ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Зря я его тебе передал, — посетовал Фредди. — В конце концов, именно я рискнул выкрасть его.

— Да и мне пришлось из-за этого улаживать кое-какие неприятности, — напомнил кузен Джон, начиная рыться в карманах.

— Неприятности эти крайне преувеличены. Ты ведь у нас такой чистюля, Джонни. По твоему настоянию я даже особенно не повредил этого парня.

— Вся эта кровь... — протянул кузен Джон. — Мерзко и грязно. А, вот оно.

Фредди взял кольцо и бросил его в канаву. Из глубины донеслись глухие звуки и шорохи. Кузен Джон, балансируя на краю, заглянул вниз.

— Я сказал, не хоронить его слишком глубоко. Надо, чтобы они нашли именно эту вещь.

— Найдут, — уверенно кивнул Фредди. — Мы же оставим торчащие камни, забыл? Кольцо найдут у подножия стены, где его должен был выронить вор, в панике перелезающий через ограду.

— Прекрасно, — одобрительно произнес кузен Джон. — Я так и вижу все это на страницах «Обсервера».

В течение нескольких минут Джесс испытывала серьезную тревогу, слушая, как ее спутник издает явственные квакающие звуки. Последнее замечание кузена Джона переполнило чашу — Дэвид разразился приступом смеха.

Джесс не смогла бы убежать, если бы захотела: мускулы совсем свело от ползания в сырости. И она разделила легкомысленное отношение Дэвида к ситуации. Все было слишком смешно, чтобы пугаться. Она усомнилась в правильности этой оценки только тогда, когда рука Фредди полезла в карман и вытащила на свет небольшой черный предмет. Его появление взволновало Джона не меньше, чем Джессику.

— Эй, брось сейчас же! — воскликнул он, пытаясь выхватить предмет.

Фредди ловко вильнул в сторону.

— Заткнись, дурак чертов, или я пристрелю и тебя тоже. Эй, вы там, кто бы вы ни были, вылезайте из-за стены!

Дэвид выпрямился во весь рост, широко ухмыляясь и держа обе руки в карманах.

— Все в порядке, Джесс. Он просто разыгрывает злодея. Он не посмеет пустить оружие в ход.

Дэвид небрежно прислонился к стене, которая доходила ему до груди. Джесс пришлось признать, что эта небрежная поза и ухмылка должна вызывать раздражение. Однако ответная реакция оказалась сильнее, чем можно было предположить. Джесс не поверила случившемуся даже тогда, когда увидела вспышку пламени из дула пистолета и услышала выстрел.

Короткий хлопок прозвучал, как щелчок пальцев фокусника, обративший всех в камень. Сквозь застилавший глаза туман Джесс видела обоих мужчин — Фредди, с мрачным, искаженным в рычащем оскале лицом, и Джона, неподвижно застывшего в незавершенной попытке вырвать оружие.

Дэвид тоже стоял неподвижно, чуть склонившись вперед, опираясь на стену. Очень медленно голова его запрокинулась. Локти соскользнули с верхушки стены. А потом он упал.

Глава 10

Все превратилось из фарса в трагедию так быстро, что Джесс никак не могла осознать реальность случившегося. Ей даже не надо было смотреть на Дэвида, лежащего в траве лицом вниз, чтобы убедиться, что он мертв. Эта мысль накоротко замкнула ее рассудок, и в течение следующих нескольких минут она действовала, повинуясь чистому и безрассудному инстинкту. Ловким движением профессионального акробата она перепрыгнула через стену и кинулась к Фредди с его пистолетом.

Возможно, в этот момент и на этом месте завершилась бы ее короткая карьера, если бы кузен не стряхнул с себя мертвое оцепенение и не завершил начатое. Пуля ушла в землю рядом с ногой Фредди, который отрывисто выругался и со злостью добавил:

— Тогда давай держи ее, кретин. Если она начнет визжать среди ночи, клянусь, я ее закопаю.

Кузен Джон прыгнул к Джесс и перехватил ее в тот момент, когда она уже нацелилась ногтями в лицо Фредди. Началась борьба. Чрезвычайное нервное напряжение придало Джесс сил, а Джона сдерживал принятый в его кругу моральный кодекс, запрещающий насилие по отношению к леди, хотя леди была не в состоянии оценить его сдержанность. Фредди, с циничным любопытством наблюдавший за битвой, посоветовал:

— Вмажь ей от души. Или давай я.

