ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Тоня Глиммердал
Демоны сновидений
Unfu*k yourself. Парься меньше, живи больше
Профессор для Белоснежки
Драконье серебро
Око за око
Ну ма-а-ам!
Горничная-криминалист: дело о вампире-аллергике
Последнее объятие Мамы

– Будет очень хорошо, если миссис Уоррен сможет оставить Джудит у себя на воскресенье, потому что Хильда и Эдна тоже берут выходной и уезжают. Не слишком-то весело оставаться одной в пустом доме.

– Я всегда могу поехать куда-нибудь на велосипеде.

– А если пойдет дождь? Тогда и думать нечего о прогулке, если только не завернуться в длинный дождевик. В это время года разве можно сказать, что преподнесет погода на следующий день?

Билли Фосетт поставил свой стакан и, слегка изогнувшись корпусом, полез в карман брюк за портсигаром и зажигалкой. Он закурил, и Джудит обратила внимание на пожелтевшие от табака пальцы. Да и усы у него тоже побурели, как следует прокоптившись в табачном дыму.

– А не сходить ли нам в кино? – неожиданно предложил он. – Я был сегодня утром в Порткеррисе – в кинотеатре идет «Человек в цилиндре» с Фредом Астером и Джинджер Роджерс. Отличная должна быть картина. Приглашаю вас завтра вечером. Билеты, разумеется, за мной.

Тетя Луиза, казалось, была слегка ошарашена. Видимо, Билли Фосетт за все время их знакомства впервые предложил взять расходы на себя.

– Очень мило с вашей стороны, Билли. Как ты на это смотришь, Джудит? Хочешь посмотреть «Человека в цилиндре»? Или ты уже видела этот фильм?

Нет, Джудит эту картину не видела и, сказать по правде, уже целую вечность мечтала посмотреть ее. В журнале о кино, который Лавди тайком протащила в школьную спальню, Джудит видела фотографии этой блистательной пары, кружившейся по танцевальной площадке; все платье Джинджер Роджерс было обшито развевающимися перьями. А одна девочка из пятого класса уже дважды смотрела картину в Лондоне, влюбилась во Фреда Астера и прилепила его фото на обратной стороне своей записной книжки.

С другой стороны, лучше было бы пойти на «Человека в цилиндре» вместе с Хетер; они бы накупили себе мятных леденцов и блаженствовали на пару в душной темноте кинотеатра. С тетей Луизой и Билли Фосеттом будет совсем не то.

– Нет, не видела, – ответила Джудит.

– Хочешь пойти?

– Да. – Что еще она могла ответить? – Очень.

– Замечательно! – Билли Фосетт одобряюще хлопнул себя ладонью по коленке. – Значит, договорились. Какое время? Шестичасовой сеанс? Боюсь, Луиза, вам придется быть нашим шофером: мой старый драндулет что-то покашливает. Надо поставить его в гараж.

– Так и быть. Приходите в половине шестого, и мы поедем на моем «ровере». Спасибо за приглашение.

– Не стоит благодарности. Такое удовольствие – сопровождать двух очаровательных леди. Чего еще может пожелать мужчина?

Он протянул руку к своему виски, допил его и застыл с сигаретой во рту и пустым стаканом в руке. Тетя Луиза приподняла брови:

– Повторить, Билли?

– Ну… – Он уставился на пустой стакан с недоумением, словно не веря глазам: как, мол, тот оказался в таком плачевном состоянии? – Ну, если вы так настаиваете…

– Наливайте сами, не стесняйтесь.

– А вам, Луиза?

Она взглянула на часы.

– Чуть-чуть, будьте добры.

Фосетт поднялся и направился к столику с напитками, как заправский хозяин. Наблюдая за ним, Джудит с ужасом подумала, что он ведет себя совершенно как дома. Ей стало интересно, что представляет собой коттедж, в котором он живет; вероятно, там ужасно – неуютно и холодно. Не исключено, что он очень беден и не может позволить себе теплого очага, бутылочки виски, живущей при доме прислуги и прочих радостей и удобств, в которых нуждаются одинокие холостяки. Может, он потому и прикипел к благоустроенному Уиндириджу. И может быть – о ужас! – он в некотором роде ухаживает за тетей Луизой, и на уме у него далеко идущие планы.

От этой мысли ей стало не по себе. А собственно, почему бы и нет. Он – старый товарищ Джека Форрестера, и тетя Луиза, очевидно, находит его общество приятным, иначе он бы давным-давно получил отставку. Она не из тех, кто будет вежливо терпеть у себя всяких болванов. Возможно, вначале она его просто пожалела, а с течением времени их отношения переросли в нечто большее… Всякое бывает.

