ЛитМир - Электронная Библиотека

Короля обступили советники, и каждый раз, когда к нему подводили новых подданных, советники что-то нашептывали монарху, а тот, подумав, принимал решение.

Женевьева вздохнула свободнее, увидев, что новый король снисходителен к подданным. К нему подвели дворянина из Корнуолла — старого рыцаря, давнего сторонника Йорков. Старик объяснил Генриху, что исполнял свою клятву, но теперь Ричард мертв, и он рад завершению войн. Старик добавил, что готов принести присягу Генриху Тюдору и хранить ему верность. Король ответил, что для примирения достаточно присяги и небольшой пени, размер которой показался Женевьеве огромным.

После старика пришел черед других собравшихся. У Женевьевы гулко заколотилось сердце, когда она услышала свое имя, произнесенное пажом. Пройдя через зал, Женевьева остановилась перед королем, опустилась на колени и, когда поднялась, с удивлением заметила в глазах Генриха насмешку.

— Стало быть, вы и есть Женевьева Иденби. И вы просили нашей аудиенции?

Женевьева смутилась: король взглядом раздевал ее, при этом так бесстрастно, словно прикидывал, чего она стоит.

— Да, ваше величество. — Женевьева улыбнулась. — Как и большинство благородных лордов, мой отец поклялся в верности Ричарду III. Он сдержал слово чести. Но теперь Ричард мертв, и мы свободны от обязательств перед ним. Защитники Иденби с радостью сложат оружие, стремясь к миру, который вы обещали стране.

Генрих загадочно усмехнулся:

— Леди Женевьева, вы на редкость красивы.

Женевьева, подавив вздох облегчения, вдруг ощутила радость. Даже если король назначит ей такую же пеню, как лорду из Корнуолла, она постарается заплатить ее — лишь бы получить взамен мир.

— Очень красивы, — повторил король, и девушка нахмурилась, увидев похоть в его глазах. Генрих смотрел на нее в упор, явно любуясь собой. Женевьеве вдруг стало страшно. Почему король не назвал ей размер пени? Может, он ждет от нее еще каких-то заверений?

— Ваше величество, — продолжала она, — мы клянемся в верности вам…

— Да. — Король вздохнул. — Боюсь, миледи, вам незачем приносить такую клятву.

— Простите, сир?

Он улыбнулся:

— Иденби давным-давно сложил оружие, леди Женевьева.

— Простите? — Она уже поняла, что случилось непоправимое. Король устремил взгляд на толпу. Женевьева услышала глухой звук шагов по ковру и, обернувшись, пришла в смятение.

Тристан!

Не может быть! Он мертв и похоронен! Она сама убила его!

Тристан медленно приближался. Он был не в доспехах а в элегантной одежде придворного — темно-синей тунике, от деланной белым горностаем. С плеч ниспадал алый плащ, схваченный на плече изумрудной пряжкой. Тристан улыбался — холодно и язвительно.

Казалось, он заполнил собой весь зал. Женевьева пошатнулась. Тристан слегка наклонился и в упор посмотрел на нее. У нее подкосились колени.

Отец Томас солгал ей! Мертвые выходят из могил, ибо лорд Тристан сделал это! Мрачный, зловещий, сильный, мускулистый и грозный. Он смотрел на нее не отрываясь. Его глаза метали молнии. Он ничего не забыл!

— Леди… — Тристан чуть кивнул и повернулся к королю. — Ваше величество…

— Это и есть женщина, которую ты искал, Тристан?

— Да, ваше величество. Вижу, вы уже познакомились. И все-таки позвольте представить вам леди Женевьеву, мою любовницу. Спешу заверить вас, что моей любовницей она стала по собственному желанию.

Зал завертелся перед глазами Женевьевы. Король Генрих расхохотался так, словно услышал удачную шутку.

— Мы были рады познакомиться с ней, Тристан. Теперь я понимаю, почему ты так настаивал — на твоем месте я поступил бы так же… — Двусмысленная фраза повисла в воздухе. В зале воцарилась мертвая тишина, все взгляды устремились на Женевьеву. С мучительной болью она поняла, что не сможет ни объясниться, ни оправдаться. Тристан явно взял с короля какое-то обещание, которое касалось ее.

У нее перехватило дыхание. Значит Иденби уже давно не принадлежит ей?!

