ЛитМир - Электронная Библиотека

— Тристан, позволь мне увидеть ее! Хотя бы принести ей книги!

— Пока я буду в отъезде, выпускайте Женевьеву из комнаты на час каждое утро. Пусть погуляет, побудет с Эдвиной. — Он бросил взгляд на синеглазую возлюбленную Джона. Та в порыве благодарности поцеловала ему руку, и он смущенно нахмурился. — Эдвина, это еще зачем?

— Благодарю, Тристан. — В ее глазах застыли слезы.

— Только хорошенько присмотри за племянницей, Эдвина, — она очень хитра.

— Непременно!

Тристан вдруг ощутил раздражение: он согласился только потому, что Эдвина была так чиста и простодушна. А еще — потому, что Джон любил ее. Но Тристан не знал, заслужила ли Женевьева такую поблажку. Он вспомнил минувшую ночь, ее сладость и горечь — вкус самой жизни. Натянув поводья, Тристан огляделся.

— Джон, совсем забыл. Вели принести леди Женевьеве ящик нашего лучшего бордо.

— Целый ящик? — изумился Джон. — Как скажешь.

Тристан с улыбкой, принял из рук Эдвины кубок с вином, залпом осушил его, пожелал всем удачи и выехал из замка в сопровождении стражников и Тибальда.

Глава 13

Женевьева испытывала странное чувство защищенности. Ей снился прекрасный сон — нежный, томный, наполненный ласковым шепотом. Он окружал ее словно кокон.

Сквозь дрему она слышала шум во дворе, но чтобы проснуться, ей пришлось продираться сквозь густую паутину. Голова налилась свинцом, а глаза резало от яркого света. Несколько минут Женевьева не могла пошевелиться и упрекала себя за то, что выпила слишком много красного вина. Ведь каждый знает, что от него болит голова.

Наконец она села, стиснула виски ладонями, застонала, но, не выдержав, снова упала на подушку. Понимая, что во дворе что-то происходит, Женевьева не могла заставить себя подняться и подойти к окну. Закрыв глаза, она задумалась о том, почему чувствует себя так свободно, и вдруг вскочила и уставилась на холодный камин. Боже, да она нагая! Значит, это был не сон!

Голову снова пронзила боль. Как он мог! Будь Тристан тысячу раз проклят! Он бросил ее на несколько дней, а затем вернулся в тот самый момент, когда она пребывала в блаженном опьянении. И виной всему ее отвратительная невоздержанность! Думать об этом было невыносимо.

Внезапно Женевьева услышала лязгающий гулкий звук. Кто-то поднял засов. Нырнув под одеяло, она натянула его до подбородка. Если это опять Тристан, если он вернулся, то больше она не станет терпеть унижения и выцарапает этому негодяю глаза. В дверь постучали, и она вздрогнула. Нет, это не Тристан. Он никогда не стучал.

К ее досаде, в комнату вошла румяная и полногрудая Тэсс.

— Доброе утро, миледи! Я принесла вам еду. — Она кивнула на поднос, который держала в руках. — А еще вы должны решить, будете мыться или нет. Надо вымыть вам голову, чтобы волосы высохли на солнце…

— На солнце? — оживилась Женевьева.

— Да, миледи, пока вы будете гулять…

— Гулять? — Она чуть не спрыгнула с постели, но вовремя вспомнила, что неодета. — Тэсс, где же мне гулять? — Сердце ее затрепетало. Гулять… неужели он решил отпустить ее? Или куда-нибудь отослать?

— Да, да, миледи. Леди Эдвина сказала, что вы можете выйти с ней на час и что вы наверняка стосковались по солнцу и свежему воздуху. Вот… — Тэсс прошлась по комнате, глядя, куда бы поставить поднос. Женевьева удивленно нахмурилась, озадаченная неожиданно дарованной свободой. Тэсс взглянула на нее. — Так я прикажу принести воды?

Не успела Женевьева ответить, как в дверь вновь постучали, и этот стук отозвался в ее висках. А это еще кто? Прежде спальня напоминала келью отшельника, а теперь — оживленный лондонский перекресток.

— Кто там? — спросила Женевьева. В комнату вошел юный Роже де Трейн, тот самый воин, который выказал ей сочувствие во время долгой поездки из Лондона в Иденби. За ним в коридоре виднелось еще несколько мужчин. Они болтали и пересмеивались, пока не увидели, что Женевьева в постели. Она залилась краской. Роже застыл, не сводя с нее широко открытых глаз.

