ЛитМир - Электронная Библиотека

«Лас-Вегас» ошеломил меня буйством огней и красок, ослепил неоновыми вывесками и всполохами фейерверков, оглушил гулом голосов и грохотом музыки. Реальный город утраченных иллюзий не шел ни в какое сравнение с его компьютерным двойником. Оргия ирреальной жизни, буйство человеческих душ, вакханалия нравов. Это был Новый Вавилон Царства Безумцев.

Растерянный, испуганный, раздавленный, я бродил (или, вернее, бродила) по улицам, не отвечая на шуточки спрайтов, на приглашения юзеров встретиться в реальном мире.

И вдруг чья-то рука легла на мое плечо.

– Элизабет!

Я резко повернулся. Передо мной стоял молодой парень (явно не графоб), широкоплечий, подтянутый, улыбающийся. Его длинные русые волосы были стянуты на затылке цветной резинкой, голубые чистые глаза светились радостью встречи.

– Чего сюда забрела, Лиз? Или тебе уже не нравится в «Фениксе»?

– Нравится, – осторожно ответил я и не узнал своего голоса, так нежно, по-женски бархатисто прозвучал он.

– Так пошли туда, чего здесь бродить?

Парень развернул меня за плечи и легонько шлепнул ладонью ниже пояса… После моего удара он отлетел метра на три и теперь, сидя на асфальте, потирал рукой скулу, удивленно вытаращив на меня глаза.

– Ты чего, Лиз? – невнятно пробормотал он. – С ума сошла? Это же я – Джек Коллинз.

– Прости, – хмыкнул я, раздумывая о том, как нелегко быть женщиной пусть даже в нереальной жизни. Я подошел к Джеку и помог ему встать.

– Ладно, пошли. Я право не хотел…л…ла.

– Ну, ты даешь, старуха, – немного смягчился Коллинз, беря меня под руку. – Знал, что ты бешеная, но не до такой же степени.

Он остановил такси, и через несколько минут мы подкатили к шикарному отелю с гигантскими неоновыми буквами на крыше:

РЕСТОРАН, ОТЕЛЬ, КАЗИНО «ФЕНИКС».

– Куда направим наши стопы? – спросил Коллинз, когда мы выбрались из машины.

– Казино, – не задумываясь, ответил я.

– Узнаю свою Лиззи! – хохотнул Джек. – Тебя, кроме азартных игр ничто не волнует. Но ведь существует еще множество других развлечений.

– Каких? – настороженно спросил я, испугавшись на краткий миг, что круг моих поисков опять может расшириться.

– Секс, например, – физиономия Коллинза расплылась в отвратной улыбочке.

– В виртуальности? Нет, это не по мне, – пришлось играть свою роль до конца.

– А что? Очень даже ничего… На большее мне рассчитывать не приходится. Ты же не хочешь дать свой настоящий адрес.

– Перебьешься, – ответил я, направляясь к роскошной дубовой двери парадного входа.

– Ну почему? – заныл Коллинз. – Ты же сама говорила, что я тебе нравлюсь. Так скинь же, мой крепкий орешек, с себя скорлупку в реальной жизни…

«Знал бы он, кто сейчас скрывается под этой скорлупкой», – улыбнулся я.

Швейцар открыл перед нами дверь, и мы вошли в богато обставленное фойе со стенами инкрустированными позолотой, мягкой мебелью в стиле Людовика XIV и неприметно спрятавшимися в зарослях буйной зелени меняльными конторками. Мы подошли к одной из них. Там с дежурной улыбкой на устах застыл служащий казино.

– Джек Коллинз, – назвался Джек.

Служащий кивнул и склонился над какими-то бумагами.

– У вас на счету двадцать четыре тысячи. Желаете получить всю сумму?

– Да, – сказал Коллинз и, уже обращаясь ко мне, добавил: – Все равно денежки не настоящие. Проиграл, выиграл – какая разница?

– А вы, мадам? – спросил служащий.

Я оглянулся, но никаких «мадам» сзади не было.

– Элизабет Геликстон, – вмешался Джек. Я же тихо выругался, понимая, что пора бы и привыкнуть к нынешнему своему положению.

– К сожалению, у вас нулевой счет… Хотите получить первичный взнос?

Я кивнул. Служащий, продолжая улыбаться, отсчитал игровых фишек мне на пять тысяч и Джеку на двадцать четыре, и мы, не спеша, направились к залу, откуда доносился непрекращающийся гул голосов.

