ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Я и не думал, Дож, что у тебя есть связи с разбойниками.

– Лукка, честное слово, не подумай плохого. Просто я попался к нему в руки в одном трактире. Оказывается, он уже слышал обо мне и о том, чем я занимаюсь. Так сказать, о моем основном ремесле.

– Да? Тогда, может, объяснишь заодно и мне, чем же ты занимаешься?

Гном затянул потуже дорожный мешок, взвесил на ладони полученный должок и ухмыльнулся:

– Я игрок, Висельник. Профессиональный карточный игрок. Кстати, очень хороший.

– Тогда в Уилтаване тебя взяли по обвинению в карточном мошенничестве, ведь так?

– Ну, бывает иногда! Трудно себя сдерживать. Представь, играешь ты против законченных лохов. Играть не умеют, денег – пруд пруди, а понта, понта! И что, возиться с ними сутки-двое напролет, пока последнюю монетку не вытянешь? А так, раз-другой смухлевал, ставку увеличил, полдня и сэкономил!

– А Шера тоже обжулил?

– Нет! – гном приложил руку к груди. – То была честная игра!

– Парни, вы уже готовы? – Опустив голову, чтобы не стукнуться о притолоку, вошел кентавр.

– Почти, а вы? – поднял над головой собранные котомки Дож.

– Не совсем, – хмыкнул кентавр, – Куп еще дрыхнет.

– То есть?. – выступил я вперед.

– Ну, он вернулся только под утро. Как раз только светать начинало.

– Так… нормально… – уселся на кровать гном, – а Винетта?

– Тоже спит. Я посылал к ней служанку, но та ее так и не смогла поднять. Видно, легла поздно.

– Ужралась вчера, что ли? – высказал я предположение. – Только вот когда она успела?.

– Да нет… – Дырявый Мешок поскреб подбородок. – Не могут утром подняться не только с перепоя, но и… – Гном быстро взглянул на Дио. – Ты думаешь?

– Я уверен! – захохотал тот. – Я же вчера говорил, этот парень способен на многое!

– Ох, – качнул головой Дож, – только этого еще не хватало!..

– Да лишь бы на здоровье, дружище!

– Стоп! Стоп! – невежливо ворвался я в разговор. – О чем речь, мужики?! Кто-нибудь может мне объяснить?

Те переглянулись. Долго… молча… пялились намою непонятливую физиономию. Слово взял гном:

– Лукка, давно хотел спросить… Сколько тебе лет?

– Это что, имеет значение? Если да, то я встретил четырнадцать зим и собираюсь в этом году встретить свою пятнадцатую весну!

– Так тебе еще нет и пятнадцати? – промямлил гном.

– Да, через год меня посвятят в мужчины племени! А в чем дело? При чем здесь это?

– Вот это да!.. – восхищенно покачал головой Дио. – Парень, а как же тогда выглядят взрослые мужчины твоего племени?

– Есть и поменьше меня, есть и побольше.

– Теперь до тебя дошло, почему он называет себя троллем? – кивнул в мою сторону гном.

– О да… – забыл закрыть свою пасть кентавр.

– И все же, – решил я довести наш разговор до конца, – при чем здесь все вышесказанное?

– Ох, Лукка, – поднялся гном на ноги, – сейчас попробую тебе все объяснить.

То, что рассказал потом гном, привело меня в тихий, трепетный ужас. Оказывается, то, что происходило у нас в Вечной Долине каждый год на Праздник Весны, имело под собой не только религиозную и историческую основу, но и… здесь цитирую гнома: “сексуально несдержанный характер”. Дальше. Те слова, которые временами употребляли гном, кентавр, Ватгиль, несли в себе не символическую, как я до этого дня думал, нагрузку, а вполне жизненную, реальную. Да, я знал, что ругань, слова Отродья – это нехорошо! Я всегда думал, что то, что они означают, делают все… с гоблинами… И это вполне нормально, потому как просто так положено… Но оказывается, не только с ними! И что для меня явилось полным шоком, так это то, что где-то в чем-то ритуал Праздника Весны был не ритуалом, а… а… а средством… продолжения… рода… Кто-то, может быть, и будет смеяться, но до сегодняшнего дня я был просто уверен в том, что маленьких тролликов приносит на своих кожаных крыльях большой толстый Белый Тролль.

