ЛитМир - Электронная Библиотека

— А в этом году была с ним женщина? — осведомился Хью. — Такая черноволосая, красивая, кажется, акробатка?

— Нет, не видел. В прошлом году была такая, видел их вместе, если вы ее имеете в виду. Много раз — я в этом уверен — она подавала ему знаки при моем приближении. Но в этом году ее не было. А он на последнюю ярмарку принес больше товара, чем обычно. Думаю, вы можете узнать о нем в таверне Уэта. Он там, должно быть, и товар свой хранит.

Обнаженными загорелыми руками Уолтер Рейнольд, или Уэт, опирался на большую бочку, которую он легко, без видимых усилий только что закатил в угол помещения и теперь смотрел на шерифа спокойным, уверенным взглядом.

— Вас интересует Бритрик, милорд? Он останавливался у меня во время ярмарки — в этом году пришел с большим грузом. Я разрешил ему оставить товар на чердаке. Почему бы нет? Знаю, он уклоняется от уплаты пошлины, но монастырь не обеднеет, коли не досчитается его грошей. Здешний настоятель не слишком суров к слабым мира сего. Хотя Бритрик, замечу я вам, вовсе не слабый. Он рослый, крепкий парень, рыжий, храбрец — когда выпьет, но в целом — неплохой мужик.

— В прошлом году, — сказал Хью, — с ним была женщина — так я слышал. У меня есть веская причина знать: он, верно, выпивал здесь с нею? Ты их вместе видел? Помнишь ее?

Уэт, разумеется, ее помнил.

— Ах, что за женщина! — воскликнул он, восхищенно скалясь. — Красотка! Ее коли раз увидишь, позабыть трудно. Гибкая, как ивовый прут, танцует, словно мартовский ягненок, и подыгрывает себе на дудочке — дудочку легче нести, а звучит она нежней ребека*.1 И мастерица же она была на ней играть! И притом она практичная, знает счет деньгам. Слыхал я, как она затевала с ним разговоры о женитьбе, но вряд ли ей удалось бы затащить его под венец. Может, она слишком ему надоела этими разговорами, не знаю, но в этом году он пришел один. Понятия не имею, где она сейчас, да только такая нигде не пропадет.

Последние слова не слишком порадовали Хью — ведь он рассчитывал узнать что-нибудь существенное в разговоре с Уэтом. Очевидно, Уэт не улавливал в вопросах шерифа связи с находкой на Земле Горшечника — в отличие от вдовы кузнеца.

Хью обдумывал свой следующий вопрос, но тут Уэт удивил его, добавив:

— Ее зовут Гуннильд. Я не знаю, из каких она мест, но она не похожа на местных — редкая красотка.

Хью вспомнил, как выглядели найденные ими останки, и ему стало горько. Постепенно в его воображении возник образ изящной бродячей акробатки, необузданной, черноволосой и черноглазой красотки, которая смогла зажечь пламя обожания в глазах немолодого хозяина таверны, хотя он не видел ее больше года.

— Ты не встречал ее с тех пор — здесь или где-нибудь еще? — спросил Хью.

— Часто ли могу я отлучаться? — добродушно отвечал Уэт. — Это раньше я бродяжил. А теперь доволен тем, что здесь имею. Нет, я больше никогда ее не видел и даже не слыхал, чтобы и Бритрик упоминал о ней в этом году. Это странно, конечно, если подумать. Может, с ней что-то случилось, не знаю…

— Вот какими сведениями мы располагаем на сегодняшний день, — сказал Хью, доложив обо всем своему другу. Они сидели в уютном сарайчике Кадфаэля. — Бритрик — единственный, о ком мы знаем, что он ночевал в доме Руалда. Конечно, там могли быть и другие, но о них нам ничего не известно. Кроме того, с ним была женщина, и жизнь их была, судя по рассказам, весьма бурной, она заставляла его жениться на ней, а он не собирался этого делать. Все это происходило как раз больше года назад. И по описанию она подходит под наш случай — черноволосая красотка. А нынче Бритрик пришел на ярмарку один, и ее нигде не было видно, а ведь себе на пропитание она зарабатывала как раз на ярмарках, рынках, свадьбах и прочих праздниках. Это еще не доказательство конечно, но наводит на размышления.

— Мы знаем ее имя — Гуннильд, — задумчиво произнес Кадфаэль, — но не знаем, где она. Она пришла из ниоткуда и ушла в никуда. Так что надо попытаться узнать о ней побольше. Прежде всего разыскать этого Бритрика и задать ему парочку вопросов. Как я понимаю, ты уже дал задание своим людям?

