ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Отражение
Беги от любви
В постели с чужим мужем
Тоня Глиммердал
Неправильная
Год волшебства. Классическая музыка каждый день
О чем молчат вороны
Убедили! Как заявить о своей компетентности и расположить к себе окружающих
Умный гардероб. Как подчеркнуть индивидуальность, наведя порядок в шкафу

– У меня нет выбора. Вы все равно знаете, кто такая наша молодая дама. Труп нашли в ее гостиничном номере. На свое счастье, девушка успела сбежать, но она главная подозреваемая. Кроме того, у меня есть основания опасаться, что ей грозит Другая, еще более серьезная опасность. Пока я не найду настоящего убийцу, нашей гостье придется хранить инкогнито и скрываться. Конечно, ее отношениям с Каленищеффым недоставало скромности, но я уверена, что дальше этого дело не зашло. Ей нужна ваша помощь. Презрения она не заслужила. Итак, ваш ответ?

– Не верю своим ушам! – вскричал Немо. – Все это для меня новость! Да, в ту ночь я был у гостиницы. Я следовал... своим наклонностям. Но при том собирался прибыть утром к вам, как договорились. А потом я передумал... С наркоманами так случается. Чтобы не ждать несколько часов, я решил проявить независимость и добраться до Дахшура самостоятельно. Но если бы я рассказал все это полицейским...

– Они бы вас еще больше заподозрили, – согласилась я.

– Конечно! – Немо откинул со лба медную прядь. – Клянусь, миссис Эмерсон, я не убивал этого негодяя! Но как ее вообще могли заподозрить? Она и на жука-то боится наступить, не говоря о том, чтобы лишить жизни человека...

– Ваши несвязные восклицания свидетельствуют о добросердечии, но толку от них чуть! – Я встала. – Наша задача – поймать настоящего убийцу и тем самым снять подозрение с вас и с мисс Дебенхэм. Наш главный противник – Гений Преступлений по прозвищу Сети. Вы согласны мне помогать?

– До последнего вздоха! – Немо сжал кулаки и сверкнул глазами. – Чего бы это мне ни стоило! Я готов на любой, даже на смертельный риск.

– Не думаю, что до этого дойдет. Начнем с малого: поставьте палатку для мисс Маршалл – будем называть ее так, если она выбрала себе это имя.

Немо сразу сник.

– Я не смею отсюда высовываться, – пробормотал он. – Не хочу попадаться ей на глаза в таком виде.

– Тогда полезайте на крышу и спуститесь оттуда во двор. Здоровому молодому мужчине это раз плюнуть. Когда мы уйдем, вы спокойно вернетесь в дом. Не забудьте, мистер Немо, я рассчитываю, что сегодня вечером вы приглядите за Рамсесом. Сомневаюсь, чтобы наши недруги осмелились сюда проникнуть, зато сам Рамсес вполне способен улизнуть, если за ним не присматривать. Я привезла вам приличную одежду. Вымойтесь, побрейтесь, причешитесь – все необходимое вы найдете вот в этом пакете. Хочу видеть вас завтра утром образцовым английским джентльменом.

Пока что он выглядел не джентльменом, а болван болваном, как выразился бы Эмерсон (хотя мой дорогой супруг наверняка нашел бы словечко покрепче). Все чаще убеждаюсь, что живость моего ума повергает собеседников в транс. И все же я надеялась, что мистер Немо ничего не перепутает. Призыв помочь юной леди, угодившей в беду, должен был задеть чувствительную струнку его английской натуры.

Умница Энид вышла в «гостиную», только когда до нее донесся мой голос. Эмерсон встретил ее с подозрительным радушием.

– Рад, что вы снова на ногах, мисс Маршалл! Если вас опять одолеет хворь, немедленно бегите к миссис Эмерсон за рвотным корнем. Завтра утром мы приступаем к раскопкам у подножия пирамиды. Скажите-ка...

Я поспешно перебила его:

– Лучше расскажи нам о своих сегодняшних успехах, Эмерсон. Ты обнаружил туннель?

– Всего лишь пару кирпичей, – ответил он недовольно. – Не сомневаюсь, что там был подземный переход, но грабители польстились даже на камни. Рыться дальше бессмысленно. Лучше я начну раскопки у подножия пирамиды. Одной бригадой землекопов будет командовать мисс Маршалл, другой...

На лице девушки проступил ужас. Я поспешила ей на выручку:

– Лучше пускай первые несколько дней мисс Маршалл поработает со мной, чтобы перенять наши методы. Я собираюсь изучать малую пирамиду. Чтобы узнать, сохранилось ли что-нибудь в ее погребальной камере, потребуется совсем немного времени. Если понадобится, мы наймем еще людей...

