ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ха, ха, ха. Боюсь, боюсь. А ты сам что же? Или только на маленьких с ножом можешь нападать да нечисть подсылать?

На этот раз Филин даже не ответил, а лишь противно зашипел.

— Ага, только и способен, что перья веером раскидывать, а как до дела доходит, так мы только шипеть и можем?

Филин резко обернулся и посмотрел на верхушки сосен. Вот-вот, и последний лучик солнца скроется с глаз. Ясно, сейчас придется размять перышки. Ладно, вспомним бурную юность, думаю, что в виде сокола я смогу этому козлу перья повыдергивать. Мне, конечно, привычнее в собачьем обличье, но в виде исключения можно уважить старость и разобраться с ним по-соколиному.

Ну, пока слуга Гордобора ждет, когда скроется солнце, вот для непосвященных (если, конечно, такие найдутся) мой рассказ о специфике оборотней на Руси. Может, конечно, в других землях и по-другому, но коли мы в родных пределах, то, надеюсь, и оборотень будет местный. Так вот, свое второе обличье (второе гнилое «я») он может проявить только при отсутствии солнечного света. В идеале, конечно, ночью, но и просто пасмурный день для них вполне может подойти. Еще одно свойство именно этого подвида нечисти — это то, что они не очень-то поддаются всяческим заклинаниям. Зато с ними можно бороться посредством хорошего молодецкого меча или, скажем, булавы с шипами. Второе даже лучше, так как достаточно попасть один раз, после этого, как правило, оборотень оставляет земное существование и отправляется к своим темным покровителям.

Исходя из изложенного и ввиду отсутствия в кладовой Серафимы холодного оружия (кстати, непростительная ошибка), будем бить врага тем, что подвернется под руку, а в моем конкретном случае клювом и когтями.

Ну вот и солнышко скрылось, сейчас завертится карусель. Хорошо еще, что сейчас стоят белые ночи, а то пришлось бы вести воздушный бой в полной темноте, а это, как ни крути, нечестно. Филины, как и оборотни, видят в темноте значительно лучше, чем ясны соколы и добры молодцы.

Последний луч солнца сверкнул меж макушками сосен. Филин выждал для верности пару минут, напрягся, скукожился и, испустив дымок (от натуги, наверное), превратился в филина. Тут, конечно, произошла игра слов, но передо мной действительно сидел огромный филин с устрашающим кривым клювом, жуткими когтями, но изрядно полинявший. Сущность и имя оказались очень похожими.

— Я из тебя сейчас душу вытрясу! — прострекотал оборотень.

— Предупреждал я тебя, сиди дома, вари кашку, ночью летай по полям и мышей лови, а ты все туда же, полез в мужские забавы, — спокойно заметил я, прочитал заклинание, щелкнул пальцем и предстал во всей своей соколиной стати. Размером я оказался поменьше моего соперника, но, как известно, размер в этом деле не главное, а главное что? Правильно, исключительно опыт и сноровка.

— А что здесь, собственно, происходит? — хором поинтересовались два женских голоса.

Пока мы готовились к бою, вернулись Сима с Селистеной. Ну что ж, это, может, и к лучшему, пусть посмотрят, на что я способен!

— Да так, ничего особенного. Посидели с Шариком, про наше житье-бытье побазарили, а тут приперся один тип, обзывался, скандалил, непотребства разные творил. Я ему тихо так, спокойно говорю, что, мол, гражданин, успокойтесь, а он ни в какую, крылья веером, потом вообще нависать начал. Ну куда это годится? Вот я и решил поучить его уму-разуму, хотя и понимаю, что это невозможно. Уж коли до такого возраста дожил и ума не нажил, то таким же убогим и помрет.

— Я тебя сейчас своими когтями задушу! — издал какой-то скрип взбешенный до предела оборотень.

— Видишь, Сима, какой он невоспитанный!

— Может, ты все-таки скажешь, кто это? — вроде бы спокойным голосом поинтересовалась Серафима.

Но, судя по побелевшим скулам, все поняли, что, если хоть одно перышко упадет с моей головы, она развяжет кровавую месть всем оборотням, вместе взятым, и прибьет каждого из них по отдельности. Что и говорить, характер у моей бабаньки крутой, но, надеюсь, в этот раз я покажу ей, чего стою сам по себе.