— Да. Они должны прочесать все наше графство, — решительно заявил Хью. — Говорят, далеко он с товаром не уходит, а в городах закупает только соль и специи.

— А сейчас у нас ноябрь, сезон ярмарок закончен, но погода пока держится. Он, верно, бродит по деревням, возможно, где-то поблизости, — задумчиво промолвил Кадфаэль. — Если все еще постоянно обитает в Руитоне, то, когда наступят морозы и повалит снег, он захочет туда вернуться.

— Мы уже выяснили, что у него в Руитоне мать, так что он, скорее всего, возвратится туда, чтобы провести там зиму.

— И твой человек ждет в Руитоне его появления?

— Если повезет, — сказал Хью, — мы сумеем схватить его раньше. Руитон мне знаком, он находится милях в восьми от Шрусбери. Бритрик, вероятно, захочет обойти все уэльские деревни, затем податься на восток, и через Нокин — прямой дорогой к дому. А по пути как раз много деревушек, где он будет продавать свой товар, пока позволит погода. Там-то мы его и настигнем.

Хью оказался прав: они именно там и настигли его три дня спустя. Один из сержантов шерифа заметил разносчика в деревне на уэльской стороне границы и стал терпеливо дожидаться, пока тот не окажется на английской земле и не направится, не особенно торопясь, к Мересбруку, по дороге через Нокин в сторону Руитона. Хью внимательно следил за своими беспокойными соседями в уэльском Повисе: сам не допускал нарушения английских законов на своей стороне границы и в такой же степени следил, чтобы у валлийцев не было повода пожаловаться, что он нарушает уэльские законы. На северо-западе у него сохранялись добрососедские отношения с Овейном Гуинеддским — они хорошо понимали друг друга. Зато валлийцы из Повиса то и дело норовили нарушить договор, и от них можно было ждать любой неприятности.

Итак, сержант выжидал, пока его ни о чем не подозревающая добыча не пересечет старинную земляную насыпь, обозначавшую границу. Насыпь эта давно начала разрушаться, но все еще была хорошо различима. Погода стояла сравнительно мягкая, и ходить по дорогам было приятно, но Бритрик, похоже, уже продал весь свой товар и хотел попасть домой до наступления холодов. Если у него еще и оставался кое-какой товар в Руитоне, он имел возможность продать его своим соседям и в ближайших к Руитону деревушках. Явно довольный удачной торговлей, он бодро шагал по дороге в направлении Мересбрука, весело насвистывая и шевеля своим длинным посохом придорожную траву. Недалеко от ближайшей деревни он столкнулся с патрулем, состоявшим из двух легковооруженных солдат шрусберийского гарнизона. Патрульные схватили его за руки и деловито осведомились, не Бритрик ли он. Он был крупный, сильный мужчина и с легкостью мог вырваться и убежать, если бы захотел. Но он знал, что патруль послан шерифом и представляет королевскую власть, поэтому он не стал зря искушать судьбу. Бритрик решил вести себя осмотрительно, он охотно подтвердил, что именно так его зовут, и спросил с обезоруживающей улыбкой, чего они от него хотят.

Патрульным было предписано сообщить ему только, что его требует к себе шериф, и препроводить в Шрусбери. Их молчание и неприступность смутили его, и он подумывал, а не сбежать ли, но было уже поздно: еще двое солдат появились внезапно со стороны дороги и спокойно присоединились к первым. У подошедших были в руках луки, и они явно умели с ними обращаться, Перспектива получить стрелу в спину не привлекала Бритрика, и он по необходимости подчинился. А ведь Уэльс находился всего в четверти мили отсюда! Да, не повезло, но, может, позже ему еще представится случай сбежать, решил он и, не задавая больше вопросов, пошел, куда было велено.

Патруль привел Бритрика в Нокин, там его посадили на лошадь и вечером доставили в Шрусбери, где поместили в подземелье замка. К этому времени Бритрик уже почувствовал сильную тревогу: он не понимал, в чем дело. Лицо его оставалось бесстрастным, но в уме он перебирал все свои провинности и прикидывал, какая же из них выплыла наружу. Нельзя сказать, что он испугался, но ему было явно не по себе. Все его попытки разговорить стражников успехом не увенчались. Ему оставалось только ждать и гадать, зачем он понадобился шерифу.

вернуться

1

Ребек — старинная трехструнная скрипка.

25
{"b":"21923","o":1}