяжут и принесут к алтарю, я не произнесу ни слова. Да, теперь я хозяйка замка. И останусь ею. Стены Иденби прочны. Мы сумеем защититься.

Священник смутился.

— Женевьева, поскольку ваш отец умер, сэр Гай обратился ко мне, как вашему духовному наставнику, с просьбой обвенчать вас.

— Сэр Гай?!

— Да.

Священник умолк. Женевьева медленно поднялась и подошла к нему.

— Отец, вас что-то тревожит. Пожалуйста, поделитесь со мной своими мыслями. Сегодня я не расположена выслушивать намеки.

Отец Томас нахмурился:

— У меня нет причин возражать против такого брака. Сэр Гай молод и полон жизни, он из хорошей семьи, но при этом беден, у него нет своей земли. По-моему, вы могли бы стать женой одного из самых богатых лордов побережья…

Женевьева поняла, что священник уклоняется от ответа.

— Отец, предложение сэра Гая ничуть не удивило меня: он был близким другом Акселя. Моя судьба небезразлична ему. Сэр Гай нравится мне, но пока я не желаю даже думать о браке. Я не вправе предать погибшего жениха. — Сделав паузу, Женевьева с любопытством спросила: — Вы недолюбливаете его, отец?

— Нет, дело не в этом. Я почти не знаю сэра Гая, и все же… Если вы действительно хотите знать мое мнение, Женевьева, то вот оно. Рыцарь не вправе предлагать благородной леди стать наложницей врага. Настоящий рыцарь умрет, но не допустит такого позора.

— А по-моему, эта мысль была удачна — и потом, сэр Гай очень беспокоился за меня, отец. Если бы мы не потеряли Майкла… — Она помедлила. — Пожалуй, мне придется в самом ближайшем времени совершить паломничество, отец. И помолиться — не только за погибших, но и за себя. А теперь мне пора идти. Передайте сэру Гаю, что пока я не расположена говорить о браке.

— Он скоро покинет замок. Вы согласны встретиться с ним до отъезда?

— Да. Он едет просить о помощи… — Женевьева осеклась, услышав громкий стук в дверь. Отец Томас открыл дверь.

На пороге стоял возбужденный и раскрасневшийся сэр Гай.

— Женевьева! — Он бросился к столу, но тут же опомнился и поклонился священнику. — Добрый день, отец. Женевьева, стражники на северной башне заметили отряд, приближающийся с севера. Воины одеты в цвета Ричарда, на их знамени — белая роза Йорков!

— Впустите их!

— Я уже отдал приказ.

Женевьева нахмурилась, услышав, что сэр Гай взял на себя такую смелость, но тут же смягчилась: должно быть, он слишком взволнован, чтобы думать об этикете.

— Они прибыли просить у нас помощи!

— Помощи? У нас? — ахнула Женевьева.

— Да. Ричард собирает войска. Генрих Тюдор готовится к сражению с королем, Ричард созывает своих сторонников. Говорят, численный перевес на его стороне, так что у самозванца нет ни малейшей надежды!

Женевьева опустила глаза на лист пергамента. Стало быть, приближается решающее сражение за королевский трон! С Божьей помощью Генрих Тюдор будет повержен. Женевьеве следовало бы радоваться, однако в эту минуту она надеялась, что король поможет ей, а не попросит подкрепления.

Она вздохнула:

— Сэр Хамфри уже слишком стар. Отпустить Темкина я не смогу. Соберите десяток воинов. Лошадей пусть разыщут сами, а доспехами мы их обеспечим. Если же кто-нибудь из молодых крестьян пожелает стать пешим воином, я благословляю их — но лишь в том случае, если они пойдут не вопреки воле родителей.

«Разве у меня есть выбор?» — с горечью подумала Женевьева.

— Скоро все будет кончено! — радостно заверил сэр Гай и склонился над столом, чтобы поцеловать ее в лоб. — А когда я вернусь…

Отец Томас недовольно кашлянул.

— Мы должны оказать гонцам короля достойный прием.

— Я позабочусь об этом… — начал сэр Гай, но Женевьева перебила его:

21
{"b":"218413","o":1}