ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Трансерфинг реальности. Ступень I: Пространство вариантов
Баудолино
Искусство легких касаний
Где скрывается правда
Все изменяют всем. Как наставить рога и не спалиться
Изгои звездной империи
Чему я могу научиться у Сергея Королёва
Семья что надо
Богатый папа, бедный папа

Он не летел, не падал, не стоял, не сидел, даже не лежал. Он погружался в кристалльно-прозрачной жидкости, вязкой и сковывающей движения, но вовсе не мешающей дышать. Погружение это было словно бы выходом из небытия, из растворения в нирване. Но оно не было падением. А Иван точно помнил — они прыгнули в пропасть! Прыгнули, очертя голову, спасаясь от чудовищного Молоха-людоеда, настигавшего их, обдававшего своим вонюче-убийственным дыханием. Почему они не упали? Где дно пропасти?! Где Алена?

— Я здесь, — прошептала она.

И Иван понял, что Алена очнулась раньше его. Она смотрела на него чистыми и ясными глазами, будто дело было привычным и она всё понимала.

— Я вспомнила, — прошептала она ещё тише.

— Ну что ты ещё могла вспомнить, — вяло проговорил Иван сквозь вязкую жидкость, которая совсем не мешала им слышать друг друга. Он не мог отделить в её рассказах иллюзий, навеянных сновидениями, от реальности. И потому не слишком доверял им. Но сейчас был другой случай.

— Да, я кое-что вспомнила, — прошептала она торопливо, — мы всегда проходили через эту штуковину, понимаешь, это было чём-то вроде предбанника, нет чём-то вроде пропускного пункта на полигон. Всегда войти можно было только так. И выйти. А тех, которые были внутри, этот предбанник никогда не выпускал.

— Кто же там был, интересно?

— Я ещё не всё могу вспомнить. Не торопи меня!

— Ладно.

Иван попробовал переместиться немного влево, извернулся, подгреб руками. Получилось. Он коснулся пальцами чего-то твердого и холодного. Не отводя их, проскользил вместе с движением вниз. Стена. Это обычная для мира призраков прозрачная «хрустальная» стена. И они снова в колодце. Но в другом. И теперь они не поднимаются, а наоборот, опускаются вниз, в вязкой, напоенной кислородом жидкости. И какой-то тёплый очищающе-покалывающий ток проходит сквозь их тела. Значит, жидкость не простая. А скорее всего, это и не жидкость вовсе, а поле. Какое-то сильное, пронизывающее их насквозь поле. Предбанник. Это Алена так считает. А на самом деле это очередной фильтр! Точно, фильтр! Иван пришёл к такому умозаключению и успокоился. Лучше болтаться в фильтре, чем лежать разбитым в лепешку на дне пропасти.

Два красных глаза полыхнули внутренним жутким огнём совсем рядом. Иван невольно отстранился, хотя разум ему подсказал, а инстинкт самосохранения уверил — это там, за хрустальной стеной, это безопасно. И всё же… Два глаза отвратительно-хищной гиргейской клыкастой рыбины глядели на него, не мигая, просвечивая насквозь. — Откуда она тут?! — изумился Иван вслух.

Алена прижалась к его плечу, замерла. Она таких тварей прежде не видывала.

Рыбина плотоядно облизнулась, ощерила клыки. И Иван почувствовал как на него находит оцепенение. Не может быть! Эта тварь не могла быть разумной. Такие гадины просто не имеют права быть разумными. Он вспомнил аквариум с гиргейскими рыбинами в кабинете большого начальника Космофлота Толика Реброва, вспомнил, как Толик, его давнишний приятель по Школе, любил кормить их, и как они чуть не сожрали его с потрохами. Потом он вспомнил встречу с «с серьёзными» людьми. Хрустальный пол! Рыбины! На Земле?! Почему это его тогда не изумило, почему? Ах, Авварон, Авварон, подлец негодный! Неужто и впрямь — Земля лишь часть Пристанища? Как всё глупо и гадко! Нет! Мода на рыбин с Гиргеи пошла давным-давно. Их держали в гигантских аквариумах не только космофлотчики и десантники. Таких аквариумов по всей Земле и Федерации были тысячи. Особенно в Объединенном Мировом Сообществе. Там мода приняла повальный характер… среди обладателей немалых капиталов и ещё больших связей. Но всё это неважно.

Главное, что гиргейские твари не могли быть разумными, не могли влиять на психику человека, тем более, влиять на уровне сверхсознания.

Иван оградил себя «щитом Вритры». Заглянул в налитые кровью глазища.

