ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Приехав во Псков, Царь оказался пленником в руках изменников, отрезанным от Ставки и от семьи. Князь С.Е. Трубецкой, пытавшийся попасть к Царю, убедился, что Царь находится в положении арестанта, к нему никого не пускают.664 Причем охрана осуществлялась военными часовыми, подвластными главнокомандующему Северным фронтом масону генералу Рузскому.665 Для встречи с Царем требовалось особое разрешение Рузского. Многие, даже близкие люди не могли попасть к Царю, перехватывалась вся корреспонденция, и прежде всего письма Царицы и верных Царю людей.

После разговора с Рузским Царю и его ближайшему окружению стало ясно, что «не только Дума, Петроград, но и лица высшего командования действуют в полном согласии и решили произвести переворот» (генерал Дубенский).666 Рузский прямо заявил, что сопротивление бунтовщикам бессмысленно и что «надо сдаваться на милость победителя».

Генерал Дубенский рассказывает, какое чувство негодования, оскорбления испытали все верные Царю: «Более быстрой, более сознательной предательской измены своему Государю представить себе трудно. Думать, что Его Величество сможет поколебать убеждения Рузского и найти в нем опору для своего противодействия начавшемуся уже перевороту, – едва ли можно было. Ведь Государь очутился отрезанным от всех. Вблизи находились только войска Северного фронта под командованием того же генерала Рузского, признающего “победителей”».667

Один из близких Царю людей предлагает арестовать и убить Рузского. Но все понимают, что положение этим не изменишь, так как Рузский действует в полном согласии с начальником штаба Ставки генералом Алексеевым, по сути дела, принявшим на себя обязанности Верховного главнокомандующего и поэтому контролирующим все вооруженные силы.

Тем временем в Ставке ночью с 1-го на 2 марта составляется проект манифеста об отречении Государя от Престола.

С позиции знаний сегодняшнего дня совершенно ясно, что решительные действия царского окружения по подавлению мятежа, отстранение от власти в армии генералов-изменников даже еще утром 2 марта были возможны. Да и сами изменники чувствовали себя очень неуверенно и больше блефовали, чем были действительно уверены в себе. Как справедливо говорил находившийся рядом с Царем генерал Нилов, нельзя было идти на уступки. «Давно идет ясная борьба за свержение Государя, огромная масонская партия захватила власть, и с ней можно только открыто бороться, а не входить в компромиссы».668

Но шли часы, а Царь оставался в прежней изоляции, не получая ни одной весточки от семьи, а вся информация шла через руки генералов-изменников.669 Царь был подавлен предательством генералов, всегда уверявших его в верноподданнических чувствах и предавших в трудную минуту. Кто-кто, а они-то уже знали, сколько сил и труда Государь положил, чтобы сделать армию боеспособной и подготовить ее к предстоящему весеннему наступлению. И в этот момент они объявляют его «помехой счастью России» и требуют оставить Трон. Изменники обманывают Царя, внушая ему мысль, что его отречение «принесет благо России и поможет тесному единению и сплочению всех народных сил для скорейшего достижения победы».

Ночью после разговора с Рузским Государь принимает решение отказаться от Престола в пользу своего сына при регентстве брата Михаила Александровича. Но он, по-видимому, все еще надеется на армию.

Хотя реально связь между Государем и Ставкой армии потеряна не была, генерал Алексеев, по сути дела, отстранил Царя от контроля над армией и захватил власть в свои руки. Не имея на то никаких прав, он вступил в исполнение обязанностей Верховного главнокомандующего. Пользуясь своей властью, он рассылает циркулярный запрос командующим армиями. Этот запрос информационной части грубо фальсифицировал реально сложившуюся обстановку, утверждая, что войска деморализованы и войну можно продолжать только при выполнении требований об отречении Царя. Обращаясь к командующим армиями, Алексеев утверждал, ссылаясь на Родзянку, что «обстановка, по-видимому, не допускает иного решения»670 и тем самым навязывает им, не имеющим другой информации, желаемый для заговорщиков ответ. Алексеев передает командующим фронтами671 результаты переговоров руководства армии с руководителями Государственной Думы. В этих переговорах также намеренно сгущаются краски и положение вещей представляется в свете, выгодном для революционной бесовщины. Сообщается, что беспорядки охватили большую часть России, и в частности Москву. Это была неправда. Беспорядки наблюдались только в Петрограде и Кронштадте, в Москве же и других городах России законная власть полностью контролировала обстановку. Масоны Алексеев, Рузский и Родзянко, «охваченный» плотным масонским окружением, шли на прямое государственное преступление, интерпретируя события в искаженном виде.

