ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вы только посмотрите… – с усмешкой протянул незнакомец. – Наша Кэт показывает коготки!

Она снова вспыхнула, но на сей раз не от смущения. Нет, какое-то совсем иное чувство заставило ее покраснеть. Этот человек откровенно насмехался над ней, однако она молча смотрела в его серые глаза словно загипнотизированная.

В кабинете снова воцарилось тягостное молчание. Но почему? Ведь этот незнакомец, которого никто не звал, явился сюда как раз в тот момент, когда все были заняты обсуждением весьма деликатной семейной проблемы. Более того, он откровенно веселился и, похоже, даже издевался над всеми присутствующими.

Тут Кэтрин наконец не выдержала и, окинув незнакомца презрительным взглядом, осведомилась:

– А кто вы, собственно, такой?

Незнакомец снова усмехнулся:

– Неужели не знаете? Я был уверен, что знаете, не можете не знать. – Он почти слово в слово повторил то, что она сказала ему на террасе; он словно передразнивал ее.

Коул шагнул к ней и коснулся ее локтя:

– Кэтрин, это Доминик. – Мужчины смотрели друг на друга с явной враждебностью. – Доминик – мой беспутный брат.

Тут у Кэтрин вырвалось «ах!», которое свидетельствовало о крайней степени удивления. Так это брат Коула?

За прошедший год ей не раз случалось слышать об этом человеке, но она никогда его не видела. Со слов Коула она поняла: Доминик Мэллори, как паршивая овца, был давно исторгнут из лона семьи, и это ни у кого не вызвало особых сожалений. Ларисса выходила из комнаты при одном упоминании имени ее младшего сына.

Только Джулия говорила о своем младшем брате с приязнью.

И вот этот человек, которого не признавали в его собственной семье, стоит рядом с ней и смотрит на нее, разглядывает ее. Она же не находит в себе сил отвернуться. Совсем не таким она представляла его по описаниям Коула. Собственно, он даже внешне разительно отличался от светловолосых членов семейства. И он… он был необыкновенно хорош собой.

Заметив, в каком она состоянии, Доминик дерзко ухмыльнулся. Тут Кэтрин наконец сделала над собой усилие и отвернулась. Но она по-прежнему чувствовала, что он стоит у нее за спиной. Его присутствие ощущалось, словно жар от пылающего камина, казалось, оно проникало в ее тело.

Собравшись с духом, Кэтрин попыталась вернуть разговор в прежнее русло, однако Юстасия тут же проговорила:

– Кэтрин, попридержи-ка язык! Леди Харборо думает о твоем будущем, и тебе об этом не грех тоже подумать.

– Прошу простить меня, миледи, если мой ответ показался вам излишне резким, – сказала Кэтрин, бросив взгляд на Лариссу (однако леди Харборо ее не слушала; взгляд ее по-прежнему был прикован к лицу младшего сына). – Тем не менее, я повторяю: нет никакой необходимости…

Тут Коул, положив руку ей на локоть, заставил ее замолчать.

– Кэтрин, мы все оказались в очень непростой ситуации. Но до конца еще ничего не ясно. Давай отложим споры на потом, хорошо?

Прикосновение жениха было точно таким же, как всегда, однако ей вдруг показалось, что Коулу явно чего-то не хватало. Особенно если сравнивать Коула с его пылким братом, присутствие которого она до сих пор ощущала. А ведь Доминик к ней даже не прикасался.

– Я просто хотела… – начала Кэтрин, но ее жених покачал головой.

– Может, тебе лучше пойти в свою комнату и отдохнуть? – спросил он. – Новость, должно быть, сильно взволновала тебя.

Она пристально посмотрела на него.

– Взволновала? – Это слово казалось ей в данной ситуации чрезвычайно оскорбительным.

Он кивнул и улыбнулся ласково.

– Совершенно верно. Иди к себе. Немного погодя я зайду к тебе, и мы вместе попробуем найти выход из этого непростого положения. Выхода который был бы приемлемым для всех заинтересованных сторон.

Коул отвернулся, прежде чем она успела хоть что-то ответить, и повернулся к брату. Ласковое выражение, которое она так привыкла видеть в глазах своего жениха, исчезло, и теперь глаза его метали молнии. Таким она Коула никогда раньше не видела. Кэтрин невольно попятилась от него, но он этого даже не заметил.

– Мне необходимо поговорить с моим братом наедине, – заявил Коул. – Уверен, он явился сюда не без причины.

Кэтрин покачала головой. Нет, она не допустит, чтобы ее отодвинули в сторону только из-за того, что Коулу вздумалось выяснять отношения со своим младшим братом. Она хотела, чтобы они вдвоем присели где-нибудь и спокойно обсудили, что же им делать дальше. Хотела, чтобы в этой сложной ситуации к ней отнеслись как к взрослому человеку, а не как к ребенку.

– Но, Коул…

– Позже. – Он сказал это как отрезал.

И тут Кэтрин вдруг повернулась и посмотрела на Доминика Мэллори. Было совершенно очевидно, что он, как и Коул, возбужден и разгневан, но младший брат владел собой гораздо лучше, чем ее жених… ее бывший жених.

Содрогнувшись, Кэтрин отошла от мужчин. Вероятно, у них все было не так просто, и она не понимала, что именно происходило между ними. Не понимала и не хотела понимать, по крайней мере, сейчас. Да, сейчас у нее были совсем другие заботы.

– Полагаю, Коулден прав, – сказала Ларисса, с тревогой глядя на сыновей. Однако она до сих пор не поприветствовала Доминика. Что он мог натворить, чтобы заслужить подобное отношение? – Пойдемте, я провожу вас в ваши комнаты, – добавила Ларисса, взглянув на Уолуортов.

И леди Харборо вежливо выпроводила опекунов Кэтрин из кабинета. В дверях она обернулась:

– Пойдемте же.

Джулия бросила на мать сочувственный взгляд и тоже вышла, сказав:

– Я займусь гостями. Пора подавать кареты. Думаю, в дальнейшем продолжении празднования в честь грядущего бракосочетания особого смысла нет.

Кэтрин смотрела на Коулдена в надежде, что жених подаст ей какой-нибудь знак и вся эта ситуация в конце концов разрешится. Но он проигнорировал ее вопросительный взгляд. Похоже, он вообще ее не замечал – глядя куда-то в сторону, положил ладонь ей на спину и осторожно подтолкнул к двери, где ее ждала Ларисса.

Опешившая от того, что ее выставляют с таким хладнокровием, Кэтрин в дверях обернулась, чтобы попросить жениха подумать получше, но Доминик уже закрывал дверь. И последний момент она опрометчиво взглянула ему в глаза. Стальной блеск этих серых глаз завораживал… и согревал. Ничего подобного она никогда прежде не испытывала.

5
{"b":"21934","o":1}