ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Там... — только и смог выговорить Толян, указывая наверх.

— Не волнуйся, это Мотя, — успокоил друга Солнцевский.

— Я так и понял, — философски заметил кандидат в депутаты Государственной думы.

— Ну так как насчет баньки и ужина? — не унималась Соловейка.

Толян бросил очередной взгляд на Мотю, потом на то, что осталось от иноземного воинства, и отрицательно махнул головой.

— Нет, никак не могу. Сами понимаете, выборы на носу, так что дорог буквально каждый день, — потом он немного поразмыслил и добавил: — И потом, мне кажется, что Змей Горыныч — это не самое удивительное, что я смогу увидеть, отправившись с вами. А я просто не уверен, что готов ко всему этому.

— Может быть, как-нибудь в следующий раз?

— Может быть, — пожал плечами Толян, — но по-любому, спасибо за приглашение.

— А тебе спасибо за помощь, — поблагодарил друга Илюха и крепко пожал ему руку.

— Не вопрос. Всегда готов помочь другу.

Тут Толян еще разок бросил взгляд на Мотю и быстро засобирался домой подобру-поздорову, чтобы окончательно не травмировать свою психику. Ведь он готов был поклясться, что центральная и левая голова Змея ему подмигнули, а правая показала язык.

Проверка технического состояния джипов прошла довольно успешно. Несмотря на свой безнадежно испорченный внешний вид, в общем и целом двигаться они могли. Глядя, как привлеченные на общественно-полезные работы иноземные послы под присмотром его людей меняют колеса, Толян кликнул своему рогатому проводнику:

— Изя, собирайся, будешь дорогу показывать. А то я без тебя и не выберусь.

— Я дико извиняюсь, но по не зависящим от меня причинам проводить вас не смогу, — тут же отозвался черт. — Но вы вполне благополучно выберетесь и без меня.

— Ты... — начал было будущий депутат Государственной думы, но черт его тут же остановил:

— Таки я не заслужил того, чтобы мне доверяли? — скромненько поинтересовался он и, не дожидаясь очевидного в данном случае ответа, продолжил: — Когда будете готовы, садитесь по машинам, берете эту штучку, цепляете на себя и переворачиваете вверх ногами.

— И?

— И в то же мгновение находите дорогу.

С этими словами Изя протянул Толяну две «октябрятские» звездочки.

— Издеваешься? — поинтересовался тот, разглядывая кудрявого маленького Ильича на значке. — Я вроде как из детского возраста вышел.

— Сделай, как он говорит, — пришел на помощь другу Илюха. — Не знаю как, но это действует.

Толян с сомнением повертел значки и наконец опустил их в карман.

— Что ж, действительно, причин не доверять у меня нет.

— Не боись, проверено личным опытом, — успокоил Изя.

Прощание было недолгим. Как только иноземцы поменяли колеса, будущий депутат передал звездочки водителям, и вся команда неотложной помощи из Москвы погрузилась в машины. Прощальный кивок через стекло, и джипы рванули со всей своей дурной мощи. Инструкции черта были выполнены точно, и они тотчас исчезли из виду.

— А вот об этом также не советую никому рассказывать, — предупредил Илюха совершенно ошалелых послов, — в ваших же интересах!

— У нас длинные руки! — поддакнул Изя.

— И отличные друзья, — не осталась в долгу Соловейка.

Мотя, уже присоединившийся к друзьям, весело клацнул челюстями, демонстрируя свои чудесные зубы. Мол, и укусить, в случае чего, есть чем.

Ответа не последовало, впрочем, он был и не особо нужен — клиенты были доведены до полнейшей кондиции. Гореныш взмыл ввысь, остальная команда погрузилась на «нью-паджеро», и «Дружина специального назначения» покинула поле битвы в качестве безусловного победителя.

Они уже отъехали метров сто, как Солнцевский остановил Соловейку.

— Погоди-ка минутку.

Любава удивленно взглянула на старшего богатыря, но спорить не стала. А сам Илюха бодренько отправился назад. Вернулся он и вправду очень даже быстро, а в его руках красовался рогатый шлем Фрица Геральда Леопольда Ульриха Витольда Вольфа Киндерлихта.

