ЛитМир - Электронная Библиотека

К тому же тетя Луиза проявила во всей этой истории большой такт и великое терпение. Она не сказала Джудит ни слова, пока они не вернулись в Уиндиридж и не остались одни. Когда фильм закончился и поднявшаяся публика стоя прослушала скрипучую фонограмму «Боже, храни короля»[32], они вышли гуськом на улицу, в холодный сумрак ветреного вечера, сели в «ровер» и поехали обратно в Пенмаррон. Билли Фосетт всю дорогу оживленно болтал, повторяя отрывки диалогов, вспоминая самые забавные моменты из фильма и насвистывая мотивы песен.

Надеваю свой цилиндр
И завязываю галстук…

Джудит смотрела ему в затылок и желала ему смерти. Когда они подъезжали к воротам Уиндириджа, он сказал:

– Высадите меня здесь, Луиза, дорогая, я дойду пешочком до дома. Спасибо, что довезли. Я отлично провел время.

– И мы тоже, Билли! Правда, Джудит? – (Автомобиль остановился, он открыл дверь и выбрался наружу.) – Спасибо за билеты и за угощение!

– Рад был доставить вам удовольствие, дорогая… До скорого, Джудит! – И он имел наглость просунуть голову в дверь и подмигнуть ей. Потом дверь захлопнулась, и он оставил их. А машина завернула в ворота, и они оказались дома.

Тетя Луиза не то чтобы была очень рассержена, скорее озадачена; она недоумевала, что за муха укусила племянницу.

– Ты была точно не в своем уме. Я подумала, уж не забралась ли тебе за шиворот блоха или что-нибудь в этом роде. Скакала, будто больная виттовой пляской, теряла вещи, роняла что-то, а потом потревожила целый ряд ни в чем не повинных зрителей, которые просто хотели получить удовольствие от картины… А этот переполох, который ты учинила, требуя поменяться местами!.. Это просто черт знает что!

Ее возмущение было вполне понятно и законно. Джудит извинялась и пыталась оправдываться: мифическая заколка якобы была у нее самой любимой, выйти в уборную ей было, мол, совершенно необходимо, а ее желание поменяться местами объяснялось лишь тем, что она не хотела лишний раз перешагивать через ноги тети Луизы, да еще, не дай бог, ненароком поставить ей синяк. Предлагая поменяться местами, Джудит на самом деле думала только о том, чтобы тете было удобнее…

– Чтобы мне было удобно?! О небо! Мне это нравится, особенно если вспомнить ту пару, что сидела сзади, они грозились вызвать полицию!

– Они не стали бы вызывать полицию из-за такого пустяка…

– Не в этом дело. Ты поставила меня в крайне неловкое положение.

– Прости.

– И потом, я тоже была увлечена происходящим на экране. Вопреки моим ожиданиям, картина оказалась очень занятной.

– Мне она тоже очень понравилась, – солгала Джудит. На самом деле с той самой минуты, как рука Фосетта легла на ее колено, она не могла припомнить из фильма ни одного эпизода. Заметая следы, она добавила: – Со стороны полковника Фосетта было великодушно пригласить нас.

– Истинная правда. Бедняга Билли! Он не очень-то при деньгах. С такой, прямо скажем, скромной пенсией…

Получив нагоняй, Джудит с облегчением решила, что самое страшное позади. Сняв пальто и шляпу, тетя Луиза пошла налить себе порцию виски с содовой, а потом со стаканом в руке направилась в столовую, где Эдна оставила им холодную баранину с нарезанной ломтиками свеклой, что было, по ее мнению, идеальной закуской после поездки в кинотеатр.

Но Джудит не хотелось есть. Она смертельно устала. Поковырялась в тарелке и выпила немного воды.

– Ты не заболела? – спросила тетя Луиза. – Ты мертвецки бледна. Должно быть, переволновалась. Почему бы тебе не лечь в постель?

– Если ты не возражаешь…

– Ничуть.

– Я очень сожалею обо всем, что произошло.

– Не будем больше об этом.

Теперь, вспоминая тот разговор, Джудит знала, что тетя не нарушит вчерашнего обещания. Это было большим облегчением, и все же на душе у нее скребли кошки. Мало того что несчастная – она чувствовала на себе грязь: все тело зудело, а одежда как будто мешала и стесняла ее. Не говоря о том, что она была осквернена мерзкими прикосновениями Билли Фосетта, ей казалось, что в ее тело впитались спертый, тяжелый дух маленького, битком набитого кинотеатра и вонь уборной, куда она сбежала, спасаясь от его пронырливых пальцев. Волосы отвратительно пропахли табачным дымом. Вчера вечером она была слишком измучена, чтобы принять ванну, поэтому надумала сделать это сейчас. Приняв решение, она откинула мятые простыни, отправилась в ванную, включила краны на полную мощность.

