ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Знаешь чего, Малек, я разрешаю тебе идти первым. Здесь. И сейчас.

— Спасибо, господин!

И столько счастья в голосе, что мне аж неловко стало. Словно пацан получил все награды этого мира. Может, и впрямь зверушка совсем безобидная?..

Мы вышли из переулка и то, серо-зеленое, оказалось деревом. Похожим на елку. Только иглы длинною в ладонь. И растут пучками, вниз. А еще на дереве красные и синие сосульки висят. Не хватало только деда Мороза со Снегуркой и подарков. Хотя, один подарок я уже видел. Зубастый. Если остальные такие же, то извините, дорогие хозяева, я очень спешу.

Только подошли к елке и сразу стало темнее. Как вечером.

Ну, повертел головой, посмотрел наверх облако. Небольшое, светло-серое. Прикрыло солнце. И тут же послышался странный треск и шорох.

Сосульки.

Они лопались в длину. Становились толще. Разворачивали широкие лепестки, выставляя наружу желто-мохнатое нутро. Легкий порыв ветра, и дерево оказалось в облаке пыльцы. Яркой, блестящей. Словно началась золотая метель.

Закрывались цветы так же быстро, как и открылись. Будто я смотрел фильм из жизни растений, прокрученный от конца к началу. Когда солнце выбралось из-за облака, цветы опять притворялись сосульками.

А вокруг дерева ящер охотился на бабочек.

— Господин, мы идем?..

Я так засмотрелся, что не сразу вспомнил, куда мы шли и зачем.

Сразу за елкой начались сады.

Решетки выше человеческого роста, заросшие чем-то зеленым. Так густо заросшие, что ничего за забором не видно. Кое-где над забором склонялись ветки. Некоторые даже с плодами.

— Малек, а вот и твой биста, — я потянулся к ветке.

И тут же получил в бок и по руке.

Хорошо, улица шире переулка оказалась. А то б впечатался в забор напротив.

— Вы чего, с ума сошли, оба-двое?

Малек опустил голову. Нортор убрал от меня руки. Вот кто удержал меня на средине улицы.

— Прости, господин.

Крант извиняться не стал. Только подошел к забору и остановился под моей веткой.

— Смотри, нутер.

Я смотрел.

Медленно, очень медленно, Кран стал поднимать руку. Он почти выпрямил ее, когда из листьев показалась узкая буро-зеленая морда. Открылась зубастая пасть, задергался тонкий язык.

— Это стаж, — шепнул Малек. Защита от чужих.

— Это тоже защита, — сказал нортор и стал чуть ближе к забору. Видишь?

— Нет.

Какой-то скрип и шелест я слышал, но что бы это значило, не понял.

— Господин, ты не туда смотришь. Плащ…

Тогда и я увидел. Там, где ткань коснулась забора, из него высунулись шипы. Не очень длинные. С ладонь. Крант согнул шип пальцем, отпустил. Тот гибко выпрямился.

— Хороший заборчик. Прям, мечта йога.

Оберегатель услышал мое бормотание. Отцепился от хорошего заборчика, стал слева от меня. Малек пристроился справа и на шаг впереди.

Ну, понятно, приказа идти за мной я не давал.

— Нутер, если твой друг хочет такую защиту…

— Какой друг?

— Йо-Га…

Осторожно, будто слово могло укусить, сказал Крант.

— Я пошутил. Забудь.

— Как пожелаешь, нутер.

Несколько минут мы поднимались молча. Не такой уж крутой подъем, но болтать почему-то не хотелось. Пустая улица, живые, колючие заборы и ни одного прохожего, кроме нас. Только где-то впереди и слева слышно трещотку паланкидера.

Значит, здесь все-таки есть люди. Живут, принимают гостей. А от незваных отгородились непролазными зарослями. По всему выходит, не дураки в этом районе живут.

Малек внезапно дернулся, потом обернулся ко мне. С улыбкой на физиономии и гранатой в руке.

— Это тебе, господин, — протянул он подарочек.

— Спасибо, — я посмотрел на буро-зеленое яйцо. Брать почему-то не хотелось. Жуй сначала ты.

Малек быстро кивнул, потом хрясь! — разломил плод. Нутро оказалось спело-арбузное, с белой косточкой. И пахло от него фруктовым коктейлем.

Пацан сунул половинку в рот, зажмурился от удовольствия. Так, с закрытыми глазами, он и жевал. Морда у него сделалась такая, что я не выдержал.

— Ладно, Малек, уболтал. Половину я, пожалуй, попробую.

Пацан вздрогнул, открыл глаза и… второй кусок плода шлепнулся мне под ноги.

— Прости, господин. Я тебе еще поймаю.

А сам бледный, испуганный и голос дрожит.

— Ладно, иди, лови.

И он пошел.

Я остался на месте. Смотрел, как ящерка спускается по забору, бежит по улице, ест сочную мякоть, грызет косточку.

— Крант, чего это с ним?

Малек шел так, будто ждал выстрела в спину.

— Ты приказал, он услышал и делает.

— Блин, кажется, я чего-то не то приказал.

Нортор посмотрел на уходящего пацана, потом на меня и… ничего не ответил.

— Говори, Крант. Я знаю, ты оберегатель, а не советчик. Но мне надо знать, чего такого я ляпнул. Здесь не принято делить десерт? Или хозяину нельзя доедать за слугой? Или мне нельзя этого есть? Говори!

Крант вздохнул. Обычно, он дышит так тихо, что и не слышно. Словно он совсем не дышит. А тут…

— Нутер, я… скажу. Если ты прикажешь мне.

И мне вдруг стало страшно. И холодно. Как в горах перед рассветом.

— Крант, я не буду приказывать. Если это такая большая тайна, то и хрен с ней. Не можешь ничего сказать, не говори. А если можешь, ну, хоть чего-нибудь… то не молчи. Прошу тебя, Крант.

Ящерка доела и побежала к забору. Нас она совсем не боялась. Или в упор не замечала.

— Хозяин ест после слуги. Редко. Если ему это очень нужно.

Я молча ждал продолжения. Потемнело. Опять солнце спряталось за облако. Крант тоже посмотрел наверх. Потом спросил. Едва слышно:

— Нутер, тебе это очень нужно? Ты без этого не сможешь?..

Я пожал плечами. Нортор замолчал и приступил к работе. Нацепил на лицо сонно-пофигистское выражение. Типа, служим, защищаем, на работе не болтаем. А я смотрел, как Малек возвращается, и думал. Не так уж много я узнал из Крантовой болтовни. И еще меньше понял. Но одно я точно знал: это мне не нужно. Без этого я смогу. Не знаю, правда, без чего.

Пацан подошел, разломил фрукт, стал жевать половину. Словно кусок земли в рот запихнул. Или поаловой лепешки. Вторую половину гранаты протянул мне. Молча.

— Не-а. Жри сам. А мне целую принесешь. Я распробовать хочу.

И опять сочно-красный кусок шлепнулся на плиты. Объестся сегодня ящерка.

43
{"b":"21941","o":1}