– Пожалуйста, дорогая…

Джудит внимательно наблюдала за теткой: как та примет у полковника стакан. Увы, Луиза проделала это в своей обычной невозмутимой манере; никаких многозначительных взглядов, никаких мимолетных вкрадчивых улыбок. Джудит вздохнула с облегчением. В тете Луизе слишком много здравого смысла, чтобы принимать скоропалительные решения, а что может быть безрассуднее, чем связать свою жизнь с Билли Фосеттом – этим старым выпивохой без гроша за душой?

– Спасибо, Билли.

Славная добрая тетя Луиза! Джудит решила выкинуть из головы все свои безотчетные опасения, просто забыть о них. Но оказалось, что это невозможно: мысль, однажды пришедшая в голову, пустила корни, и Джудит уже не могла не считаться с грозной возможностью брака тети Луизы и полковника. Все, что ей остается, – это держать ухо востро и ждать, как будут развиваться события.

На следующее утро она позвонила Хетер. Трубку взяла миссис Уоррен; узнав Джудит, она издала несколько радостных приветственных восклицаний и отправилась разыскивать дочь. Наконец в трубке раздалось радостное:

– Джудит!

– Привет!

– Где ты? Чем занимаешься?

– Я у тети Луизы. На коротких каникулах.

– Купили велик?

– Да, вчера, в магазине Питвея. Это просто класс! Я долго каталась вчера вечером. Единственное… к нему бы еще фонари, парочку.

– Что за велосипед?

– «Рали». Темно-зеленый. Трехскоростной.

– Здорово!

– Я хочу встретиться. Думала навестить тебя завтра. Что скажешь?

– О черт!..

– В чем дело?

– Мы уезжаем на выходные в Бодмин, к моей бабушке. Прямо сейчас. Папа уже вывел машину, и через пять минут мы отправляемся. Вернемся только поздно вечером в воскресенье.

– Господи, я этого не вынесу… И почему только вам приспичило поехать именно в эти выходные!

– Слишком поздно ты собралась позвонить. Я же не знала, что ты будешь дома. Надо было предупредить заранее.

– Я еще буду здесь в понедельник.

– А толку? В понедельник мне с утра в школу. Ты можешь прийти в понедельник к чаю?

– Нет, в четыре часа я должна быть в «Святой Урсуле».

– Эх, какая досада! Я, серьезно, расстроилась. Хотела повидаться с тобой, узнать обо всем. Ну, как дела? Нашла себе новых подруг?

– Да, есть кое-кто. В общем, все неплохо.

– Скучаешь по маме?

– Бывает. Но вспоминать – от этого только хуже.

– Они уже приплыли? Я хочу сказать – в Коломбо. Получила от них письмо?

– Да, много писем. У них все в порядке, и с Джесс тоже все хорошо.

– Элейн тут как раз спрашивала о тебе. Теперь я смогу ей кое-что сообщить… Слушай, мы обязательно увидимся на пасхальных каникулах.

– Хорошо.

– Когда они у тебя начнутся?

– В первую неделю апреля.

– Тогда позвони мне, как только приедешь, и мы что-нибудь организуем. Мама спрашивает: ты сможешь пожить у нас пару дней?

– Скажи, что да, с удовольствием.

– Мне надо идти, Джудит. Папа уже в машине и сигналит нам, а мама уже надевает шляпу и торопит меня.

– Приятных тебе выходных у бабушки.

– И тебе приятных выходных. Не забудь, увидимся на Пасху.

– Не забуду.

– Пока.

В полном расстройстве Джудит пошла сообщить тете Луизе плохие новости.

– Уоррены едут на два дня в Бодмин к бабушке Хетер. Так что завтра их здесь не будет.

– О боже мой, какое невезение! Но ты не отчаивайся, вы сможете встретиться на следующих каникулах. Будем надеяться, завтра будет хорошая, сухая погода. Тогда Эдна приготовит тебе что-нибудь перекусить – и ты сможешь устроить себе пикник. Прокатишься на велосипеде на море. Или до Веглоса. Там сейчас как раз расцвел первоцвет. Ты могла бы привезти мне первый букет в этом сезоне.

– Да, наверно, я так и сделаю.

И все-таки пикник был неравноценной заменой. Джудит упала в кресло, вытянув ноги перед собой, и закусила выбившуюся из-под ленточки прядь волос. Думая о погубленном воскресенье, она надеялась, что тетя Луиза не расскажет Билли Фосетту о крушении ее планов. Она уже открыла было рот, чтобы попросить ее об этом, но тут же передумала. Лучше ничего не говорить. Лучше ни малейшим намеком не выдавать своей инстинктивной антипатии к этому странному, пусть и безобидному старикашке, к которому тетя Луиза – это совершенно очевидно – относится как к близкому другу.

51
{"b":"21861","o":1}