— Что здесь происходит? — послышался новый голос, и в комнату вошел Джон. Заметив лежащую Женевьеву, он тоже остановился в дверях, но вскоре овладел собой и похлопал Роже по плечу. — Поставь, поставь его на пол!

Только тут Женевьева увидела в руках Роже большой ящик.

— Это от Тристана, — объяснил Джон. — Роже, отнеси его в угол и ступай!

Роже повиновался, но перед тем, как уйти, отвесил Женевьеве низкий и галантный поклон.

— Миледи, я счастлив видеть вас.

— Спасибо, Роже, — пробормотала она.

— Роже, Тристан скоро вернется, — предупредил Джон. Роже еще раз поклонился Женевьеве и поспешно ушел. Она посмотрела ему вслед. Неужели Тристан такое чудовище, что его боятся даже воины?

Джон стоял в дверях, и она обратилась к нему:

— Что происходит? В чем дело? Тэсс сказала, что…

— Этот ящик — подарок Тристана. Действительно подарок: мы привезли его с собой, а не нашли здесь, в Иденби. А через час мы с Эдвиной зайдем за вами. Успеете собраться?

— Чтобы выйти отсюда? — Женевьева рассмеялась. — Джон, мне понадобится не больше пяти минут!

— У вас есть час, миледи, — усмехнулся он и закрыл за собой дверь.

— О, миледи! Он преподносит вам подарки! — мечтательно вздохнула Тэсс.

Женевьева взглянула на нее и встала с постели, закутавшись в одеяло. Она быстро догадалась, что находится в ящике. Когда же вынула оттуда бутылку, ее щеки вспыхнули еще ярче. Она сгорала от стыда и бешенства. Забыв про Тэсс, она гневно вскрикнула: Тристан опять посмеялся над ней, прислав целый ящик гадкого зелья!

— Миледи! — испуганно воскликнула Тэсс.

Бутылка ударилась об стену и разбилась, струйки красного вина потекли на пол.

— Я убью его! — поклялась Женевьева и начала расхаживать по комнате, плотнее завернувшись в одеяло. — Будь он проклят! Чтоб ему вечно гореть в аду, терпеть страшные муки и…

— Миледи, не надо! — Чуть не плача, Тэсс приблизилась к ней, не зная, бежать отсюда или остаться в комнате. Судя по всему, ей велели прислуживать помешанной. Женевьева бросила на нее гневный взгляд.

— Приведи его сюда, — потребовала она и, не дождавшись ответа, схватила служанку за плечи. — Немедленно! Скажи, чтобы он пришел!

— Миледи, я не могу! Я…

— Делай, что велено!

Тэсс испуганно заколотила в дверь. Та распахнулась, и на пороге вырос Джон.

— Что здесь происходит?

Тэсс попыталась было объяснить, но так сбивчиво, что Джон отстранил ее и пристально взглянул на Женевьеву. Она подошла ближе, закутанная в одеяло; волосы развевались за ее спиной, как золотистый флаг. Женевьева раскраснелась, в ее глазах появился серебристый блеск. Очарованный, Джон не сразу понял, что она на грани истерики.

— Женевьева, что…

— Передайте Тристану, что я хочу видеть его!

— Это невозможно. Тристан уехал.

— Уехал? Навсегда?

Джон поспешил спрятать усмешку: в голосе Женевьевы явственно прозвучало разочарование.

— Нет, миледи, на время — осмотреть дальние владения. Через пару дней он вернется.

— А! — Успокоившись, она одарила Джона чарующей улыбкой. — Уехал… на пару дней… Стало быть, за предстоящую прогулку я должна поблагодарить вас, Джон.

— Нет, таков приказ Тристана.

— Вот как? И это он приказал принести сюда вино?

— Вижу, вам это не понравилось…

Женевьева быстро подошла к Джону, опустилась на колено и поцеловала ему руку.

— Благодарю вас, Джон. Через час я буду готова.

— Хорошо, миледи. Прислать к вам Тэсс? Может, принести воды?

— Да, будьте так добры, Джон.

Когда дверь закрылась, Женевьева с трудом сдержала радость. Тристан уехал! Ей предстоит прогулка с Джоном и Эдвиной, которых легко обвести вокруг пальца!

И вдруг она растерялась. Джон и Эдвина — единственные люди в замке, которые вступились за нее; они не заслужили гнева Тристана. Впрочем, он вряд ли обвинит в случившемся Эдвину, да и Джона наверняка простит. К тому же сейчас следует думать только о себе.

40
{"b":"218413","o":1}