ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я согласна. Только предупреждаю – я не очень хорошая ученица.

– А я не очень хороший учитель. Так что мы квиты.

– Учтите, вы взваливаете на себя непосильную ношу.

– Посильную.

Иона так откровенно и недвусмысленно заглянул ей в глаза, что Ольга даже не нашлась, что ответить. Вот Инка – та обязательно придумала бы что-нибудь веселенькое, что-нибудь пикантное, как раз на грани фола. Ольга же не нашла ничего лучшего, как попытаться пожурить Иону:

– По-моему, то, что вы делаете, называется запрещенным приемом.

– Запрещенным для меня или для вас?

– Для вас. Он все-таки ваш брат.

– В некоторых вещах каждый за себя. Впрочем, у вас ведь тоже есть возможность выбрать.

– Все, хватит. Я не хочу больше ничего слушать. Если вы собрались учить меня – учите.

…Они шли очень медленно: Ольга нарочно едва передвигала ноги, чтобы заставить Иону хоть немного позлиться. Но он оказался терпелив, хотя расстояние, которое они преодолели за полчаса, он мог бы покрыть за пять минут.

– Ну вот мы и на месте. Как вам лягушатник?

– Вполне.

Место действительно оказалось замечательным: с трех сторон его окружали скалы, вниз же несколькими уступами уходил относительно пологий склон, который заканчивался небольшим гладким, как стол, плато. Иона спустился к плато несколько раз – с самой разной скоростью. Закончив обкатку, он снова вернулся к Ольге.

– Снег отличный, Ольга, вам будет легко.

– А я… – настороженно спросила Ольга.

– Нет, с плато вы не свалитесь, даже если разовьете крейсерскую скорость. Ну что, созрели к восприятию нескольких теоретических уроков?

– И даже перезрела.

В течение последующего часа Иона показывал Ольге основные приемы спуска и подъема, корректировал посадку, нагрузку на лыжи и радиус поворотов.

– А ноги держите пошире, Ольга, у вас ведь карвинговые лыжи… Узкое ведение теперь не актуально. Вы поняли меня?.. Если попадется лед – давите на лыжи полностью, а связка будет выглядеть так: влево, вправо, длинный поворот, короткий поворот, легкое скольжение…

Как ни странно, она совсем забыла и о Марке, и об Инессе, ей нравилось все: близкие скалы, почти смыкающиеся над головой, твердый крупнозернистый снег, скольжение нежной, почти восковой поверхности лыж. Она даже съехала с первого уступа – осторожно и старательно. Она вообще была осторожным человеком.

– Ну что? – спросила она у Ионы, когда в очередной раз поднялась наверх.

– Неплохо, – сказал он, впрочем, без особого энтузиазма. – Совсем неплохо. Только…

– Что? Я делаю что-то не так?

– Все так, только очень уж старательно.

– Я думала, что как раз это не является недостатком. – Щеки ее вспыхнули. Непонятно почему: неужели ей так хочется нравиться этому человеку? Нравиться и во всем оправдывать ожидания.

– Это не недостаток. Просто для горных лыж одной старательности маловато.

– Нужно что-то еще? – допытывалась Ольга. Впрочем, все и так ясно: вставать рано и тренировок не пропускать. Терпение и труд все перетрут.

– Вдохновение. Именно так. Вдохновение.

Марк, в лексиконе которого не было таких безнадежно устаревших слов, называл это куражом. Или – после фуршета с иностранными инвесторами, на псевдоанглийский манер, – драйв: термин стареющих хиппи, инвалидов Вудстока.

Кураж – вот чего всегда не хватало Ольге. С вдохновением все было проще, стоило только открыть Сесара Вальехо и погрузиться в его поэзию. Но, видимо, у Ионы были совсем другие представления о вдохновении.

– Вы когда-нибудь занимались любовью?

– Я не давала вам права… – Ольга покраснела.

– Вы не поняли… Я не хотел вас обидеть. Я просто хотел сказать… Ведь для того, чтобы заниматься любовью, тоже нужно вдохновение… Иначе это просто акробатика… Фристайл… Не больше.

– Для того чтобы заниматься любовью, нужно любить. Только и всего, – с тихой злостью сказала Ольга и – неожиданно для Ионы – понеслась вниз.

К черту эти уступы, к черту это плато, только сейчас нужно пригнуться и перенести тяжесть на внешнюю лыжу, кажется, именно так учил ее Иона… К черту этого Иону с его дурацкими постулатами, сопляк, даже понятия не имеющий о любви… Как он мог, как он только посмел, что он может знать… Случайные девочки в случайно подобранных горнолыжных ботинках, необязательные поцелуи, от которых за версту разит пивом, шары в кегельбане, презервативы, небрежно заткнутые в задний карман джинсов; ломти жареного картофеля на простынях, в узкой щели между двумя телами, – вот и вся его любовь… Вот и все его вдохновение в любви…

Она не выдержала темпа, она не справилась с поворотом – и покатилась вниз по склону, путаясь в лыжах и палках, путаясь в презрительных словах, которые собиралась сказать Ионе, но так и не сказала…

Сопляк, самоуверенный сопляк, положивший взгляд на то, что ему не принадлежит. Позволивший себе так ненавязчиво хамить… Кажется, все в порядке, даже колено не беспокоит, а ведь она ударилась коленом…

Ольга лежала в снегу и не шевелилась.

Да, ее первый спуск прошел удачно, переход Суворова через Альпы, ничего не скажешь. Она повернула голову, стянула перчатку, помогая себе зубами, – и захватила горсть снега.

Снег оказался сладковатым на вкус: ни дать ни взять сахарная вата, которую покупал ей отец на дальних подступах к ГУМу. Втайне от Мананы, которая всегда говорила, что девочки должны есть черемшу, а не сахарную вату. От черемши лучше растут волосы, а от сахарной ваты портятся зубы…

Иона подкатил через минуту (опаздываете, адъютант его превосходительства!) и упал в снег рядом с Ольгой. Совсем близко она увидела его взволнованное лицо.

– Не ушиблись?

– Цела, не радуйтесь.

– Обиделись на меня?

– С чего вы взяли? И не думала обижаться…

– Простите… Я не хотел. Не хотел задеть вас.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

22
{"b":"21977","o":1}