Казино «Феникс» ничем не отличалось от сотен подобных заведений. Правда, в виртале мне еще ни разу не доводилось оказываться в игорных домах, но здешний ничем не удивил. Те же рулетки, те же столы для покера и «блэк-джека», та же атмосфера азарта и успокаивающая зелень сукна.

Я внимательно осмотрел зал, разглядывая лица собравшихся, однако это занятие оказалось не таким уж простым. Здесь толпилось столько народа, что, казалось, не то что яблоку – яблоневой косточке некуда упасть.

Мы с Коллинзом с трудом протолкались к одному из столов, за которым шла оживленная игра в покер.

– Почему тут так много народа? – спросил я у Джека, понимая, что отыскать Лору в подобном человеческом муравейнике мне не удастся и за сто лет.

– В «Фениксе» выдают пять тысяч стартового капитала, в остальных казино – одну-две. Вот все и прут сюда. Больше шансов разбогатеть. Да… Смешно и грустно одновременно. Ведь большинство из них почти ничего не имеют в реальной жизни. Я знаю нескольких парней, у которых дома, кроме «саркофага», вообще ничего нет.

«Я тоже знал таких, – подумал я. – Это было последним, за что они еще цеплялись. Но рано или поздно наступал момент, и эти парни, раскурочив таймер, отправлялись в последнее свое путешествие. Не самый отвратительный способ самоубийства, но»…

Сейчас думать об этом не хотелось.

Я поставил тысячу, Джек – пять, и мы оба проиграли. Но потом мне попало шесть карт одной масти, и я сорвал приличный куш. От Джека снова отвернулась удача, вторую ставку он сделал на десять тысяч. В следующий раз он, криво улыбаясь, поставил на кон оставшиеся деньги и… опять проиграл.

– Ничего, – хмыкнул он, – разве это деньги? Так, видимость одна.

Несколько раз подряд мне не везло, но потом пришли три короля, и теперь у меня было фишек на восемнадцать тысяч. Коллинз явно скучал, переминаясь с ноги на ногу и глазея по сторонам. Я тоже подумывал бросить игру и вплотную заняться поисками Лоры, но тут Джек, извинившись, сказал, что на минутку отойдет. Я кивнул, не отрываясь от карт, когда же вновь вспомнил о своем «ухажере» и окинул взглядом зал, сердце мое бешено заколотилось.

Стоя возле рулетки, Коллинз разговаривал с женщиной. Но какая это была женщина! Рыжие волосы огненной лавой обрамляли ее лицо, оттеняя открытые белоснежные плечи. Высокая грудь, наполовину обнаженная, притягивала взгляд, очаровывая, завораживая, одурманивая. Но еще сильнее будоражили воображение ее стройные ноги, выглядывающие из-под короткой юбки. Я был не в силах отвести глаз от собеседницы Джека. Впрочем, трепет, внесенный в душу невиданной красотой, быстро был оттеснен разумом.

Это была Лора, я почти не сомневался. Картины великих мастеров вряд ли можно спутать с подделками, так и здесь: я узнал почерк Маргарет Тревор, ее руку, ее поистине дьявольский талант.

И все же у меня оставались сомнения. Достойные мастера программирования не часто, но встречаются. Поэтому я решил не спешить, а, выжидая, продолжать наблюдение.

Долго ждать не пришлось. Коллинз и его собеседница внезапно прекратили разговор, женщина резко повернула голову в мою сторону, и наши глаза встретились.

«Да, это Лора! – понял я. – Вернее Маргарет Тревор. Значит, она жива и здорова…»

Но внезапное оцепенение, сковавшее мое тело, сыграло со мной злую шутку. Я видел, как женщина вновь повернулась к Джеку, сказала несколько слов, и он, кивнув, направился ко мне. Лора же поспешила к выходу. Мысль о том, что я могу упустить ее, придала мне сил. Я рванулся за ней. Коллинз растерянно посмотрел на меня, потом на Лору и двинулся мне наперерез. Но я его остановил, опрокинув на пол, и наступил каблуком на грудь.

– Имя? – прошипел я. – Как ее зовут?

– Лора, Лора Клейн, – заикаясь, прошептал Джек.

Я бросился к выходу, увидел, как в дверном проеме мелькнуло золотистое платье Лоры….

Но все же я успел. В самый последний момент.

Лора вывела на стену дома меню экстренного выхода, дотронулась до него рукой и исчезла. Не раздумывая, я последовал ее примеру и оказался в зале выбора игровых программ.

10
{"b":"21892","o":1}