ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Мы всегда рады помочь столь уважаемым людям, – управляющий светился тихой радостью облегчения. – Это наша обязанность, сэр, с максимальной точностью информировать своих посетителей обо всех тонкостях и нюансах.

Полковник щёлкнул крышкой карманных часов и взглянул на циферблат.

– Тогда, может быть, вы скажете, когда ближайший поезд до Эль Пасо?

ЛУЧШИЙ НОМЕР В ЛУЧШЕМ ОТЕЛЕ

Эль Пасо по-испански значит «проход», «тропа». На месте этого когда-то города проходила удобная тропа, соединяющая южные плоскогорья с северными прериями. Здесь горы расступались, и Рио-Гранде текла широко и спокойно, не сопротивляясь тем, кто пересекал её вброд.

На южном, мексиканском берегу люди селились с давних пор. Северный берег начали осваивать переселенцы из Штатов, когда ещё земли к северу от Рио-Гранде принадлежали Мексике. Тогда никто не возражал против пришельцев. Требовалось только, чтобы они называли себя католиками и могли изъясняться по-испански.

Но пришельцев становилось всё больше и больше. Через пару десятков лет Техас провозгласил независимость от мексиканского правительства, от испанского языка, от папы Римского, и объединился с другими независимыми штатами. К тому времени посёлок скотоводов постепенно превратился в городок. Вокруг него раскинулись хлопковые плантации, на склонах гор аккуратно выстроились фруктовые сады. А когда к городку подобралась, наконец, железная дорога, Эль Пасо в считанные месяцы превратился в густо населённый город.

О'Райли не любил задерживаться в больших городах. Если на улице было больше четырёх домов, у него начинало свербить между лопатками, а кольт сам норовил выскочить из кобуры при малейшем шорохе сзади.

Но здесь, он чувствовал, придётся задержаться. Пришелец остановился на площади перед банком и спрыгнул с лошади. Направо от него высилось двухэтажное здание отеля с каменным цоколем и деревянными стенами в изысканной бурой краске. Налево красовалась вывеска «Салун и номера».

Пока О'Райли размышлял, чем отличается «отель» от «номеров», его коня уже подхватил под уздцы расторопный местный житель лет двенадцати от роду.

– Эй, сеньор! Мистер! Капитан, добро пожаловать в Эль Пасо! Меня зовут Фернандо, я вас провожу. Вам нужна комната с ванной? Вы ищете, где конюшня? Вот ваш отель, генерал!

– Погоди, приятель. Куда ты меня ведёшь?

– В отель, куда же ещё?

– Почему в этот?

– Потому что он самый лучший, сеньор, именно то, что вам нужно. В салуне вы изведёте все свои патроны, отстреливаясь от тараканов. А здесь все комнаты чистые и недорогие. А вечером к вам заглянет хозяйка.

– Хозяйка? – О'Райли поскрёб щетину. – Так она, наверно, замужем?

– Конечно. Но ей всё равно, а вам тем более, разве не так?

Бойкий мальчишка мог бы и дальше перечислять все достоинства отеля, но О'Райли уже и сам заметил его главное преимущество. Угловые окна верхнего этажа выходили на площадь и на главную улицу, так что можно было видеть и банк, и все подходы к нему.

Фернандо не оставил без внимания изучающие взгляды своего клиента и затараторил с новой силой:

– А это наш банк. Когда у меня появятся деньги, я обязательно сделаю вклад и буду жить на проценты. Красота, правда, сеньор? Ничего не делаешь, только приходишь в кассу и получаешь свои денежки, а они растут себе и растут, как трава.

– Ты можешь заработать на первый взнос уже сегодня, – сказал О'Райли. – Скажем, пятьдесят центов. Видишь монетку? Она будет твоя, когда ты заметишь здесь поблизости незнакомца, и сразу скажешь мне об этом.

– Гоните монету, сеньор, – Фернандо протянул руку. – Он появился в городе сегодня утром. С поезда сошёл.

О'Райли бросил ему монетку и спросил:

– Ты заметил, где он остановился?

– Конечно.

– И где?

Вместо ответа Фернандо показал пустую ладошку. О'Райли усмехнулся и бросил мальчишке вторую монетку.