Ответы командующих армиями соответствовали той информации, которая была ими получена от Алексеева и Родзянки. С болью в душе еще не зная, что их обманывают, поверив, что дела действительно так плохи и иного пути нет, они соглашаются на отречение. Последний ответ приходит во Псков в 14.50, а около трех Царь направляет телеграммы председателю Государственной Думы и начальнику штаба Верховного главнокомандующего. «Нет той жертвы, – говорится в первой из них, – которую я не принес бы во имя действительного блага и для спасения родной матушки России. Посему я готов отречься от Престола в пользу моего сына с тем, чтобы он оставался при мне до совершеннолетия, при регентстве брата моего великого князя Михаила Александровича».672

Но даже отдав телеграммы Рузскому, Государь еще колеблется, у него возникают сомнения и он требует от Рузского остановить отправление телеграмм и вернуть их ему. Однако Рузский не отдает телеграммы.

Царь, по-видимому, еще надеется на своих верноподданных, верит, что поддержка придет. Но проходят мучительные часы, а помощь не приходит. Около 10 часов из Петрограда приезжают представители «революционной общественности» – злейший враг Царя масон А.И. Гучков673 и активный сотрудник масонского Прогрессивного блока лжемонархист В.В. Шульгин. Присутствие последнего среди хора требовавших его отречения, наверное, окончательно погасило последнюю надежду Царя.

И все же до самого последнего момента заговорщики боялись, что отречение Царя не состоится, что он поднимет армию, объявит бунтовщиков вне закона и военной силой подавит измену. На переговорах с Царем об отречении Гучков внушает Государю мысль, что надежных военных частей нет, что все части, которые подъезжают к Петрограду, революционизируются, и что у Царя нет шансов на иной исход, кроме отречения. Конечно, это была ложь. В резерве Ставки такие части были, некоторые же могли быть переброшены с фронта. Царю как никогда требовалась поддержка военных, но в тот момент рядом с ним находились не соратники, а изменники.

Рузский, который присутствовал при беседе Гучкова и Шульгина с Государем, авторитетно подтвердил ложное утверждение Гучкова, что у Царя не осталось верных частей для подавления мятежа. «Нет такой части, – заявил Царю Рузский, – которая была бы настолько надежна, чтобы я мог послать ее в Петербург».674 В дело идет даже прямой шантаж. Представители «общественности» не гарантируют жене и детям Царя безопасности, если он вовремя не отречется.

2 марта в 3 часа дня Государь подписывает отречение от Престола в пользу брата, великого князя Михаила Александровича, а вечером записывает в своем дневнике: «Кругом измена и трусость и обман».

вернуться
664

Трубецкой С.Е. Указ. соч. С. 150.

вернуться
665

Масон Рузский был тесно связан с сионистскими кругами и покровительствовал им. Весьма характерно, что его дочь В. Рузская еще до 1917 года вышла замуж за известного сиониста Ноя Давидсона, справляла свадьбу в синагоге и сама перешла в иудейство (Сегодня.(Латвия), 15.1.1927).

вернуться
666

Отречение Николая II., С. 61.

вернуться
667

Там же.

вернуться
668

Там же. С. 65-66.

вернуться
669

Среди многочисленных царских военачальников только небольшая часть отказалась присягнуть самозванному Временному правительству. И лишь двое из них, рыцари чести и преданности Государю – генералы Ф.А. Келлер и Г. Нахичеванский, телеграфировали Царю, предлагая себя и свои войска для подавления изменников.

вернуться
670

Отречение Николая II… С. 237.

вернуться
671

Среди которых был еще один высокопоставленный масон – генерал Брусилов.

вернуться
672

Отречение Николая II… С. 240.

вернуться
673

Отправляясь в Ставку, Гучков, по-видимому, рассчитывал получить от Царя не только отречение, но и назначение на пост премьер-министра. В архивах сохранился один из вариантов предполагаемого правительства: «Регент – Михаил Александрович, Верховный главнокомандующий – Николай Николаевич, премьер-министр – Гучков, министр путей сообщения – Бубликов, иностранных дел – Милюков, торговли и промышленности – Шингарев, морской – Григорович, военный – Поливанов, командующий в Петрограде генерал-ад. – Иванов, нар. просвещения – гр. Игнатьев» (ГАРФ, ф. 97, д. 40, л. 39). Но состоявшийся перед встречей с Царем разговор с Рузским, который находился в прямом контакте с Временным комитетом, по-видимому, заставил его подчиниться масонской дисциплине.

вернуться
674

Вопросы истории. 1991. №7/8. С. 210.

140
{"b":"21957","o":1}