Да, в них был проблеск разума. Как и тогда, при встрече с «серьёзными» людьми — он ещё тогда заметил это, но сам себя уговорил не верить очевидному, не верить, потому что просто не хотелось верить в эту нелепость.

Оцепенение прошло.

И рыбина исчезла. Резко развернулась, изогнув бронированное чешуйчатое тело, трепыхнула слизистыми плавниками-крыльями, махнула шипастым хвостом… и уплыла в захрустальные глубины и дали.

— Она меня заколдовала! — тихо проговорила Алена, закрывая глаза ладонью. — Такого никогда не было. Это странно, непонятно!

— Долго нам ещё бултыхаться? — поинтересовался Иван, переходя ближе к делу.

Она не успела ответить — их ноги одновременно коснулись прозрачно-невидимого дна.

— Приехали, — заключил Иван. И стал озираться.

— Одна из стен должна быть проходом, понял? — Алена потянула его за руку влево. — Только не надо останавливаться, автоматика работает на поочередное и последовательное движение, понял?

Иван заглянул ей в глаза. Покачал головой.

— Знаешь, кого ты мне сейчас напомнила?

— Кого? — спросила Алена.

— Моего лучшего друга и брата Авварона Зурр бан-Турга в Шестом Воплощении Ога Семирожденного, изрядного прохвоста и лжеца!

Алена отвернулась. Ей не очень понравилось сравнение. И всё же она промолчала.

— Тут нет прохода, — говорил Иван, обшаривая стены, — и туг нет. А вот здесь… Какая же ты умница, Аленка! — Обнял её и поцеловал в щёку.

Она ему тут же простила предыдущую бестактность, улыбнулась.

И они пошли в проход.

Пристанище открылось им сразу. Внезапно.

Чёрная ночь — беззвездная и тихая. Каменистая продуваемая местность.

Далёкие развалины. Камни песок. Будто и не было вязкой жидкости, хрустальных стен, будто кто-то невидимый распахнул перед ними переднюю дверь, захлопнул заднюю, отрезая переходной отсек.

— Это не полигон! — изрекла безоговорочно Алена.

— А как выглядел полигон? — спросил Иван.

— Огромные залы, цилиндрические ёмкости с биоконсервантами. В нишах большие белые операционные. Никого нет. Все на местах. Да ты себе и сам представишь — это же производство, очень большое и сложное производство… через каждые сорок метров кольцевые геногенераторы. Свет, мягкий, голубоватый… прозрачные трубопроводы.

Иван приласкал её, снова поцеловал, на этот раз в нежную почти прозрачную мочку уха. Он не видел никакой связи между явью и её рассказами.

— Ты просто очень устала, Аленушка. Ты перепутала все времена, перепутала сон с реальностью. Мы на другой планете, мы в Пристанище, будь оно трижды проклято! Причем тут какие-то полигоны! Нет, Аленка, не надо мучить себя. Мне все эти фильтры тоже кое-что напоминают, но я не спешу с выводами. Гляди-ка лучше. Там кто-то есть.

— Давай спрячемся! — она потянула его к валуну, вросшему в песок. Скорей!

Иван обернулся. Ничего позади не было, ни хрустального колодца, ни дверей, ни рыбин, ни стен. А был лишь песок, развалины да беззвездная ночь.

Они присели за валуном. Прижались друг к другу.

Метрах в ста шла какая-то странная троица. Ивану показалось, что на головах у всех троих надеты большие и уродливые то ли шлемы, то ли капюшоны. В темноте было плохо видно.

— Это не люди! — прошептала Алена. Она мелко, но неостановимо дрожала.

— Не спеши, — Иван начинал различать детали. Его опытный и наметанный глаз трудно было обмануть. Никаких капюшонов и шлемов на двух крайних фигурах не было, это первое. А второе, троица не просто шла, всё выглядело несколько иначе: двое плотных, могучих здоровяков тащили, а временами и волокли того, который был в центре. Правда, ведомый и не особо упирался. Но это не уменьшало рвения двух других.

— Что они хотят от него? — встревоженно спросила Алена.

— Иди и спроси, — посоветовал Иван. Ему эта троица не представлялась важной. Идут, ну и пускай себе идут. Только средний… Может быть, это землянин — руки, ноги, голова, хламида какая-то. Во всяком случае это существо человекоподобное. Не то что двое других.

— Страшилища! — удивилась Алена. Она лишь сейчас, когда троица приблизилась, рассмотрела, что к чему. — Ну и страшилища!

53
{"b":"21844","o":1}