– В салуне, где же ещё, – ответил Фернандо, пряча свой заработок в карман. – Я сам его туда и пристроил. Да вон он, стоит на крылечке. Только не поворачивайтесь к нему всем телом, сеньор, и не показывайте пальцем – он смотрит как раз на нас.

О'Райли и сам уже заметил у салуна человека в чёрном плаще. Незнакомец раскуривал трубку, отворачиваясь от ветерка. После чего, выпустив облачко дыма, пересёк площадь и поднялся по ступеням банка, скрывшись за массивной дверью.

– А от него ты ещё не получал денег? – спросил О'Райли. – Что он у тебя спрашивал?

– Ничего, сеньор.

Глаза Фернандо лучились светом честности и простодушия, но О'Райли уже слышал, что в кармане мальчишки бренчат не только две монетки.

– Ты можешь хорошо заработать, – сказал он. – Дай мне знать, если увидишь на площади ещё каких-нибудь незнакомцев. Только дай мне знать первому. Договорились?

– Конечно, сеньор! А чем вас этот не устраивает?

– Этот? Он слишком гладко выбрит, – сказал О'Райли. – А меня интересуют небритые, лохматые, в запылённых сапогах с большими шпорами.

– То есть похожие на вас, сеньор? Понятно!

О'Райли уже предвкушал, как он растянется на широкой кровати, скинув тяжёлые сапоги. Войдя в отель, он обратился к портье:

– Мне нужна угловая комната наверху.

– К сожалению, сеньор, этот номер занят, – без малейшего сожаления в голосе ответил портье. – И все соседние номера тоже. У нас наверху нет ни одного свободного номера. К величайшему сожалению.

Вот за что ещё О'Райли не любил большие города, так это за то излишнее внимание, с которым горожане разглядывали его одежду. Почему-то все они считали, что добропорядочный христианин не может носить толстое пончо, простреленную шляпу и солдатскую рубашку? Вот и этот клоп с напомаженными волосами считает, что человек в таких сапогах недостоин переночевать в его клоповнике.

Он нахмурился и облокотился о стойку, за которой стоял портье.

– Я могу переговорить с хозяином?

– Вы уже с ним говорите, – надменно задрал голову портье.

– Значит, вы уверены, что этот номер занят?

– То есть как? Конечно, уверен. Вот журнал, пожалуйста, – портье распахнул толстую тетрадь. – Смотрите, номер «три». Его занял сеньор Мартинес.

– Ах, Мартинес, – кивнул О'Райли. – Ну, тогда всё в порядке. Он, видимо, просто забыл вас предупредить о своём отъезде.

Не дожидаясь ответа, ирландец перекинул через плечо седельную сумку и зашагал по лестнице вверх.

– Постойте, сеньор, – запоздало воскликнул портье.

Но О'Райли уже поднялся на лестничную площадку, где во всю стену сияло начищенное зеркало. В нём он и увидел то, что было скрыто до сих пор: за гостиничной стойкой, у распахнутого шкафа со стопками белья, скрытая выступом стены, сидела спиной к нему крупная рыжеволосая дама. По всей видимости, это благодаря ей были заняты все номера в гостинице.

– Какой высокий, – донёсся до О'Райли её мечтательный вздох. – Какой красавчик…

– Очнись, Мари, – сердито сказал портье. – Или ты не видишь, какие игрушки висят на поясе у этого красавчика? У нас приличное заведение, а не бандитский притон.

Он сказал это вполне внятно и в то же время достаточно приглушённо, чтобы посетитель не имел повода для претензий, а мог обижаться только на свой чересчур чуткий слух.

Это были лишние предосторожности, потому что О'Райли не был обидчив. Если кому-то его внешность и представлялась не слишком приличной, то какое ему дело до чужого мнения? На его грубом пончо оставили свою пыль многие горные тропы и пустынные дороги. На штанах темнели пятна, которые бесполезно было отстирывать. Это въелись бурые капли крови, и это была чужая кровь. Что ж теперь, выбрасывать почти новые штаны? Тем более, что другая пара была не лучше. Можно было бы, конечно, помыться, подстричься и побриться. Но все эти процедуры как-то не с руки проделывать под открытым небом, а за последний месяц О'Райли только сегодня оказался под крышей.

9
{"b":"21895","o":1}