Когда меня второй раз вытошнило, гном с кентавром поспешили объяснить, что это не так уж и плохо на вкус, как слышится, а более того, вполне нормально и даже очень приятно.

– Поверь, парень, от этого ощущение круче, чем от выпивки! – поддакивал гному Дио.

– Да?! – не поверил я на слово – То-то тебе было “круто” в монастыре, когда тебя монашки…

– Счас объясню, – выставил вперед ладони Дио. – Вот если ты, например, весь день таскал разные тяжести или изрядно перепил спиртного, что с тобой будет наутро?

– Если тяжести – то спина, плечи, руки будут болеть. А если пережрал, то голова.

– Правильно' Так и здесь – все хорошо в меру! Видишь ли, это тоже отнимает некоторые силы. Вот и все!

– Ладно. У меня пока только один вопрос. А как почувствовать, найти того, тьфу – ту, которую… с которой… – Я окончательно запутался.

– О, дружок, – широко улыбнулся Дио, – это ты почувствуешь сам, без всякой помощи.

– И как?

– Душой, сердцем, – выступил вперед Дож. – Только запомни два правила в этом деле. Первое – никогда не спеши. Не форсируй события. Все придет само. И второе, подтверждающее первое. Женщину не находят. Находят неприятности на свою голову. Женщину встречают…

Только после позднего, правда, очень плотного обеда мы, прикупив все, что надо, и еще одну пару лошадей, тронулись в путь.

Я украдкой посматривал на Купа с Винеттой, но ничего такого, каких-то особых перемен в них не заметил. Вроде бы такие же, как и вчера. Единственное только, когда девушка встречалась взглядом с эльфом, лицо ее наливалось румянцем, глаза начинали блестеть, а на губах появлялась милая улыбка. Примерно то же самое происходило и с эльфом при етентичных обстоятельствах. Видя все это, Дио прятал в бороду ухмылку, а если не получалось, то делал вид, что зевает, прикрываясь своим кулачищем.

Вот так оно все и продолжалось вплоть до самого Заблудшего Леса. Правда, мы бы до него доехали намного быстрее, если бы не эта молодая парочка, раза два исчезавшая на полдня из поля зрения. Дио при этом ржал, как лошадь, повторяя, наверное, в сотый раз: “Этот парень! Я же говорил!”, а гном, поеживаясь, оглядывался вокруг и причитал: “Так ведь холодно же! Холодно же вокруг!” Я, в свою очередь, ничего не говорил. Я просто пытался осмыслить то новое, что узнал за последние четыре дня.

Так или иначе, подгоняемые легкой метелью, мы втащились в ставший почти родным Заблудший Лес.

Навстречу из пещеры, подбирая полы мантии и опять же наступая на них, вылетел мастер Скорпо.

– Привезли? – Ни “здрасьте”, ни “как здоровье”! Глаза горят, бородка трясется, пояс вообще по земле волочится. – Ну?.. НУ-У-У?!

Ох, и зачем же так нервничать!

Гном не спеша слез с козел. Не спеша привязал лошадей к столбику. Следом вылез я. Скорпо подскочил вплотную, пытаясь заглянуть мне через плечо внутрь кибитки.

– Есть серьезный разговор, мастер, – насупил брови Дырявый Мешок, а тем временем, кряхтя, наружу вылазил Диондолл-Странник.

Скорпо хотел было что-то сказать, но замер, глядя на это чудо природы. А что было с его лицом, когда на полянке во всей своей красе появился эльф?!

– Ой… а чего вас так много… стало?..

– А так получилось, – это на сцене появилась Винетта Вильсхолльская. Огненные ее кудри разметались по пышной овечьей душегрейке, из-под которой торчали “длинные стройные ножки” в кожаных штанишках в обтяг.

– Пламя вулкана, а не девка! Слышь, что говорю, старик? – панибратски облокотился на плечо колдуна кентавр.

– Ась? – попытался взглянуть вверх маг. – Вы бы это…

– Что? – широко улыбнулся Дио.

– УБЕРИ СВОЮ РУКУ С МОЕГО ПЛЕЧА! – взревел колдун, пытаясь освободиться от обнаглевшего гиганта. – Что это за манеры такие? Убери свою роухсе клешню, пока она еще при тебе, южное жакхе!

– Больно, что ли? В смысле неприятно? Так бы сразу и сказали, – удивленно отступил назад кентавр. – Зачем же так орать?

52
{"b":"21937","o":1}