— Забирай ее, — коротко бросил Генрих, жестом отпуская обоих.

Перед глазами Женевьевы поплыл туман. Он жив. Тристан жив, стоит рядом и предъявляет на нее права. Самый страшный из кошмарных снов внезапно стал явью! Если он решил завладеть его, то лишь для того, чтобы убить, обречь на медленную смерть за предательство.

Железные тиски пальцев Тристана сжались на запястье Женевьевы. Увидев в его глазах холодное торжество и ненависть, она вырвалась, бросилась к трону и упала на колени перед королем.

— Ваше величество! — Если вам угодно, бросьте меня в Тауэр, предайте суду! Сир, сжальтесь, ибо я не предавала вас — я только хранила верность королю, которому принес присягу мой отец! Сир…

За ее спиной негромко рассмеялся Тристан, Он шагнул вперед, и из глаз Женевьевы хлынули слезы: Тристан нарочно наступил ей на волосы.

— Это она умеет — не правда ли, сир? Она умоляет так, что заслушаешься. В такой же позе эта леди стояла передо мной — за несколько секунд до того, как на меня предательски напали ее люди.

— Ваше величество! — перебила Женевьева. — Но вы же понимаете, что преданность…

— Преданность — и нож в спину — разные вещи, миледи.

— Ваше величество!..

— Миледи! — Генрих наклонился, завороженный серебристым блеском ее глаз и золотистыми волнами волос. Он уже жалел о том, что пообещал эту красавицу Тристану. — Миледи, боюсь, ваша участь решена. Я тоже верен своему слову. Вы должны понять меня. А теперь ступайте, миледи, — я все сказал. Вы находитесь под охраной лорда де ла Тера.

Женевьева покачала головой, не в силах поверить, что король отказал ей. Он отдал ее Тристану, как вещь, которую можно выбросить, если хозяин того пожелает. Тяжелая ладонь опустилась на ее плечо, она услышала издевательский шепот, от которого по ее телу прошла дрожь:

— Женевьева, не выставляйте себя на посмешище перед всем двором! Вставайте и пойдемте со мной, иначе мне придется опозорить вас перед королем, перекинуть через плечо и унести из зала, как непослушную девчонку, да вдобавок хорошенько отшлепать!

— Нет! — в отчаянии крикнула она, охваченная животным страхом, и тут же совершила серьезную ошибку. Проворно вскочив, Женевьева поклонилась королю и бросилась бежать. Все разразились хохотом.

Она не успела сделать и пяти шагов, как кто-то схватил ее за волосы. Не сознавая, что происходит, девушка обернулась так резко, что у нее закружилась голова и подкосились ноги. Тристан вскинул ее на плечо, точно мешок с пшеницей, и потащил из зала под перешептывания и смех придворных.

Должно быть, это просто кошмарный сон, и она вскоре проснется. Ведь Тристан мертв! Господи, неужели воспоминания о нем будут преследовать ее вечно? Он же умер!

Однако Тристан был жив и сжимал ее сильными руками. Женевьева стала его пленницей по приказу короля.

Глава 9

Ах, лучше бы она лишилась чувств и погрузилась в забытье, где нет и воспоминаний о реальности.

Но к несчастью, Женевьева слишком отчетливо сознавала происходящее. Пока Тристан нес ее по коридорам Виндзорского дворца, она не знала, что мучает ее сильнее — унижение или ужас. Их повсюду сопровождало молчание, нарушаемое лишь редкими взрывами смеха. Приблизившись к группе оживленно болтающих женщин, Тристан учтиво поклонился:

— Дамы, позвольте пройти…

Женщины поспешно расступились. Женевьева видела, как они удивленно приоткрыли рты, а затем снова встали в кружок и весело защебетали.

Потрясенная, она была в полной растерянности. Воскресение Тристана так перепугало ее, что она не сопротивлялась и даже не задумывалась о будущем. Но когда сплетницы остались позади, в Женевьеве проснулся инстинкт самосохранения. Схватившись за плащ Тристана, она извернулась так, что оказалась лицом к нему.

Он уставился на нее прищуренными глазами, и отвага на миг покинула ее. Она до сих пор помнила, как Тристан смотрел на нее в ту роковую ночь, после удара. Не забыла Женевьева и того, как он поклялся отомстить. И все-таки она решила найти путь к спасению.

28
{"b":"218413","o":1}