— Если ты... научился выражаться... как в американском... гангстерском фильме, — пропыхтел кузен Джон, — постарайся, пожалуйста... уф!.. придержать свой жаргон... до поры... до времени... Стойте, Джесс! Мне не хочется... О-о-о! Вот дрянная девчонка!

Фраза завершилась болезненным криком, ибо Джесс впилась зубами ему в руку. Выведенный из себя, он занес кулак, и у Джесс искры из глаз посыпались. Обвиснув на руках кузена, она услышала, как он сказал:

— Посмотри на него, Фред. Если ты убил парня...

— Нет, не убил, — ответил Фредди с некоторым сожалением, — он дышит.

— Слава Богу! Сильно он ранен?

— Не могу определить, — на редкость равнодушно заявил Фредди.

— Ну так выясни! Если ему понадобится врач...

— Он его не получит.

Джесс пребывала в странном состоянии, не столько от удара, нанесенного кузеном в челюсть, который был не так уж силен, сколько от шока. Ее потрясенный мозг совершенно не отреагировал на известие о том, что Дэвид дышит, точно так же, как и на факт его гибели. Она слышала, как ее сердце бешено бьется в грудной клетке, и знала, что больше не способна ни на сопротивление, ни на борьбу. В смятении она пропустила мимо ушей часть дальнейшей дискуссии и только слегка шелохнулась, почувствовав, что ее поднимают.

— Хорошо, что она маленькая, — заметил кузен. — Но я все равно не уверен, что смогу нести ее всю дорогу.

— Придется. Мне нельзя его оставлять, вдруг очнется. Принеси одеяло, или носилки, или что-нибудь, чтобы его нести.

Джесс и раньше носили на руках, но лишь знакомые представители мужского пола, желавшие продемонстрировать силу мускулов. Положение, когда голова, руки и ноги болтаются на весу, оказалось на редкость неудобным. Она начала постанывать и попыталась поднять голову.

— Она приходит в себя, — тревожно заметил кузен Джон.

— Так стукни ее еще разок, задница, — велел Фредди. — О Господи, ты безнадежно некомпетентен. Сейчас...

Фредди трудно было упрекнуть в некомпетентности. Когда он что-то делал, то делал это хорошо. Джесс почувствовала короткий резкий взрыв боли, а потом перестала что-либо чувствовать.

Пробуждаться было еще больнее. В голове что-то пульсировало и шумело, чьи-то грубые руки сжимали ей горло. Откуда-то шел свет, тусклый, грязный и серый, как бледное свечение грибков, растущих в сырых пещерах...

Первым, что увидела Джесс, было лицо Дэвида, огромное и расплывчатое, парящее в воздухе в нескольких дюймах перед ее глазами. Верхнюю половину этого лица покрывала запекшаяся кровь, нижнюю — черная отросшая щетина. Глаза налиты кровью, губы потрескались. Прекраснее не было ничего на свете.

Джесс села, не обращая внимания на пронзительную пульсирующую боль в голове. Лежала она на куче грязного тряпья, валявшегося на голом деревянном полу. Свет был слабее, чем ей казалось. Он просачивался сквозь стекла, черные от пыли и поэтому полупрозрачные, забранные решетками, в свою очередь преграждавшими путь свету. Окна, маленькие и высокие, прорезаны в холодных каменных стенах, суровость которых смягчали только огромные свисающие серые кружева паутины. Стены выгибались. Она знала, что это должно что-то означать, но в данный момент не могла сообразить, что именно. Она могла осознать лишь основные факты: каменные стены, решетки — тюрьма и безумие, по определению Лавлейса[51]. И Дэвид — живой и в своем уме, хотя и в то, и в другое трудно было поверить.

— Они стреляли в тебя, — вскричала она, цепляясь за него. — Куда они выстрелили?

— В плечо, конечно. Куда еще ранят героев? — Он усмехнулся. Эффект был ужасающий до невозможности.

— В ногу, — предположила Джесс.

— Ног не было видно. Если не очень задумываться, плечи — самое логичное место, куда можно попасть. Они занимают большое пространство. Из ручного оружия на расстоянии нелегко поразить...

вернуться

51

Лавлейс Ричард (1618 — 1658) — английский поэт, участник многих сражений времен Английской буржуазной революции, сидевший в тюрьме и писавший о ней стихи.

42
{"b":"21900","o":1}