– Не знаю, Пибоди... – начал Эмерсон, но мое внимание привлек вовсе не он, а Рамсес.

Губы нашего сына были плотно сжаты, что само по себе весьма примечательно. Наше чадо либо говорит, либо собирается заговорить. Если же Рамсес помалкивает, жди беды. Надо поскорее потолковать с ним по душам! Судя по всему, Рамсес что-то знает о малой пирамиде. Возможно, копался там в прошлом году. Без разрешения, разумеется...

– Ладно, решено, – говорил между тем Эмерсон. – Тебе не кажется, что уже поздно, Пибоди?

– Вовсе нет, – отозвалась я рассеянно, все еще переживая из-за двуличия родного дитяти. – А куда дели мои покупки?

Эмерсон указал на неопрятную кучу в углу.

– Придется все это разобрать, – сказала я со вздохом. – Кое-что унесем в палатки. Но здесь не все, что я привезла...

Недостающее нашлось во дворе. Роскошный букет превратился в непривлекательные лохмотья.

– Ты даришь самой себе цветочки, Амелия? – ввернул Эмерсон.

– Нет, это подарок одного любезного джентльмена. – Не подумайте, будто я пыталась вызвать у него приступ ревности, просто любого мужа полезно держать в тонусе.

– Бехлер! – проворчал Эмерсон. – Ох уж эти французы!

– Он не француз, а швейцарец.

– Один черт!

– В любом случае цветы не от него. Честно говоря, я толком не знаю, от кого они. Букет вручил мне цветочник. Он был так хорош! Понюхай, Эмерсон, аромат еще сохранился.

Я игриво сунула розы ему под нос. Эмерсон вскрикнул, вытаращил глаза, ударил меня по руке и запрыгал на месте. Злополучный букет оказался на полу.

Мисс Маршалл на всякий случай отбежала в дальний угол. Зная Эмерсона, я не разделяла ее тревогу, но реакцию благоверного сочла чрезмерной, о чем не преминула ему сообщить.

– Человек хотел сделать мне приятное. Разве стоит устраивать из-за этого такое представление?

– Приятное?! – Эмерсон смотрел на меня с нескрываемым ужасом. Я увидела на его загорелой щеке полоску крови. – Не знал, что теперь принято прятать в букетах ос! – Он остервенело топтал многострадальный букет. – Когда мое лицо... вот тебе!.. почернеет... вот тебе!.. ты вспомнишь... вот тебе! что я отдал жизнь за тебя, Амелия!

Присказка «вот тебе!» была обращена, к счастью, всего лишь к поникшим цветам.

– Что с тобой, Эмерсон? – испуганно спросила я, бочком подбираясь к нему. – Да хватит же скакать! От физических усилий яд лишь быстрее распространится по сосудам!

– Гм! – промычал Эмерсон и замер.

Пытаясь усмирить отчаянно бьющееся сердце, я осмотрела его щеку. Крошечная царапина, и только. На укус ядовитой рептилии или насекомого это совершенно не походило. Но окончательно успокоил меня безмятежный голос Рамсеса:

– Здесь нет никакой живности. Наверное, ты поцарапался чем-то металлическим, папа. Очень сомнительно, чтобы эта штучка...

Эмерсон молнией метнулся к сыну:

– Не трогай!

Но Рамсеса не так-то просто поймать.

– Папа, тебе ничего не угрожает. Правда, ты сломал эту безделушку. Она золотая...

Золото! Как часто в человеческой истории одного этого слова бывало достаточно, чтобы разгулялись самые низменные страсти! Даже у нас, археологов, сознающих, что простой глиняный черепок может оказаться ценнее драгоценной диадемы, участился пульс.

Рамсес поднес находку к свету. Мы увидели характерный желтый отблеск.

– Дай мне! – нервно сказал Эмерсон. – Эта вещь может быть опасна...

Рамсес послушался, но, конечно, с оговоркой:

– Твои опасения совершенно необоснованны, папа. Загадочные яды, неизвестные науке, встречаются очень редко. Можно утверждать, что они существуют только в воображении писателей. Даже самый сильный яд приводит к смертельному исходу, только когда попадает в организм в количестве нескольких миллиграммов. Если спокойно поразмыслить, то неизбежно напрашивается вывод, что на таком тонком кончике не может быть много яда, а потому...

– С тобой никто не спорит, Рамсес, – перебила я его.

Эмерсон покрутил пальцами железную завитушку.

– Как будто кольцо... – сказал он тихо.

28
{"b":"21902","o":1}