ЛитМир - Электронная Библиотека

После заутрени Кадфаэль, как обычно, пошел проведать своего подопечного. Два часа — срок уже вполне приличный. Надо же было кому-то войти первым, — разумеется, его опередила Мелисент, — так что он был первым из, так сказать, непосвященных .

Монах остановился на пороге. В полумраке он увидел два бледных лица — юная парочка сидела щека к щеке. Мелисент, примостившаяся на краешке кровати, поддерживала больного, который пытался сидеть прямо. На голые плечи юноши был наброшен плащ. Глаза, пристально смотревшие на Кадфаэля, были не карие, а темные, как черные кудри молодого человека.

— Пожалуйста, сообщи лорду Берингару, — попросил Элис ап Синан, — что я отослал своего молочного брата и готов отвечать за все, что он сделал. Он сунул голову в петлю ради меня, а теперь я сделаю это ради него.

Элис закончил свою речь, перевел дух и поморщился от боли, но лицо его теперь стало спокойным, так как больше не нужно было ничего скрывать.

— Я сожалею, что мне пришлось обмануть мать Мариану, — сказал он. — Передай ей, что я прошу прощения, но у меня не было выхода. Мне бы не хотелось, чтобы кого-нибудь обвинили за мои деяния. Я рад, что зашел именно ты. Пошли известие в город, мне бы хотелось поскорее покончить с этим. Элиуд теперь в безопасности.

— Я выполню твое поручение, — серьезно сказал Кадфаэль. — Оба поручения. И не задам ни одного вопроса. Даже о том, участвовал ли Элиуд в этом заговоре.

Брат Кадфаэль и так знал ответ. В отличие от тех, кто намеренно ничего не видел и не слышал, Элиуд, конечно, был не в курсе дела. Когда действие макового отвара кончится, валлийцы, следующие с носилками в Уэльс, обнаружат, что у них на руках безутешный калека. Но в конце этого вынужденного побега, что бы там ни решил на этот счет Овейн Гуинеддский, Элиуда ждала Кристина.

— Я сделал все, что мог, — серьезно сказал Элис. — Кристину известят, и она выйдет ему навстречу. Конечно, придется нелегко, но все-таки он будет жить.

Оба влюбленных очень повзрослели с тех пор, как Элис ап Синан впервые появился у Брода Годрика вместе с налетчиками. Он теперь ничем не напоминал того юношу, который с невинным лицом вымещал зло на своих стражниках, осыпая их оскорблениями по-валлийски. А в Мелисент никто бы не узнал девушку, собиравшуюся постричься в монахини, не имея ни малейшего понятия ни о браке, ни о монашеском призвании.

— Ну что же, организовано безупречно, — сказал Кадфаэль беспристрастным тоном. — Пойду и поставлю всех в известность — здесь и в Шрусбери.

Он уже почти прикрыл за собой дверь, когда его окликнул Элис:

— Зайди потом ко мне и помоги одеться. Хотелось бы встретить Хью Берингара на ногах и в приличном виде.

Днем Элис встретил Хью Берингара именно так. Тот прибыл расследовать исчезновение преступника. У Хью был хмурый вид, черные брови насуплены. В скромной гостиной матери Марианы перед ним стояли Элис и Мелисент. Кадфаэль надел на юношу рубашку, штаны и куртку, а Мелисент расчесала ему густые волосы, так как из-за боли в руке он не мог справиться с этим сам. Сделав первые нетвердые шаги, он сильно рисковал упасть, и сестра Магдалина, бросив на него оценивающий взгляд, принесла палку. Когда Элис был готов, он выглядел совсем юным, опрятным и торжественным, но несколько напуганным. Юноша стоял слегка согнувшись, так как из-за сломанного ребра дышал он с трудом. Мелисент готова была подхватить его.

— Вместо себя в Уэльс я отправил Элиуда, так как обязан ему жизнью, — вымолвил Элис, напряженный от страха и решимости. — Но я в вашем распоряжении, и вы можете делать со мной все, что сочтете нужным.

— Ради Бога, сядь, — резко остановил его Хью. — Мне не нужны мученики. Сядь и успокойся. Меня не интересуют герои.

Покраснев, Элис послушно сел, не сводя глаз с мрачного лица шерифа.

— Кто тебе помогал? — с ледяным спокойствием спросил Хью.

— Никто. Я один осуществил этот план. Люди Овейна поступили так, как я им велел.

Утверждая это, Элис ничем не рисковал, так как валлийцы были уже далеко, в Уэльсе.

— Мы осуществили этот план, — твердо сказала Мелисент.

Хью оставил ее слова без внимания или сделал вид.