— Трофей, — гордо пояснил Солнцевский. — Повешу его на стену рядом с первым.

— Со вторым, — уточнил Изя, — я тебе еще один шлем доставлю. Теперь его уже можно выловить.

— Только не тяни, а то заржавеет, — бросил старший богатырь и вольготно развалился на кожаном диване их продвинутой повозки.

* * *

— Не вижу повода, чтобы не выпить, — заметил Солнцевский, когда они отъехали подальше от места стрелки.

— Не понял? — удивился Изя.

— А чего ты не понял-то? Думаю, что есть повод пропустить по стаканчику. Соловейке нельзя, она за рулем, а нам с тобою просто необходимо промочить горло.

Ошарашенный черт достал из мини-бара четверть самогона, стаканы и вяленое мясо на закуску. Отточенными движениями посуда была наполнена.

— За дружбу! — торжественно огласил Солнцевский и, чокнувшись с Изей, опустошил свою посуду.

Его примеру последовал и компаньон.

— И? — протянул черт, явно ожидая чего-то от друга.

— Что «и»?

— И это все?

— Почему это все? Давай еще по одной!

Посуда конечно же была снова наполнена и вновь неотвратимо опустошена, однако Изю такой расклад, похоже, не устраивал.

— Илюха, друг, с тобой все нормально?

— Да, — честно признался разомлевший богатырь.

— И ты не собираешься меня ругать?

— За что? — удивился Солнцевский и взял процесс розлива под свой контроль.

— Как за что? — взвился Изя. — Да я же...

— Нет, не собираюсь, — хмыкнул Илюха.

— Ну а как же задать кучу вопросов, попросить сбросить морок, тщательно промыть мне мозги и долго вопить, словно раненый слон, что в следующий раз ты меня сам, своими и прочее?

Вместо ответа Солнцевский отрицательно мотнул головой.

— Ну нет, это как-то неправильно, — даже немного обиделся черт. — Твое безответственное поведение полностью нарушает уже сложившиеся традиции!

— Изя, ну что ты как маленький, в самом-то деле, — отозвался старший богатырь, закусывая вяленым мясом. — Какие могут быть к тебе вопросы? Ты молодец, так сказать, потом, кровью, не щадя живота и прочее и прочее. От лица командования объявляю благодарность с занесением в личное дело. Ну а деньгами ты отметил себя сам.

— Но есть же какие-то вечные ценности... — начал ныть Изя. — А поговорить?

— Чего говорить, коли и так всем все ясно? — пожал плечами Солнцевский.

— Нет, не все и не всем! — отрезала Соловейка, резко натянула поводья и решительно развернулась к друзьям. — Если вы такие умные, это ваша проблема, а лично я толком ничего в произошедшем не поняла. И если вы мне прямо сейчас...

Договорить бывшая разбойница не успела ввиду того, что Изя от таких слов заново обрел терпкий вкус жизни и тут же радостно ее перебил:

— Любавушка, солнышко, так что же ты молчала-то?! Этот тип, видите ли, обо всем догадался. А у меня творческое начало должно страдать?!

— Что у тебя должно страдать? — решил уточнить старший богатырь. — Какое начало?

— Неважно, — отмахнулся черт, — тебе, личности приземленной, творческого томления артиста не понять, как бы ты ни старался.

— Да я, в общем-то, не претендую, — пожал плечами Солнцевский.

— Вот и славно. Значит, могу спокойно и вдумчиво рассказать нашей Соловеюшке что почем, у кого и зачем.

Разговаривать прямо на дороге, хоть и не очень оживленной, было глупо. Любаве пришлось вновь взяться за управление повозкой. Небольшая полянка в стороне от проезжей части как нельзя лучше подходила для задушевной беседы. А Изя светился, словно начищенный самовар в праздничный денек.

— С чего бы мне начать? — вопрошал он, задумчиво теребя мочку уха.

— Морок скинь, — подсказал Солнцевский.

— Сам знаю, — инстинктивно огрызнулся черт, но тем не менее предложением воспользовался и принял свое истинное обличье.

Как и следовало ожидать, рога у нашего друга отсутствовали. Нет, не все, конечно, а только острые кончики этого сомнительного головного убора.

56
{"b":"21970","o":1}