— Ой, простите меня! Конечно, с этого надо было начинать. Селистене этого упыря представлять не надо, помнится, он с ножичком на нее напасть пытался на пристани да убийству предпочел водные процедуры. А вот тебе, Серафима, я его с удовольствием представлю.

— Я не упырь! — возмутился старый пособник черного колдуна.

— Вам, гражданин, последнего слова не давали! Так вот, перед вами, правда в весьма потрепанном виде, стоит некто Филин, слуга Гордобора. И если с его хозяином наша встреча откладывается, то этого гаденыша сейчас не спасет даже чудо!

— Кишки выпущу! — проскрипел оборотень и, взмахнув крыльями, начал набирать высоту

Надо же, запугал я соперника, ишь как мандражирует. А я в отличие от него спокоен, как удав. Хотя сравнение странное: сокол спокоен, как удав. Ну ладно, главное то, что я абсолютно уверен в своей победе. Сами посудите, я моложе, сильнее, на меня смотрят любимая девушка и не менее любимая кормилица. Ну как я при таком раскладе могу пасть под когтями старого, противного, неопрятного Филина? Точно, никак! Да и тяпнул я для храбрости, так что все, полетят сейчас перья, причем надеюсь, что не мои.

— Береги себя! — тихо сказала Селистена и улыбнулась мне своей очаровательной улыбкой.

— Задай ему жару! — напутствовала меня моя кормилица.

— С огромным удовольствием, — заверил я и для эффекта немного добавил дыма и искр вокруг себя.

Сима осталась совершенно равнодушна к этому маленькому колдовству, а вот на Селистену оно произвело впечатление.

— Ну как я тебе в пернатом виде, не разочаровалась?

— Ты мне в любом виде дорог, что в шерсти, что в перьях, — ничуть не стесняясь Симы, заявила рыжая.

В небе недовольно ухнул Филин, и заготовленный для солнечной комплимент так и остался неозвученным. Но это не так уж и страшно — впереди еще очень много времени.

Я подмигнул моим дамочкам и резко взлетел. Как я и ожидал, Филин попытался меня атаковать на наборе высоты. Шалишь, приятель! У сокола скорость больше. Я сделал кульбит и увернулся от смертоносных когтей. Небольшой набор высоты, крутое пике, атака, удар грудь в грудь. Клюв, когти, перья в разные стороны. Быстрее-то я конечно быстрее, но вот массы в этом пернатом старичке раза в три больше, так что спасло меня только то, что я бросился камнем вниз. Сзади клацнули когти, и мой чудесный хвост лишился двух перьев.

Понял, был неправ, с наскока не получилось, меняю тактику.

Дальше начались танцы в воздухе. Я носился вокруг Филина и время от времени проводил молниеносные атаки. Справедливости ради надо заметить, что Филин оборонялся очень искусно и в свою очередь провел пару-тройку контратак. Ну нет, меня затяжной бой не устраивает, это не для моего темперамента. Раз, раз, и готово — это как раз для меня, а тут…

В общем, в какой-то момент я лопухнулся. Тяжело признавать свои ошибки, но что делать. После очередной атаки я недостаточно быстро отступил, и на моем крыле железной хваткой сомкнулись когти Филина. Резкая боль пронзила меня. Знаете, не очень-то приятно, когда тебя вот-вот на части начнут рвать, тем более в присутствии любимой девушки.

Оборотень издал радостный победный клич и чуть отвел голову для удара клювом. И в этот момент я его укусил. Да, я все понимаю: это было не по правилам и птицы не кусаются, а только клюются. Но ведь я не просто птица, а птица, долгое время бывшая собакой. Приобретенные собачьи инстинкты сработали чисто автоматически, вот я и тяпнул его что есть силы. От неожиданности, возмущения и боли этот тип даже когти разжал, чем я тут же и воспользовался. Не давая опомниться укушенному врагу, я тут же бросился на него, и уже мои когти вошли в тело противника. Полный ужаса визг разнесся над округой. Что и говорить, помимо того что мои коготки остренькие, так один еще и серебряный. Но успех надо закрепить, и на сей раз я не медлил ни секунды. Серия коротких ударов смертоносным клювом — и Филин перестал биться в моих когтях. Все, дело сделано, победила молодость.

75
{"b":"21973","o":1}