С удовольствием погрузившись в полную ванну обжигающе горячей воды, Джудит намылила каждый дюйм своего тела и вымыла голову. Вытершись, припудрив кожу гигиеническим тальком и почистив зубы, она почувствовала себя несравненно лучше. Вернувшись в комнату, отшвырнула свою вчерашнюю одежду в угол, откуда ее рано или поздно уберет Хильда, и достала чистую. Свежее нижнее белье, чулки и безукоризненно отглаженную рубашку, другую юбку и серовато-розовый пуловер. Высушила полотенцем и зачесала назад волосы, надела туфли и спустилась вниз.

Тетя Луиза сидела за столом, намазывая тосты маслом и попивая кофе. Она уже оделась для предстоящей игры в гольф: на ней были твидовые брюки и джемпер на пуговицах, надетый поверх мужской рубашки. Зафиксированная сеткой для волос прическа выглядела безупречно. Она подняла глаза на Джудит.

– Я уж думала, что ты решила отоспаться и не спустишься сегодня к завтраку.

– Извини, я захотела принять ванну.

– Я сделала это еще вчера вечером. После кинотеатра всегда почему-то остается ощущение замаранности.

Судя по всему, вчерашние выходки Джудит были прощены и забыты. Накануне гольфа тетя Луиза находилась в приподнятом настроении.

– Как тебе спалось? Видела во сне Фреда Астера?

– Нет… Нет, не видела.

– Мне больше всего понравился актер, который притворялся священником. – (Джудит положила себе яичницы с грудинкой и села.) – Как он пытался строить из себя англичанина – это было просто уморительно!

– Во сколько начинается твоя игра?

– Мы договорились встретиться в десять. Начнем, вероятно, в половине одиннадцатого. А что ты думаешь делать? – Луиза посмотрела в окно. – Похоже, сегодня будет прекрасный день. Съездишь куда-нибудь на велосипеде или хочешь заняться чем-нибудь другим?

– Нет. Я думаю все-таки прокатиться до Веглоса и насобирать тебе примул.

– Я скажу Эдне, чтобы она приготовила тебе сандвич в дорогу. Ну и, может, еще яблоко и бутылку имбирного лимонада. Они с Хильдой уезжают на день рождения своей тетушки в половине одиннадцатого. Кузен приедет за ними на машине. Забавно, никогда не знала, что у них есть кузен с машиной. И будь добра, подожди, пока они уедут. Тогда ты сможешь взять себе ключ от черного хода. Я возьму ключ от парадного, так что мы не будем зависеть друг от друга. И надо проверить, чтобы все окна была закрыты на защелки, мало ли что. В былые времена у меня даже мысли не возникало о том, чтобы запирать двери, но вот ограбили же миссис Батерзби!.. Береженого Бог бережет. И возьми-ка с собой плащ – на случай дождя. Возвращайся домой засветло.

– Конечно, ведь у меня нет фонарей на велосипеде.

– Как мы сглупили! Надо было позаботиться об этом сразу же, когда покупали велосипед. – Луиза налила себе вторую чашку кофе. – Ну ладно, обо всем договорились. – Она встала и направилась со своей чашкой в кухню, чтобы дать Эдне распоряжения насчет закуски в дорогу для Джудит.

Спустя какое-то время она, в грубых башмаках и берете, надежно заперла парадную дверь на ключ, положила свои клюшки на заднее сиденье «ровера» и отбыла в гольф-клуб. Проводив ее, Джудит вернулась в дом через кухню.

Эдна и Хильда по случаю предстоящего торжества были разодеты во все самое лучшее: на Хильде – бежевое пальто и широкополая шляпа, а Эдна – в своем выходном костюме и лиловом берете с брошкой. Из двух сестер Джудит особенно недолюбливала Эдну, которая вечно жаловалась на уставшие больные ноги и обладала поразительной способностью находить плохую сторону решительно во всем. Легче было выжать воду из камня, чем заставить ее рассмеяться. И все-таки сердце у нее было доброе – еда для Джудит была уже собрана и упакована в маленький рюкзачок, который дожидался ее на кухонном столе.

вернуться

32

«Боже, храни короля (королеву)» – государственный гимн Великобритании.

54
{"b":"21861","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Тайна дома Морелли
Китайский конфликт
Отступники. Заклятые враги
Лоренцо Великолепный
Пленница для сына вожака
Парадокс страсти. Она его любит, а он ее нет
Треугольная жизнь
76 моделей коучинга. Опыт McKinsey, Ицхака Адизеса, Эрика Берна и других выдающихся лидеров для превосходных результатов
Низший 2