— Кто тебе помогал? — с ударением повторил он.

— Никто. Мелисент знала, но не принимала участия. Я один виноват во всем.

— Значит, ты один перенес своего двоюродного брата в другую кровать. Просто чудеса! Человек, который не может ходить, берет на руки и переносит другого. Насколько мне известно, Элиуда ап Гриффита отнес на носилки некий мельник из этих краев.

— Внутри было темно, да и снаружи только начинало светать, — твердо сказал Элис. — И я…

— Мы, — вмешалась Мелисент.

— …я хорошо укутал Элиуда, так что его не было видно. Джон лишь предложил помочь из доброго отношения ко мне.

— Элиуд знал об этом заговоре?

— Нет! — с жаром выпалили оба.

— Нет! — повторил Элис дрожащим голосом. — Он ничего не знал! Я подлил ему в питье большую дозу макового отвара, который брат Кадфаэль давал нам сначала, чтобы облегчить боль. От него крепко спят. Элиуд так и не проснулся, когда его уносили. Он не знал! Он бы никогда на это не согласился.

— Но ты же прикован к постели! Как тебе удалось достать этот отвар?

— Это я украла фляжку у сестры Магдалины, — сказала Мелисент. — Спросите у нее!

Хью не сомневался, что сестра Магдалина подтвердит это с самым серьезным и озабоченным видом, и ничего не собирался у нее спрашивать. А также у Кадфаэля. Оба тактично устранились от этого допроса, и судья оказался наедине с обвиняемыми.

Повисло тяжелое молчание. Хью угрюмо созерцал их обоих, затем повернулся к Мелисент.

— Но ведь именно ты имеешь полное право требовать у Элиуда расплаты, — обратился он к девушке. — Неужели ты так быстро простила его? Кто же в таком случае осмелится возражать?

— Я не уверена, знаю ли я в точности, что такое прощение, — ответила Мелисент, помедлив. — Но мне кажется, что было бы печально, если бы один дурной поступок, как бы страшен он ни был, перевесил все добрые дела человека. Мир многое бы потерял. Я не хочу больше смертей. Одной вполне достаточно, а вторая смерть не поможет делу.

Вновь наступило молчание, более долгое, чем в первый раз. Элиса трясло от неизвестности. Наконец Хью резко поднялся:

— Элис ап Синан, я не стану выдвигать против тебя обвинения и преследовать по закону. Передохни здесь, наберись сил. Твой конь все еще на конюшне в аббатстве. Когда сможешь сидеть в седле, разрешаю тебе последовать за своим молочным братом домой.

Не успели они вымолвить ни слова, как Хью вышел из комнаты и дверь за ним захлопнулась.

Ранним вечером Хью возвращался в Шрусбери, и брат Кадфаэль немного проводил своего друга. Уже несколько дней стояла теплая погода, на деревьях по обе стороны дороги зеленели весенние почки. Взволнованно пели птицы — пришло время вить гнезда и выводить птенцов. Время, когда многое начинается и когда не следует думать о смерти.

— А что мне было делать? — спросил Хью. — Этот юноша никого не убивал, и, хотя он настаивает, чтобы я надел петлю на его красивую шею, вешать мне его не за что. Если уж вешать, то обоих. Видит Бог, даже такой решительной девушке, как Мелисент, да и той, из Трегейриога, не по силам разлучить эту парочку. А две жизни за одну — такая сделка несправедлива. — Сидя на своем любимом сером жеребце, он взглянул на Кадфаэля и улыбнулся. Впервые за последние дни в улыбке его не было ни сдержанности, ни иронии. — Как много ты знал?

— Ничего, — честно ответил Кадфаэль. — Догадывался я о многом, но, не кривя душой, могу сказать, что знать ничего не знал и пальцем не пошевелил.

Просто Кадфаэль смотрел на все происходящее, прикинувшись слепым и глухонемым. Хью прекрасно это понимал. И было ясно, сколь в душе благодарен другу шериф за то, что теперь ему не нужно вершить правосудие.

— Что станет с ними теперь? — размышлял вслух Хью. — Элис поедет домой, как только ему станет лучше, и официально попросит руки своей девушки. У Мелисент нет родственников — только брат матери, но он в Кенте, вместе с королевой, и с ним не связаться. Я полагаю, сестра Магдалина посоветует девушке ехать к мачехе и ждать там, чтобы все было сделано, как принято. Мелисент благоразумна и прислушается к подобному совету, ибо теперь, уверенная в том, что в конце концов получит желаемое, она сможет спокойно ждать. Но как же вторая пара?

43
{"b":"21930","o":1}