ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Снимите, пожалуйста, наручники, – попросил вежливо Казарин. Он еще не привык раздавать команды и поэтому несколько робел. Конвоир повиновался.

– Вы свободны.

Сержант отдал честь и вышел.

– Давайте знакомиться. Меня зовут Алексей… Вспомнив, что он теперь лицо официальное, Лешка добавил:

– …Алексей Владимирович Казарин. Моя задача – разобраться в этом запутанном деле. Я ясно излагаю?

Арестованный Горюнов испуганно заморгал слезящимися от яркого света лампы глазами.

– Я во всем признаюсь. Только скажите, что подписать? Слезы покатились по его щекам. От неожиданности Алексей опустил глаза и тихо произнес:

– Успокойтесь, успокойтесь, Горюнов. В чем вы признаетесь?

– Во всем. Вам лучше знать.

Лешка подошел к арестованному, заметил, как тот в испуге вжал голову в плечи, и протянул ему папиросы. Горюнов дрожащими руками взял одну, закурил, после чего немного успокоился.

– Давайте обо всем по порядку. Что входило в ваши обязанности как помощника Панина?

Горюнов испуганно глядел на молодого следователя.

– Так сразу и не скажешь… Да, в общем, все. Бумаги, машину заказать, отвезти-привезти чего-нибудь. Все не упомнишь.

– В тот день в 22.50 вы вышли с Паниным с совещания и направились в его кабинет. Так?

Горюнов напрягся, вспоминая.

– Так.

– Примерно в 22.55 вы оказались в приемной. Что было дальше?

– В том-то и дело, что ничего…

Горюнов попытался пододвинуть табурет поближе к столу, но не смог этого сделать: он был намертво прикручен к полу.

– Панин, Сергей Порфирьевич, встретился с товарищем Шапилиным, получил от него какую-то папку, и мы пошли к себе. Ну, вы понимаете?

Лешка кивнул.

– Потом Сергей Порфирьевич приказал распорядиться насчет машины. Он собирался работать на даче. Затем зашел в кабинет и… все.

Казарин вновь кивнул.

– Вот вы мне не верите, а так все и было, честное слово.

Лешка улыбнулся.

– Верю. Я даже знаю, почему вы ничего не слышали. Горюнов удивленно посмотрел на странного следователя.

– Меня интересует другое: выходили ли вы из приемной с того момента, как вошли в нее с Паниным, до того момента, когда обнаружили тело?

Горюнов заволновался.

– А как надо ответить? Лешка опешил.

– Что значит «как»? Правдиво. Горюнов опять заморгал глазами.

– У вчерашнего следователя своя правда, у вас – своя. Казарин вздохнул и сел на стул.

– Горюнов, я не собираюсь вас бить. Мне нужно знать, отходили ли вы, скажем, по нужде. Ведь могло такое быть?

Арестованный отрицательно замотал головой.

– Детьми клянусь: сидел, как пес на цепи, и ждал… Лешка устало затушил окурок.

– Когда вошли, что-нибудь необычное заметили? Ну, кроме трупа, конечно.

Горюнов замотал головой.

– Нет, мертвая тишина… Одно скажу точно, – неожиданно зашептал арестованный, – как будто досками гнилыми пахло…

– Досками? – переспросил Казарин.

– Угу. Гнилыми…

Перейдя ночную площадь, Казарин подошел к Арсеналу, где в уцелевшей после бомбежки части продолжал размещаться Кремлевский полк. Дорогу ему преградил дежурный офицер.

– Что надо, лейтенант?

Лешка показал удостоверение, которое выписал ему Шапилин. Изучив его, офицер коротко отдал честь. Лешка в ответ улыбнулся.

– Послушай, некогда церемонится. Где у вас тут караульный журнал?

– А чего ищешь-то, лейтенант Казарин?

– Мне нужен развод, дежуривший на стене со стороны Никольских ворот в ночь с 10-го на 11-е.

Офицер зевнул.

– Чего их искать? Это мое дежурство и было. Иди в казарму. Третья койка у окна – рядовой Рясков. Койка сверху – рядовой Яновский. Да пойдем, я тебе их сам разбужу. Случилось чего? – уже на ходу спросил дежурный.

– Да нет! Кое-что узнать у них надо.

Они зашли в казарму, где в темноте раздавался молодецкий храп. Найдя положенные койки, дежурный растолкал спящих.

Рядовые, увидев офицеров, вскочили и вытянулись по струнке.

– Вольно, вольно, бойцы…

Дежурный внимательно посмотрел на перепуганных солдат, затем перевел взгляд умных глаз на Казарина.

– Ну чего, я пошел?

Лешка кивнул и, сняв фуражку, приказал солдатам:

– Садитесь.

Оба парня опустились на нижнюю койку и сонными глазами уставились на Казарина. Он присел на подоконник.

– Значит, так, орлы. Я буду вам задавать вопросы, а ваше дело вспоминать и отвечать ясно и прямо. Договорились?

– Так точно, товарищ старший лейтенант. Лешка пригладил взъерошенный чуб.

– Вы дежурили с десятого на одиннадцатое. Так?

– Так…

– Что-нибудь было необычного в ту ночь?

Оба курсанта насторожились, но отрицательно замотали головами.

– Ну же, братцы, напрягитесь.

– Да нет… Ничего такого…

– Точно? Ну же!

Парни только сопели и молчали. Лешка вздохнул:

– Ладно, мужики, ложитесь спать.

Взяв фуражку, он поднялся и медленно направился к выходу. Курсанты переглянулись, и один из них шепотом окликнул Казарина:

– Товарищ старший лейтенант, а вы смеяться не будете? Лешка тут же вернулся назад.

– Слово офицера.

– Ну, тогда, дело было так… Сидели мы, значит, на точке – рядом с зубцами. Ну и от нечего делать развлекали друг друга байками всякими, страшилками. А Саня возьми и вспомни ту самую легенду о монахе, которого Малюта Скуратов замуровал и который все бродит и не может успокоиться. В общем, довели друг друга… Ну а тут, как водится, шорохи какие-то донеслись и скрип двери железной… Глядим, а на стене Первого корпуса тень в капюшоне. Да так ясно – прямо как живая. Одно-то мгновение и видели. Но страху натерпелись. Жуть, одним словом. Ну, мы с Саней хоть и комсомольцы, но честно скажу – начали креститься истошно. Это уж потом друг над другом потешались, когда из караула возвращались. Лешка выслушал рассказ.

– И это все?

– Все, – парень с обидой посмотрел на Казарина. – Вот вы улыбаетесь, а мы такого натерпелись…

Из казармы Лешка шел разочарованный. Уж кто-кто, а он легенду о замурованном Монахе знал наизусть…

Глава 5

Утром Казарин направился в морг, чтобы поговорить с судмедэкспертами, обследовавшими тело Панина. Не успев далеко отойти от Боровицких ворот, Алексей столкнулся со странным человеком. Мужчина держал в руках три трубы, очень похожие на граммофонные. Он периодически прикладывал их к ушам и прислушивался к тому, что творится вокруг. Лешку поразил забавный вид чудака. Он не сразу понял, что это и есть один из «слухачей». Люди эти через свои звукоуловители обнаруживали приближение немецких самолетов.

37
{"b":"21863","o":1}